У окна летнего дворца 10 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
— Саран. Неужели вам так трудно уехать из этого дома из-за Колина?
Это длилось лишь мгновение, но Саран, уловивший направление взгляда Флориана, посмотрел в его лазурные глаза и кивнул:
— Да. И из-за этого тоже.
— Этот дом я переписал на ваше имя. А это значит, что вы сможете приходить сюда в любое время, когда пожелаете.
Флориан, повязывавший шарф и надевавший пальто, на секунду задумался, а затем посмотрел на Сарана сверху вниз. Их уровень глаз, между которыми еще летом была разница в целую ладонь, теперь сократился примерно вполовину.
— Есть ли какая-то другая причина, помимо Колина, Саран?
— ...
На его лице было написано нежелание говорить. Однако Флориан не собирался так просто это спускать.
— Саран.
Услышав свое имя повторно, Саран снова кивнул. Но ответ дался ему нелегко.
Др-р, др-р — старое окно содрогалось от порывов ветра, пропуская внутрь холодный воздух. Слабый свет лампочки над головой послушно замершего Сарана, казалось, тоже подрагивал от сквозняка. Радиатор, шумно работавший на полную мощность, ни капли не помогал согреть эту квартиру.
— А что, если… в один прекрасный день господин Веллингтон передумает?
Саран говорил лишь о гипотетической вероятности, и на его юном лице не было заметно паники. Однако, если присмотреться повнимательнее, его черные как смоль зрачки едва заметно дрожали.
— Что тогда будет со мной?
— ...
Вполне закономерный вопрос, который должен был возникнуть.
Но почему же он не ожидал услышать его из уст этого совсем еще юного альфы?
Флориан сам нашел ответ на внезапно возникший вопрос.
«Потому что он еще ребенок. Я сам опрометчиво решил, что он наивен».
Что ж, глаза этого мальчишки и правда были слишком чистыми и ясными.
— Вот как.
Флориан без лишних споров признал его правоту и кивнул:
— Да, вам действительно может быть тревожно.
Затем он встретился взглядом с Сараном и мягко улыбнулся:
— Вы молодец, Саран. Устное соглашение не имеет юридической силы.
Флориан застегнул последние пуговицы на пальто, полностью завершив сборы.
— В следующий раз я приду уже с контрактом.
Флориан, шедший впереди, обернулся у самой входной двери и окинул взглядом Сарана, который вышел проводить его, тепло попрощавшись глазами:
— Можете не провожать меня дальше порога.
— Господин Веллингтон.
Вновь посмотрев на Сарана, который, похоже, и не думал менять обращение, Флориан ласково отозвался:
— Да, Саран.
— На улице опасно.
Флориан пристально посмотрел на него и рассмеялся:
— Ну, это ведь не значит, что мне не нужно ехать домой?
В его наполненных смехом голубых глазах отразился серьезный взгляд юноши.
— Вы сейчас беспокоитесь обо мне, Саран?
— Да. Я правда за вас беспокоюсь, — лицо Сарана оставалось предельно серьезным. — Так что в следующий раз не приезжайте сюда.
— Хм… И почему же мы приходим к такому выводу?
— Я сам приду.
— ...
Это было неожиданное предложение.
— Конечно, если господин Веллингтон позволит, — поспешно добавил Саран и отвел свои большие глаза в сторону, робко пытаясь угадать реакцию Флориана.
«Интересно, на футбольном поле он ведет себя так же? Или же футбол — не такая уж и грубая игра, раз в него можно играть с таким кротким характером?»
Флориан, никогда прежде не интересовавшийся футболом, толком не смотрел даже матчи чемпионата мира.
— Саран, разумеется, я позволяю. Вы можете приходить в любое время.
Саран, который незаметно подошел ближе, протянул руку и взялся за дверную ручку. Флориан, молча наблюдавший за его действиями, про себя улыбнулся. Все-таки его поступки были очаровательны. Ну, или Колин дал ему прекрасное домашнее воспитание.
— Но с одним условием: о встрече нужно договариваться заранее, Саран.
Саран, вынужденный слегка вжать в плечи свое крупное, находящееся в процессе роста тело, чтобы освободить проход, кивнул, встретился с ним взглядом и открыл дверь вместо гостя. Флориан, который привык принимать любезность и заботу в той же мере, в какой дарил их сам, вышел за порог. Заметив, что парень молча следует за ним, он понял, что Саран намерен проводить его до самой машины.
— И в следующий раз вам придется дать мне утвердительный ответ.
Выйдя из подъезда, Саран дошел вместе с ним до обочины дороги, озираясь по сторонам, и лишь затем поднял на него глаза. Было очевидно, что он безумно переживает из-за того, что Флориан в одиночку пришел в этот неблагополучный район. Появление Флориана — в дорогом костюме, на роскошном авто, всем своим видом кричащего о принадлежности к высшему обществу, — вызвало на этой обшарпанной улочке ощутимое напряжение. В глазах Сарана, выросшего в этих трущобах, Флориан, явившийся сюда без какой-либо охраны, выглядел безрассудным экстремалом.
Заметив краем глаза ту самую компанию, которая снова крутилась неподалеку, но быстро ретировалась, Флориан сделал вид, что ничего не заметил, и попрощался:
— Я оставил свой прямой номер в сообщениях.
— ...
— Вы собираетесь стоять здесь, пока моя машина не скроется из виду, Саран?
Саран на мгновение замешкался, а затем вполне уверенно кивнул:
— Да, господин Веллингтон.
— Что ж. Надеюсь, в следующий раз мы разберемся и с обращением.
Мягко улыбнувшись, Флориан и в этот раз с удовольствием принял услугу Сарана, который предупредительно открыл перед ним дверцу автомобиля. Саран проводил взглядом корму седана, которая медленно удалялась, пока окончательно не растворилась вдали, а затем повернул голову. Марк уже стоял рядом.
— Тот самый знаменитый «папик»?
— Марк.
— Че надо, малый?
— Я еще несовершеннолетний.
— Ну, если ты нигде втихаря не накинул себе пару годков, то так оно и есть.
— Шути свои пошлые шуточки в компании своих дружков.
— А ты мне типа не друг? Обижаешь.
— Ты мне кредитор. Где это видано, чтобы друг обманом вешал на человека долги, а потом до копейки вытряхивал из него проценты под пятьдесят годовых?
— Но если бы не я тогда, твой Колин сдох бы еще раньше. Ну, или тебе самому переломали бы ноги.
— И вообще, этот господин — мой опекун.
Саран, даже не слушая язвительные подколки Марка, посмотрел своими черными как чернила глазами сверху вниз на приятеля, который был значительно ниже его ростом.
«Бля, опять этот взгляд».
Марк скривился, терпеть не мог этот его взгляд, от которого внутри становилось как-то паршиво и невольно поджимались хвосты.
— Я же просил тебя так на меня не пялиться.
— Не смей говорить о нем в таком тоне, Марк.
— Бля, нашел себе богатого старикана и уже подлизываешься? Думаешь, он оценит, как ты тут за его спиной жопу рвешь?
Саран молча посмотрел на Марка и вдруг тихо хмыкнул:
— У тебя действительно до ужаса грязный рот.
— Да ты издеваешься надо мной?!
— Если еще хоть раз поведешь себя так невоспитанно, я все расскажу Шэннон.
Шэннон была матерью Марка и работала учительницей в государственной школе. Невероятно энергичная и страстная женщина, она была пожизненным членом клуба Rhinoceros FC и ярой «Корню» (Cornu от лат. «рог» — так называют себя преданные фанаты Rhinoceros FC). Она безумно гордилась Сараном, который мало того что умудрился попасть в академию, так еще и с ранних лет демонстрировал выдающийся талант. Шэннон относилась к нему с особой теплотой и гордилась его дебютом в основном составе — первым в истории этого захолустного городка — едва ли не сильнее, чем сам Колин.
— На этой неделе будет тур по стадиону.
— Че? Реально?
— Да. Приходи вместе с Шэннон.
— А билетов в VIP-ложу нет?
— Ты сейчас серьезно спрашиваешь это у меня — у игрока, который еще даже из молодежки толком не вылез?
— Ай, бля! Да все только и трепались, что стоит тебе дебютировать за основу, как ты сразу станешь суперзвездой, а ты даже одно паршивое VIP-место достать не можешь?
— Ага, у меня еще статус не тот. И кстати, за то, что ты сейчас сматерился, я тоже пожалуюсь Шэннон.
— Эй! Ким Саран! Ах ты придурок! Ты же просто зажал билет, да?!
Саран даже бровью не повел и просто ушел к себе в подъезд.
Вытащив ноющие ноги из ванны, Саран слегка вздрогнул от холода и накинул плотный махровый халат. На дворе стоял всего лишь октябрь, но холод был просто невыносимым. Казалось, без Колина в квартире стало еще холоднее. Саран, который от природы плохо переносил холод, попытался прогнать мрачные мысли и сел на кровать.
«Саран, ты думаешь, у Колина с самого начала был диплом массажиста?»
«Он получил его, чтобы и деньги зарабатывать, и тебе помогать — совместил приятное с полезным. Хотя назвать "совмещением" учебу по ночам до кровавых соплей из носа — это, конечно, сильно».
После каждого матча казалось, что не только ноги, но и все тело буквально полыхает изнутри. Футбол был чертовски увлекательным, и с каждым днем Саран любил его все сильнее, но этот спорт требовал колоссальных физических нагрузок. Впрочем, как и любой другой спорт. И все же радость, которую Саран получал от игры, всегда перевешивала эту боль. Именно поэтому каждый раз на поле он выкладывался на полную мощность.
Колин никогда не говорил ему притормозить — ни тогда, когда Саран целую неделю не выпускал футбольный мяч из рук, ни тогда, когда после игр парень буквально бредил от высокой температуры во всем теле. Он просто менял ему влажные полотенца, прикладывал лед, сидел с ним до самого утра, а потом, выучившись на массажиста, своими руками разминал Саран затекшие руки и ноги.
Система молодежной академии была четко структурированной, но она не обеспечивала игроков абсолютно всем необходимым. К счастью, после того как Сарана вызвали в первую команду блока «А», количество доступных ему привилегий возросло до немыслимых масштабов, но даже это не могло заполнить пустоту, оставшуюся после смерти Колина. Ведь Колин был для него гораздо больше, чем просто человеком, который находился рядом.
«Саран. Я очень много работал и буду продолжать в том же духе. Но я не смогу оставаться с тобой вечно. Поэтому ты должен учиться жить самостоятельно».
Причиной хронической болезни, унесшей жизнь Колина, стали побочные эффекты от приема подавителей. Недуг, терзавший его долгие годы, особенно обострился в последние два года. Колин не вдавался в подробности, но Саран не был дураком и обо всем догадывался. Состояние Колина ухудшилось именно из-за него. Чтобы достать дорогостоящие подавители, мужчина урезал и без того редкие часы отдыха и набрал кучу дополнительной работы.
«Я просто хочу, чтобы мой Саран занимался любимым делом и был счастлив».
Колин и сам наверняка не думал, что покинет Сарана так внезапно.
Приложив лед к бедрам, Саран устроился на кровати, отыскал на теле свежие ушибы и принялся аккуратно мазать их мазью. Даже после ухода Колина Саран продолжал жить своей привычной жизнью. Он вовремя питался и строго следовал ежедневному графику тренировок. Разумеется, без помощи Флориана все это было бы попросту невозможно с самого начала.