Азартная игра под названием брак 177 глава (финал)
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
Внутрисемейных проблем и без того хватало с избытком, но буквально на днях разорвалась еще одна информационная бомба, окончательно добившая и без того шаткое положение княжеского дома.
— Как себя чувствует графиня Карладес? Она сегодня сможет присутствовать на крестинах? — поинтересовался Микола.
Главной героиней этого очередного грандиозного скандала стала младшая сестра супруга его босса — графиня Карладес. А если точнее, достоянием общественности стал их совершенно безумный брачный договор с покойным Филиппом. Из-за утечки этого конфиденциального документа репутация княжеской семьи, и без того трещавшая по швам, теперь была окончательно и безвозвратно уничтожена в глазах мировой общественности.
Разумеется, в обществе нашлись и те, кто принялся яростно критиковать саму графиню: мол, о чём она думала, когда подписывала столь унизительное соглашение? Именно этот нюанс и пытался прощупать Микола. Сам же Маэль лишь равнодушно пожал плечами:
— Ну, что тут скажешь… Манон уже завтра планирует дать официальное интервью одному крупному изданию.
— И руководство дворца дало на это добро?
— Будем честны, Микола, во дворце сейчас просто некому ее останавливать. К тому же, княжеская чета сама в свое время приставила Софи к Манон в качестве личной помощницы. Так что теперь им остается винить лишь собственную недальновидность.
Маэль ответил легко и непринужденно.
Однако на самом деле во всей этой истории крылась одна весьма существенная деталь, о которой адвокат даже не догадывался. Да, Софи действительно наняли по указке дворца, но вот идеальные условия для того, чтобы брачный контракт «случайно» утек в прессу, создал не кто иной, как его собственный муж.
Всё началось с судебного иска о поджоге. Суд назначил Софи колоссальную сумму компенсации, выплатить которую у нее не было ни малейшей возможности. И тут, как нельзя кстати, на горизонте появился предприимчивый журналист, который предложил несчастной девушке огромный аванс в обмен на статус анонимного информатора.
Журналист вовсю работал над разоблачительной книгой о тайнах правящей династии и настойчиво требовал от Софи по-настоящему горячий, эксклюзивный компромат. Находясь на грани отчаяния и увольнения, Софи предсказуемо решилась на отчаянный шаг: она досконально обыскала покои графини и выкрала тот самый брачный договор.
Впрочем, остаться инкогнито у нее так и не вышло. Вскоре во всех мировых СМИ появились заголовки о том, что секретный документ был слит бывшим личным секретарем графини Карладес, что обернулось для правящего дома очередным несмываемым позором.
Это был тотальный крах. Для всех стервятников от прессы, обожавших копаться в грязном белье монархов, этот контракт стал настоящим пиршеством.
«И пусть босс говорит, что покинул этот игорный стол просто потому, что ему стало скучно…»
Микола понимал: даже не оставив после себя кровных наследников, Ив сумел преподнести княжеской семье Монако исключительно тонкую, изощренную и сокрушительную месть. И босс, без сомнения, прекрасно это осознавал.
Правда, секретарю оставалось лишь гадать, волновало ли это Ива сейчас хоть в малейшей степени.
— Что ж, Микола, мне, пожалуй, пора собираться на крестины, — прервал его мысли Маэль, поднимаясь со своего места. Он бросил взгляд на свои изящные часы из розового золота и вежливо попрощался: — Вместо того чтобы просто сидеть и ждать здесь, я лучше спущусь в казино, перехвачу Ива, и мы поедем вместе. Я пойду.
Проводив взглядом торопливо удаляющегося адвоката, Микола посмотрел на время на экране ноутбука.
Поскольку у него тоже было официальное приглашение, он прекрасно знал: до начала торжественной церемонии оставалось еще вагон и маленькая тележка времени.
Поведение Маэля было классическим поведением влюбленного человека, который готов выдумать любой, самый нелепый предлог, лишь бы поскорее увидеть своего партнера. Микола лишь с улыбкой покачал головой, находя эту ситуацию невероятно забавной.
Как бы то ни было, его босс, похоже, снова выиграл в этой жизни свою самую главную и рискованную ставку.
В приватном VIP-зале (Кабинете Партикулье), где панорамные окна стирали всякие границы между лазурной гладью моря и бескрайним небом, а на волнах лениво покачивались белоснежные яхты, найти Ива не составило никакого труда. Этот роскошный пейзаж служил идеальным живым фоном для заведения.
Возле стола для рулетки толпились люди, но мужчина, который возвышался над остальной толпой почти на целую голову, был его законным супругом. Маэль осторожно приблизился, и до его слуха долетели обрывки ленивой светской беседы:
— Давайте оставим эти скучные деловые разговоры, Ваше Высочество. Раз уж вы почтили нас своим присутствием, сыграйте с нами хотя бы один раунд.
— Даже не знаю.
— Если вам нужны чипы, я с радостью поделюсь своими. Мы наслышаны о вашем феноменальном мастерстве. Говорят, вам чертовски везет в игре.
— Я бы так не сказал, — спокойно парировал Ив, чьи губы едва заметно изогнулись в подобии вежливой улыбки.
Поскольку Маэль не был уверен, насколько важными клиентами являются эти люди, он решил не мешать и скромно присел за один из ближайших игровых автоматов.
Однако Ив, обладавший удивительным чутьем, мгновенно уловил его присутствие. Стоило Маэлю на секунду повернуть голову в сторону рулетки, как их взгляды тут же пересеклись.
В это мгновение улыбка Ива стала заметно теплее. Без лишних слов поняв, ради чего пришел его муж, он плавно отстранился от стола:
— Что ж, вынужден прервать нашу беседу. Мне пора собираться в собор.
— В… собор? — удивленно переспросил один из американцев.
Услышать подобный предлог в пропитанном запахом шальных денег казино, да еще и в закрытом VIP-зале, куда пускали только за баснословные членские взносы, было верхом неожиданности. Особенно из уст человека вроде Ива.
— Не думал, что вы… настолько религиозны, — с явным сомнением в голосе протянул бизнесмен.
Ив элегантным жестом слегка прижал ладонь к груди и с абсолютно серьезным видом ответил:
— Имею великую честь выступать крестным отцом для девочки, которой в будущем предстоит занять княжеский престол.
Новые члены клуба лишь растерянно переглянулись, судорожно пытаясь сообразить: говорит ли молодой господин чистую правду или же это его фирменный, запредельно тонкий сарказм.
Глядя на их вытянувшиеся лица, Маэль с трудом сдержал смешок, закусив губу.
«Если честно, я и сам поначалу отказывался в это верить».
То, что Манон обратилась именно к Иву с просьбой стать крестным отцом для малышки Терезы, само по себе было поразительным событием. Но еще большим шоком стало то, что Ив без колебаний ответил согласием.
Когда Маэль впервые услышал об этом в сеульском отеле, он долго не мог прийти в себя и то и дело переспрашивал:
«Погодите… Ив, вы хотите сказать, что вы верующий?»
«Монако — католическое государство. Разумеется, в свое время я прошел обряд крещения».
«То есть вы согласились исключительно из каких-то политических соображений?..»
«Ну, я, вообще-то, регулярно жертвую церкви весьма солидные суммы».
«Да нет же, я о другом. Зачем вам вешать на себя обязанности крестного? Это ведь повлечет за собой кучу формальностей и лишней суеты».
«Всё просто. Это ведь твоя племянница».
Ив тогда ответил без тени сомнений. И, заметив, что Маэль всё еще растерянно молчит, тихо добавил:
«Я просто хочу делом доказать, что намерен держать данные тебе обещания».
Иву не нужно было разжевывать этот ответ. Маэль и так всё понял. Его решение стать крестным отцом для Терезы было прямым, неопровержимым доказательством того, что отныне Ив будет оберегать и ценить всё то, что было дорого самому Маэлю.
Конечно, новость о том, что крестным отцом будущей наследницы престола станет признанный внебрачный сын, состоящий в однополом браке, вызвала бурю пересудов в высшем свете. Но на фоне остальных чудовищных скандалов, сотрясавших дворец, на эту деталь быстро перестали обращать внимание.
И вот, этот важный день наконец настал. Однако американские предприниматели никак не унимались, настойчиво пытаясь всучить Иву порцию игровых фишек:
— И всё же, мы столько слышали о вашей безупречной игре.
— Повторюсь, в рулетке всё зависит исключительно от слепой удачи, а не от личного мастерства.
— Тогда, может, сменим локацию? Как насчет партии в покер? Мы только сегодня зарегистрировались в клубе, и нам будет невыносимо обидно уйти, так и не сыграв с вами ни одного раунда.
Всё было именно так, как говорил Микола: этих людей мало интересовали привилегии VIP-зала, их главной целью было любой ценой наладить личный контакт с Ивом. Они вели себя настолько навязчиво, что между бровей Ива начала едва заметно залегать опасная складка.
«Что ж, пора прийти на помощь».
Опираясь на свой богатый жизненный опыт, Маэль прекрасно знал: подобных персонажей нужно обыграть один раз, но с треском — только тогда они наконец отстанут и перестанут докучать.
Он поднялся со своего места у автомата и уверенной походкой направился прямиком к столу рулетки. Стоило ему встать рядом, как раздраженная складка на лбу Ива тут же разгладилась.
— Маэль.
То ли из-за того, как резко смягчился голос Ива при виде мужа, то ли потому, что Маэль совершенно по-хозяйски забрал часть фишек, лежавших перед его супругом, американские бизнесмены тут же оживились и принялись переглядываться. Маэль, не теряя драгоценного времени, с улыбкой объявил:
— Давайте сыграем по-крупному. Побеждает тот, кто угадает самый маловероятный исход.
С этими словами он легким движением руки опустил стопку фишек на сектор с цифрой «0».
— Но с одним условием: если выигрываю я, вы без лишних слов отпускаете моего супруга.
Бизнесмены тут же наперебой принялись соревноваться в напускном великодушии:
— Оу, разумеется! Вот только ставить на конкретное число… Шансы на победу у вас, прямо скажем, ничтожно малы.
— И то правда. Было бы куда разумнее сделать ставку на четное или нечетное, ну или выбрать вариант попроще.
— Знаете что, если этот раунд останется за нами, как насчет того, чтобы вы вместе с Вашим Высочеством разделили с нами ужин? Необязательно прямо сейчас, можно сразу после крестин, сегодня вечером. Мы как раз забронировали столик в одном потрясающем ресторане, для нас будет огромной честью…
Пока каждый из них сыпал любезностями, фишки одна за другой ложились на сукно игрового поля.
— Ставки больше не принимаются, — звонко объявил крупье, когда все определились с выбором.
Колесо рулетки плавно крутанулось, и маленький металлический шарик с сухим шуршанием побежал по кругу.
Пока бизнесмены завороженно следили за траекторией шарика, Ив слегка наклонился к Маэлю и интимным, бархатистым шепотом произнес ему прямо на ухо:
— Как насчет того, чтобы после крестин сбежать вечером на свидание в Ниццу?
В его голосе звучала абсолютная, непоколебимая уверенность в их победе. Маэль лишь счастливо улыбнулся и согласно кивнул.
Спустя мгновение шарик, сделав несколько прощальных скачков, замер в ячейке. Крупье звонким, чистым голосом огласил результат:
— Выигрышный номер — ноль.
Среди присутствующих пронесся вздох искреннего, глубокого изумления. Маэль, даже не взглянув на гору выигранных фишек, легким жестом пододвинул их все в сторону крупье в качестве щедрых чаевых. И стоило ему закончить с этим, как Ив, словно только этого и ждавший, бережно обнял его за талию, наклонился и на глазах у всех запечатлел на его губах глубокий, нежный поцелуй.
— Ах…
От неожиданности Маэль на секунду замер, но уже в следующее мгновение послушно прикрыл глаза. В то мгновение, когда их губы соприкоснулись, в памяти Маэля вдруг отчетливо всплыл образ той темной, бездонной бездны, что так долго зияла в его собственной душе.
Этой глубокой, мучительной пропасти одиночества, которую он так тщетно и долго пытался заполнить, наконец-то коснулся яркий, ослепительный и спасительный луч света.
Маэль точно знал: когда этот поцелуй закончится и он снова откроет глаза, его любимый муж будет стоять рядом и мягко улыбаться ему. Своими невероятными, прекрасными серыми глазами.
И одной этой абсолютной уверенности было более чем достаточно, чтобы Маэль раз и навсегда позабыл о том, что такое одиночество.
<Конец романа «Азартная игра под названием брак»>