Бермуды 183 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
Густая пыль, заполнившая воздух, медленно рассеялась. Потоки света, льющиеся сверху, упали на золотистые глаза.
И в тот же миг в поле зрения появилась массивная тень, заслонившая часть этого света. Зрачки Леонардо сузились — так же, как и красные глаза королевы.
Усмирять тварь не было нужды: возможность и так стояла прямо перед ними. Такие моменты выпадают нечасто. Леонардо услышал голос Шарлотты — и вокруг него бешено заплясали чёрные искры.
Потрескивающие молнии, сверкающие угрожающим блеском, отчётливо заявляли о себе даже во тьме. Но пылающая в его руках решимость не была только его собственной.
У стен всё ещё клубилась мутная пыль, мешая разглядеть происходящее. Однако Леонардо отчётливо видел, что там идёт бой, и это давало возможность и ему, и командующему действовать. Доказательством тому было то, что твари не стекались к королеве, несмотря на её непрекращающийся рёв.
Иногда какие-то существа пытались взобраться по стене, но их тут же сбивали чьи-то меткие выстрелы. Всё складывалось в его пользу, и теперь ему оставалось сделать только одно.
С этой твёрдой решимостью вокруг Леонардо яростно выплеснулась необычная аура. Золотое пламя, принявшее форму его маны, пожирало раскалённый воздух, расширяя свой радиус.
Вместе с этим разрушительная энергия, зажатая в его ладонях, бешено запульсировала, готовая взорваться в любой миг. Сквозь десять пальцев, сдерживающих её выброс, мана с трудом сжалась в единый сгусток.
Хьюго, находившийся неподалёку и ощутивший эту энергию до конца, тоже понял: время пришло. Он до предела высвободил свою внутреннюю ману.
Вокруг заструился морозный холод, и голубой магический круг развернулся так широко, что закрыл его целиком. Сложные узоры на его поверхности сходились к центру, словно лучи солнца. Хьюго упёрся рукой в середину, влил ману — и круг начал множиться: его копии вытянулись вперёд, образуя величественную конструкцию, похожую на ствол огромной пушки.
Нацелив её конец в загривок королевы, Хьюго собрал перед собой как можно больше витающего в воздухе пара.
Эта атака существовала пока только в теории, и никто не мог сказать, какой способ окажется верным. Но одно было ясно: сейчас требовалось не противоборство двух противоположных сил, а их слияние.
Чтобы пробить затвердевший загривок твари, нужно было не только довести до предела свойства обеих стихий, но и отрегулировать интенсивность энергии так, чтобы она не взорвалась при столкновении. И, похоже, противник понимал это без лишних слов.
На границе соприкосновения их аур непрерывно поднимались марево и пар. Но Хьюго каждой клеткой ощущал, как Леонардо контролирует свою энергию, подстраиваясь под его ману.
Голубые глаза мельком взглянули в ту сторону. Золотые, ощутив тот же отклик, медленно повернулись в ответ. Никаких сигналов между ними не требовалось. Они просто встретились взглядами и естественно кивнули.
И, словно это послужило спусковым крючком, из них одновременно выплеснулась мощная энергия — яростным вихрем и волной ударила в стороны. А они стояли в самом центре, выдерживая напор воздуха, что сами же и создали. И, не сговариваясь, вскинули руки к небу, полные маны.
Две пары глаз, свирепо сверкающих, уставились на тварь, готовые пронзить её насквозь. Два голоса, в которых слились желания всех, вместе произнесли заклинания:
Из самого центра заледеневшего магического круга Хьюго с пронзительным «ки-и-инг» по прямой вырвалась сверхскоростная струя воды. От чудовищного давления, пропорционального скорости, не только парящего в воздухе Хьюго, но и находившихся рядом бойцов на мгновение отбросило назад.
Лёд, начинённый тяжёлыми металлами, что служили абразивом, смешался с водой и полетел в сторону материнского тела. С другого направления протянулся золотой луч, пересёкся с водяной струёй и слился с ней в одно целое, обвив её собой. А затем поднявшееся пламя плотной стеной охватило струю, не давая ей рассеяться от бушующего жара.
Две мощные магии сплетались в воздухе, используя противоположные свойства друг друга для увеличения давления и разрушительной силы. Глядя на это неистовое движение в пространстве, даже те, кто сражался с тварями, на мгновение отвлеклись и проводили взглядом проносящуюся мимо струю.
И то же самое происходило с тварями, что противостояли людям. Кровь, текущая в их жилах, и ДНК в клетках заставили их тела на мгновение замереть — между инстинктом подчинения ультразвуку и первобытным ужасом.
Материнское тело, оказавшееся прямо перед этой леденящей душу энергией, внезапно принялось вращать тёмно-красными глазными яблоками во все стороны. Словно в поисках лазейки, его глаза суетливо двигались, пока не остановились на одной точке. Там, где находилась заместитель командира 9-го батальона Шарлотта.
Взгляд Шарлотты был прикован к прозрачной плёнке, покрывшей загривок материнского тела. Она, лучше кого бы то ни было знакомая с техникой отвердения этой твари, на мгновение застыла, не веря собственным глазам.
Шарлотта тут же обвела взглядом стену, ища командира, но Лайнера нигде не было. Тревога уже начала нарастать, когда она наткнулась взглядом на зрачок чудовища — он смотрел на неё в упор, не отрываясь.
Как только их взгляды встретились, материнское тело внезапно широко разинуло пасть, словно обнаружив добычу. Щупальца, колыхавшиеся под растянутым челюстным суставом, сбросили паутину, а раскрытая глотка забилась в спазмах, будто пытаясь исторгнуть что-то изнутри.
От этого внезапного странного поведения глаза Шарлотты наполнились ужасом.
А когда она поняла причину, в пасти твари уже сформировался сгусток красного пламени.
Её крик, похожий на вопль, пронзил воздух. Вслед за этим яростный грохот и ударная волна мгновенно накрыли место, где находились бойцы 9-го батальона.
Дыхание, выпущенное из пасти королевы, полностью разрушило одну из стен, превратив всё вокруг в выжженную землю. Бойцы, не успевшие увернуться, оказались погребены под камнями, и даже Шарлотта, успевшая развернуть барьер, сильно пострадала, столкнувшись с пламенем.
Но даже в этом хаосе криков её сознание ухватилось не за собственную безопасность и не за безопасность бойцов. Паутина, связывавшая материнское тело, — вот что всплыло у неё в голове первым. Половина строя была разрушена, и паутина наверняка ослабла.
От ударной волны сознание затуманилось, в ушах стоял звон. Но Шарлотта снова попыталась развернуть магический круг, чтобы крепче связать тварь.
Однако тёплая кровь, стекавшая по лбу, мешала ей открыть глаза как следует. Она рефлекторно зажмурилась и снова распахнула веки, вглядываясь в тварь сквозь густую пыль. Красные зрачки материнского тела прочертили длинную горизонтальную линию.
При виде этого образа, похожего на усмешку, по спине Шарлотты пробежал ледяной холод. Это было до жути зловеще.
С опозданием выбросив руку и закричав, она поняла, что уже слишком поздно.
Королева, висевшая в воздухе, используя натяжение паутины, метнулась к противоположной стене.
Едва тяжёлая туша обрушилась на оставшихся бойцов, как перед расширившимися от ужаса глазами Шарлотты мгновенно взметнулась переливающаяся синим и золотым струя воды. Она пролетела с такой скоростью, что взгляд не успевал за ней, — лишь на долю мгновения разминувшись с бросившейся вперёд королевой.
У всех, кто наблюдал за этим снизу, на мгновение помутилось в глазах.
Две магии, проскочившие мимо цели, в совершенном слиянии, с неудержимой мощью устремились в небо. Рассекая огромное пространство, их конец летел туда, куда нельзя было попадать ни в коем случае, — к творению великого предка.
Леонардо, забывший даже моргать, почувствовал, как его веки медленно расширяются.
Древний, огромный и прекрасный запечатывающий магический круг, оставленный когда-то спасителем полуострова, посреди всего этого хаоса по-прежнему величественно сиял, непоколебимо удерживая своё место.
Остро отточенный сгусток маны безжалостно летел прямо в его центр.
Когда остриё водяной струи достигло магического круга, во все стороны хлынул ослепляющий свет.