Звёздная пыль луны 12 глава
Наш тгк: The Cosmos of Love
Вся семья обрадовалась, когда Сон Ун сказал, что будет заниматься спортом, и записался на приём к врачу и тренеру в физиотерапевтическом кабинете больницы. Тем временем в сообществе, где собираются поклонники дорам, появилось несколько постов.
[ Я слышал, что KHS (инициалы имени) уволили из HNJ (название шоу)?]
[Моя сестра говорит, что его сняли с другим актером.]
[Доказательства или этого не было]
[Серьёзно, что такое HNJ (название шоу)?]
[Что это такое? Все так запутанно.]
[В посте говорилось, что он пропустил съёмки, потому что болел]
[Его за это уволили? Разберитесь в фактах]
[А большая белая акула там ещё есть?]
[А жаль, ведь Хе Сон — большой поклонник «Большой белой акулы».]
[Почему Пэк Сан Хёна называют «большой белой акулой»?]
[Потому что в своей дебютной работе он был пловцом]
[Моя сестра сказала, что это Черри, но я понятия не имею, кто это]
[Что, блогер? Почему у него так много подписчиков?]
[Верно, Рю Чэ Юн. Никнейм — Черри]
[Черт, хватит уже кидать непроверенную информацию]
[Рю Чэ Юн, разве он не младший сын Рю Шина? Он красавчик]
[Боже мой, он что, наконец-то начал сниматься?]
(Скриншот профиля)
[Ого, это селфи просто безумное. Чем он занимался всё это время, раз не появлялся на телевидении?]
[ Он — чеболь в третьем поколении, зачем ему сниматься на телевидении?]
Поскольку это был всего лишь неподтверждённый пост со сплетнями, а у актёра на замену Сон Уна изначально не было большой фанбазы, новость быстро затерялась. Однако внешность Рю Чэ Юна привлекла к себе внимание.
Некоторые фанаты выражали сожаление, что Пэк Сон Хёну пришлось сниматься с новичком, и были недовольны сильно сдвинутым графиком, из-за которого съёмки проходили в последний момент. Впрочем, это можно списать на обычное беспокойство поклонников накануне масштабного проекта.
Конечно, Сон Ун не придал этой ситуации значения, да и телеканал RBS тоже не стал ничего предпринимать. В конце концов, съёмки проходили на улице, где невозможно было контролировать каждого прохожего. К тому же они понимали, что не вправе запретить людям говорить об этом.
— Давайте, осталось ещё 20 минут.
— Нет, ваш пульс всё ещё в норме!
Сон Ун, раздавленный бедой, которую навлек на себя сам, карабкался по бесконечной лестнице. Он привык тренироваться до ломоты в суставах и ради роли освоил не одно боевое искусство — раньше у него не было причин ненавидеть эти занятия. Но сейчас ему отчаянно хотелось придушить своего тренера, не умолкавшего с подбадриваниями. И самое ужасное было в том, что даже на это у него уже не оставалось сил.
— Вот почему вы делаете минимум.
Честно говоря, раньше он без труда бегал по 20 минут на дорожке, а затем забирался на тренажёре-лестнице ещё минут на 15. И всё это — не увеличивая темп и совершенно не задыхаясь… А это тело — просто ни на что не годный хлам.
Чтобы избежать непредвиденных ситуаций, во время тренировки рядом с Сон Уном находился врач, который следил за его физическим состоянием. Поэтому на тело Сон Уна были надеты электроды.
— Поднимайтесь медленно. Поднимите ноги на две трети и подтяните их вверх с помощью мышц бедра!
Мысль о том, чтобы когда-нибудь взять в руки штангу, казалась сейчас чистейшей фантастикой. Даже базовые кардиотренировки для развития выносливости казались ему неподъёмным испытанием. Сон Ун, превозмогая себя, побрёл вверх по лестнице, едва сдерживая позыв свалиться замертво.
Как только тренажер остановился, Сон Ун спустился и плюхнулся на пол.
Хён Сок подошёл к нему с беспокойством, глядя на него, и протянул ему воду и полотенце. Сон Ун с трудом поднял руку, чтобы взять бутылку с водой.
— Может, я сам налью вам воду в рот?
Сон Ун почти бессознательно оттолкнул назойливого менеджера, который вёл себя как нянька, и дрожащими пальцами сорвал крышку с бутылки, чтобы жадно, большими глотками, напиться.
Даже после этого он не чувствовал в себе сил подняться и так и остался сидеть на полу. Никто не торопил его и не одёргивал — ему дали время прийти в себя.
Когда он обернулся на зов, донесшийся от входа, то увидел своего второго старшего брата, Рю Чан Юна, стоявшего в дверях в стильном костюме. Все его братья были красивыми и богатыми.
Должно быть, дело в генах. У их отца было хорошее телосложение, а мать была красива, и это идеально передалось их детям. В случае с Рю Чэ Юном гены матери, похоже, проявились в полной мере.
Чан Юн шагнул вперёд, поднял Сон Уна и, не обращая внимания на пот, крепко обнял. У Сон Уна не было сил оттолкнуть его, и он мог только прижаться лицом к мягкой ткани.
— Давай сегодня куда-нибудь сходим с хёном.
— Мы арендовали кинотеатр, чтобы кое-что показать Чэ Юну.
— Вот увидишь, когда мы приедем.
— Тогда дай мне сначала сходить в душ…
Сон Ун с благодарностью принимал добрые слова окружающих. Однако, едва почувствовав опору в лице Чан Юна, он расслабился настолько, что ноги сами подкосились от слабости. Он пробормотал, что ему нужно в душ, но так и не двинулся с места. Чан Юн тихо прошептал ему на ухо:
— Если ты слишком устал, может, хён поможет тебе принять душ?
«Сумасшедший парень». Сон Ун собрал всю свою сверхчеловеческую силу, чтобы привести тело в движение. Он грубо вытер лицо и затылок полотенцем, висевшим на тренажере, а затем развернулся, услышав за спиной смех.
«Да, смейся сколько хочешь». Сон Ун быстро принял душ. Выйдя из ванной, он увидел, что Чан Юн всё ещё ждёт его и протягивает ему руку. Не понимая, что происходит, Сон Ун просто смотрел на эту бледную ладонь.
Подобные вещи его больше не волновали. Не обращая внимания на руку Чан Юна, Сон Ун небрежно откинул назад свои полусухие волосы.
Хён Сок, естественно, отступил, а Сон Ун направился к парковке и сел на пассажирское сиденье в машину Чан Юна.
— Да, я не хочу, чтобы в моей машине ехали другие люди.
— Разве Чэ Юн — это «другие люди»?
Заведя двигатель, Чан Юн оставался на месте, дожидаясь, пока охрана подготовится. В это время его пальцы машинально перебирали пряди волос Сон Уна.
— Тебе нужно было полностью высушить волосы.
— Из-за кондиционера воздух холоднее.
Нет смысла спорить. Сон Ун, не отвечая, повернул голову к окну. От нежных поглаживаний по волосам его начало клонить в сон. Сон Ун прикрыл глаза.
— Кстати, хён, они сказали, что моя сердечная мышца стала сокращаться быстрее.
С тех пор как он начал ежедневно заниматься спортом в больнице, прошло некоторое время. Недавно ему провели ещё одно тщательное обследование, и его результаты поразили врачей. Его ранее безжизненная сердечная мышца начала сокращаться. Они даже сказали, что незакрытая перфорация клапана, похоже, немного сузилась.
— Судя по всему, это ты установил камеру в моей комнате?
Какой бы тяжёлой ни была болезнь, установка камеры в его комнате казалась чрезмерной. Но недавно Сон Ун узнал, что на этом настоял его второй брат Рю Чан Юн. Другие члены семьи возражали, говоря: «Это немного…», но Чан Юн настаивал на своём.
— Это я обнаружил, что у тебя остановилось сердце.
Он не знал этого... Не то чтобы он делал в своей комнате что-то предосудительное, да и про камеры он порой попросту забывал. Но из-за странных голограмм, возникавших перед ним, и голоса, эхом звучавшего в голове, он не хотел, чтобы в его комнате была камера. Как минимум, чтобы не сойти за сумасшедшего, разговаривающего с пустотой.
— Раз я ношу эти часы, разве нельзя обойтись без камеры?
Сон Ун должен был носить смарт-часы постоянно — снимать их разрешалось только для сна и душа. Изначально он считал это прихотью Рю Чэ Юна. Но когда Хён Сок начал упрекать его за редкие случаи, когда часы были сняты, Сон Ун всё понял: это устройство нужно для того, чтобы отслеживать его физическое состояние.
— Они сказали, что если я буду лучше себя чувствовать, то смогут отключить и дефибриллятор.
— Да, если ты будешь лучше стараться.
Чан Юн слегка улыбнулся. Его тон звучал успокаивающе, но в нём не было ни малейшего намека на то, что он готов пойти на уступки.
Услышав звук за окном, Рю Чан Юн опустил стекло. В щель просунули полотенце.
— Высуши волосы, прежде чем мы пойдём.
Чан Юн сделал вид, что не заметил усталого взгляда Сон Уна. Он тщательно высушил его волосы, не оставив на коже головы ни капли влаги, и лишь затем включил кондиционер.
Он так сильно беспокоился о здоровье Рю Чэ Юна, что вряд ли бы согласился убрать камеру сразу... Возможно, сам факт, что он поднял этот вопрос, уже был прогрессом.
Стоит ли ему считать, что сердечная мышца, которая была почти мертва уже более 10 лет, начала двигаться благодаря его изменившейся душе? Сон Ун размышлял о связи между душой и телом, но, что неудивительно, не мог найти ответа.
Был ли у Рю Чэ Юна любимый фильм? Может быть, он был поклонником какого-то актера и, пользуясь своим богатством, брат собирался показать ему неизданный или готовящийся к выходу фильм с участием этого актера.
— Строго говоря, это даже не кинотеатр.
Чан Юн припарковал машину на стоянке RBS. Следуя его указаниям, они направились в небольшой кинозал, который вещательная станция RBS оборудовала для внутренних просмотров.
Внутри находились все члены семьи Рю Чэ Юна, включая его тётю Рю Ён Джу.
— Мы собрались, чтобы посмотреть первое выступление нашего сына в качестве актера.
— Компьютерная графика и монтаж для сцены с Чэ Юном готовы, так что тётя принесла их.
Разве это не злоупотребление властью? Конечно, если бы президент продюсерской компании захотела это увидеть, никто бы ее не остановил. Но взять только отредактированные сцены с второстепенной ролью из незавершённого сериала?
— … Не лучше ли посмотреть его, когда выйдет весь сериал?
Релиз на Webflex должен был состояться в конце месяца, то есть оставалось меньше трёх недель.
— Мы взяли только сцены с Чэ Юном. Тетя лично принесла их, так что утечки не будет.
Он решил, что стоит принять это как привилегию младшего сына чеболя. Не желая омрачать общую радость, Сон Ун занял предназначенное для него место в первом ряду. Его удивила лишь одна деталь: зачем они купили попкорн, если смотрят кино всего несколько минут?
— Чэ Юн, вот твой апельсиновый сок.
Вместо колы, за которой он потянулся, ему подали свежевыжатый апельсиновый сок. Потягивая его через соломинку, Сон Ун смотрел на темнеющий экран.