Эффект черного лебедя

Американский математик и экономист Нассим Николас Талеб впервые подробно изложил данную теорию в 2004 году в книге «Одураченные случайностью», а в 2007 году ввел и сам термин «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости».

Сам термин восходит к цитате древнеримского поэта-сатирика Ювенала «Rara avis in terris, nigroque simillima cygno», которая переводится с латинского языка как «Редкая птица на земле, подобная черному лебедю». На протяжение веков это выражение использовалось для обозначения чего-то невозможного. До конца XVII века считалось, что лебеди бывают только белыми, пока голландские исследователи не обнаружили чёрного лебедя в Западной Австралии.

Талеб выделил три основных критерия события типа «чёрный лебедь»:

1. Событие является неожиданным;

2. Событие имеет значительные последствия;

3. После наступления событие имеет рациональное объяснение, как если бы событие было ожидаемым.

С точки зрения автора, практически все значимые научные открытия, исторические и политические события, а также достижения искусства и культуры относятся к событиям типа «чёрный лебедь». Примерами таких явлений являются развитие и внедрение Интернета, Первая мировая война, распад Советского Союза и мировой экономический кризис. «Чёрные лебеди» могут быть как негативными, так и позитивными — например, технологические прорывы и научные открытия. Роль «чёрных лебедей» значительно возросла во время промышленной революции, когда «мир начал усложняться, а повседневная жизнь сошла с наезженной колеи».

Учёный утверждает, что люди в действительности не способны строить надёжные долгосрочные финансовые модели и политические стратегии из-за существования «чёрных лебедей». Поэтому все прогнозы, которые якобы будут работать на многолетней дистанции, рано или поздно оказываются ошибочными после их составления. В связи с этим, Талеб рекомендует предпринимателям меньше полагаться на планирование и отдавать предпочтение гибкости и импровизации.

Он также описывает несколько типов заблуждений, приводящих к излишней уверенности в собственной способности предсказывать будущее:

1. Нарративные (или эффект «пузыря») — склонность доверять информации и мнениям своего окружения или авторитетных источников, игнорируя факты, которые им противоречат;

2. Игровые — применение теории игр (математический метод изучения оптимальных стратегий в играх, в котором, в процессе, участвуют две и более стороны, преследующие свои интересы) в реальной жизни;

3. Ретроспективные — вера в успешное предсказание будущих событий на основании анализа произошедших. Главная ошибка здесь - считать, что мы знаем достаточно, чтобы построить прогнозы и что всё будет развиваться по одному и тому же сценарию.

Такое мнение очень распространено. К примеру, в ходе конференции Ideas Lab в Брюсселе была озвучена мысль, что коронавирус продемонстрировал хрупкость глобального мира и неспособность государств действовать эффективно и согласованно. В результате страны оказались изолированы и разделены границами, экономика погрузилась в хаос, а ВОЗ выступала с запоздалыми и противоречивыми рекомендациями. Как и подобает настоящему «чёрному лебедю», пандемия стала неожиданностью для мирового сообщества и привела к глобальным последствиям.

В 2007 году Талеб опубликовал статью в The New York Times, в которой объяснил влияние «чёрных лебедей» на наше представление о мире. Он пишет: «Одно-единственное наблюдение может опровергнуть всеобщее убеждение, основанное на тысячелетних наблюдениях за миллионами белых лебедей. Всё, что вам нужно — это одна-единственная (и, как говорят, довольно некрасивая) чёрная птичка».

Другими словами, он утверждает, что всё, на чем базируется наша картина мира, довольно ненадежная и даже иллюзорная конструкция.

В 2017 году в интервью РБК Талеб назвал наиболее вероятные события, которые могут стать новыми «чёрными лебедями»:

 Эпидемии — В 2020 году, в интервью РБК Pro, учёный добавил, что высокая смертность от COVID-19 - прямое следствие того, что многие недооценили эпидемию даже тогда, когда угроза стада вполне очевидной. По его мнению, снятие карантинных ограничений не означает, что мы можем вернуться к нормальной жизни: последствия останутся с нами надолго.

 Неолуддизм — Иными словами, сопротивление роботизации - по аналогии с движением луддитов, которые в начале XIX века ломали ткацкие машины, опасаясь за свои рабочие места. При этом сам Талеб не верит, что новые технологии перевернут наше будущее: их эффект во многом преувеличен и заметен лишь в отдельных областях: «Из всех технологий, которые обещают перевернуть мир, я верю разве что в новую энергетику. Просто потому, что сам ей пользуюсь. Мой дом полностью автономный и работает на солнечной энергии, а езжу я на Tesla.»