Вайолет Хармон
существует ли такая вещь, как «трагический изъян» — зловещая темная трещина, пролегающая через всю жизнь, — вне литературы? когда-то я полагал, что нет. теперь же уверен, что существует. и в моем случае это, видимо, болезненная и неудержимая тяга ко всему, что исполнено внешнего блеска и великолепия.
вайолет хармон, как и полагается человеку, выросшему на деньгах, частных школах и убеждении, что мир существует исключительно как декорация к ее ослепительной жизни, всегда любила только две вещи: себя и свою белоснежную породистую кошку мурель. она тратила деньги легко, с тем презрительным изяществом, которое свойственно золотой лондонской молодежи. платье за тысячи фунтов, кольцо, которое наденет ровно один раз, поездка в милан просто потому, что в гардеробе размером с чью-то трехкомнатную квартиру не было подходящего наряда. у богатых детей вообще поразительная привычка пытаться купить себе личность. у вайолет хотя бы получилось. какая редкость! обычно за деньги люди покупают только зависимость от чужого мнения и слишком уродливые сумки.
родительской любви она так и не получила. отец был слишком занят бизнесом и любовницами, мать — слишком увлечена собой, сценой и булимией. они оба исправно переводили деньги, дарили дорогие подарки на рождество и дни рождения, а потом исчезали обратно в свои идеальные жизни, где для ребенка почему-то не нашлось места. вайолет рано поняла: любовь переоценена, а вот деньги куда полезнее. любовь делает тебя слабой, заставляет ждать, надеяться, прощать. вайолет ненавидела все три вещи, но особенно — жалость. худшую форму манипуляции из всех возможных.
она эгоистка и совершенно этого не стыдится, более того — гордится. по мнению вайолет, эгоизм — это просто здоровая любовь к себе, которую почему-то очень не любят посредственные люди. особенно те, кому нечем больше гордиться, кроме своей «доброты». она терпеть не может весь этот показной альтруизм, эту бесконечную моду быть хорошим человеком, как будто это достижение; как будто для того, чтобы не быть жалкой, нужно обязательно раздавать себя по кускам окружающим.
если вайолет чего-то хочет, она это получает. всегда. вопрос только в том, сколько людей придется при этом переехать.
в восемь лет ей запретили заниматься балетом. преподавательница сказала, что у нее слишком большой вес, после чего вайолет села на многомесячную голодовку, и с тех пор больше никогда не была в здоровом весе. к концу полугода она оказалась в больнице с истощением и капельницей в руке, зато родители наконец подписали бумаги и нашли ей лучшего тренера в лондоне. танцевать она, впрочем, бросила через год. то было делом принципа, а не попыткой повторить жизнь матери. пошла эта сучка к черту.
в тринадцать один мальчик из ее школы, капитан сборной по плаванию и обладатель того самого отвратительного типа лица, за который девочки готовы терять достоинство, после долгих попыток пригласить вайолет на зимний бал в итоге опустился до ее подружки. вайолет, безусловно, это не понравилось, и она решила, так уж и быть, дать ему шанс. в ответ получила:
— я уже обещал пойти с салли. может, это и к лучшему. мне кажется, она мне и вправду нравится.
какая трогательная, почти сельская преданность. через неделю в его шкафчике нашли пакет с наркотиками. вайолет лично расплакалась в кабинете директора, рассказала, что давно замечала, как он «странно себя ведет», и выразила искреннюю обеспокоенность. его родители отправили его в рехаб, школа исключила его через три дня, а бывшая подружка бросила еще раньше. вайолет потом даже прислала ей цветы — белые лилии — как на похороны. иронично же.
в четырнадцать лет у нее появилась соперница по теннису. высокая, громкая, раздражающе талантливая девочка, которая однажды посмела сказать, что вайолет переоценивают и что она всего лишь типичная богатая девчонка, которую можно размазать в два счета. самое обидное заключалось в том, что это было правдой. хелен лонгхорт действительно была восходящей звездой тенниса и равных ей не было.
за день до турнира вайолет подкараулила ее у лестницы в спортивном корпусе. один толчок — и соперница полетела вниз. в итоге хелен не смогла явиться на соревнование из-за подвернутой ноги, а вайолет выиграла турнир с ослепительной улыбкой джулии робертс на лице. потом еще полтора месяца навещала ее с конфетами и видом человека, глубоко переживающего чужую беду. никто хелен так и не поверил. а может, и поверил, но сделать что-либо против до абсурдного богатой семьи хармонов было невозможно. деньги, как всегда, оказались лучшим адвокатом.
вайолет — прирожденный лидер. вокруг нее всегда собираются люди: красивые, богатые, полезные или хотя бы достаточно отчаявшиеся, чтобы считать ее дружбу подарком судьбы. она умеет быть очаровательной, умеет смотреть так, будто ты самый интересный человек в комнате, умеет заставить почувствовать себя избранным, а потом медленно, аккуратно, с интересом каннибала вытаскивает из тебя все, что ей нужно.
вайолет пользуется людьми легко и талантливо. одной подруге позволяет плакать у себя на плече, чтобы потом использовать всю сказанную на пике эмоций информацию против нее же; другой покупает подарок за несколько тысяч фунтов, чтобы та молчала; третью держит рядом просто потому, что приятно иметь человека, который готов приехать среди ночи, если у вайолет сломался ноготь, каблук или настроение. у богатых людей вообще удивительно хрупкая психика. достаточно одного неудачного селфи, и начинается локальный апокалипсис.
язык у вайолет подвешен идеально. спорить с ней невозможно. через пять минут разговора она заставит тебя либо усомниться в себе, либо расплакаться, либо извиниться за то, что вообще открыл рот — чаще всего все сразу. она язвительная, колкая и совершенно не умеет останавливаться. если вайолет решила уничтожить кого-то словами, она использует самые низкие приемы. при этом вайолет — отличный оратор и дебатор; в школе она обожала качать свои права, да и вне школы мало что менялось.
вайолет хармон родилась в лондоне, в семье, которая выглядела безупречно на глянцевых страницах журналов и совершенно отвратительно-дисфункционально в реальной жизни. ее отец был британским бизнесменом, владельцем инвестиционной компании, человеком из тех, кто разговаривает исключительно о деньгах, рынке и себе. мать — французская прима-балерина, красивая до такой степени, что ей прощали абсолютно все: скандал с неуплатой налогов, очередного любовника, несколько вынюханных дорожек прямо во время благотворительного вечера. люди вообще странно относятся к красивым женщинам. если ты достаточно красива, тебе простят буквально все, кроме старости.
они развелись, когда вайолет было 10. официальная версия звучала как «непримиримые разногласия», неофициальная же включала в себя многочисленные измены, скандалы, разбитую вазу за двадцать тысяч фунтов и попытку матери швырнуть в отца бутылкой шампанского. вайолет сидела на лестнице и смотрела на все это между перилами. потом гувернантка увела ее наверх и сказала, что настоящие леди никогда не плачут из-за пустяков. и еще, что любовь заставляет взрослых делать страшные вещи. тогда вайолет и решила, что никогда в жизни не влюбится. очень разумный вывод для ребенка. психотерапевты потом наверняка были бы в восторге, если бы вайолет хоть раз в жизни согласилась пойти к мозгоправу.
пожалуй, единственным человеком, которого вайолет действительно любила, была ее гувернантка, хельга. суровая шведка с ледяным голосом и привычкой поправлять ей воротник перед тем, как разрешить выйти из комнаты. именно хельга научила вайолет говорить на трех языках, держать осанку, смотреть людям в глаза и никогда не показывать, что тебе больно. когда вайолет было семь, она разбила колено и расплакалась. хельга дала ей салфетку и сказала:
— плакать можешь пять минут. потом вытри лицо и сделай так, чтобы все остальные пожалели, что увидели тебя слабой.
впрочем, хельга была не совсем права. любви между родителями вайолет никогда не существовало даже в той жалкой форме, которую люди обычно выдают за нее. спустя год после той драки последовал молчаливый развод. мать уехала в париж, отец остался в лондоне, а вайолет превратилась в очень дорогую посылку, которую раз в несколько недель отправляли через ла-манш. сентябрь и октябрь у матери, ноябрь у отца, рождество там, новый год здесь. париж пах лаком для волос, сигаретами и холодными театральными гримерками. лондон — дождем, кожаными сиденьями машин и химозно-сладкими духами длинноногих секретарш.
когда ей исполнилось одиннадцать, хельга уехала обратно в швецию, а вайолет отправили в частную школу. там она быстро стала той самой девочкой, которую все одновременно ненавидят и хотят быть ею. она училась лучше всех, выглядела лучше всех и никогда не позволяла никому забыть об этом. слишком умная, слишком красивая, слишком уверенная. у людей вообще странная привычка раздражаться, когда кто-то напоминает им о собственных недостатках.
в пятнадцать она организовала сбор подписей против преподавательницы, которая поставила ей b по литературе. через две недели женщину уволили. официально — за «неэтичное поведение по отношению к ученикам», неофициально вайолет просто нашла ее переписку с женатым учителем истории и очень грамотно пустила слух в нужную сторону. потом еще неделю ходила по школе с выражением лица, будто переживает национальную трагедию. маленькая благотворительная акция для собственного алиби.
к выпускному году у нее уже была собственная компания из пяти девушек, которые ходили за ней буквально по пятам. одна носила ее сумку, другая писала за нее конспекты, третья собирала слухи, четвертая существовала исключительно для того, чтобы выслушивать все ее оскорбительные шутки и благодарить за внимание, а пятая заменяла остальных, если те заболевали или начинали слишком много думать. вайолет называла их своими «приспешниками». исключительно в шутку, конечно. просто у шутки был список обязанностей и дресс-код.
после окончания школы вайолет без проблем поступила в кэмбриджский университет. вайолет съездила посмотреть кампус — и ей не понравилось. слишком много старых зданий, слишком мало людей. через неделю она отказалась от кембриджа и выбрала ucl, потому что лондон был ее городом: шумный, дорогой, злой, полный людей, которые готовы перегрызть друг другу глотки ради денег. словом, место, где вайолет наконец могла чувствовать себя как дома.
в день ее исчезновения и попадания в академию вайолет только проснулась, выпила смузи, приняла ванну с бомбочками, сделала увлажняющую маску для лица, а затем выполняла утреннюю йогу вместе с мурель, которая путалась под ногами и всем своим видом демонстрировала, что в этом доме только она имеет право быть капризной. такое обычное, тихое утро закончилось криками, угрозами и истерикой длиной в несколько часов. потому что одно дело — оказаться в другом мире какой-нибудь провинциальный замухрышки, и совсем другое — оказаться в другом мире неповторимой вайолет хармон.
у некоторых людей действительно есть серьезные проблемы! по крайней мере, вайолет была в этом абсолютно уверена.