Показания со слов в деле Фаттахова: на чем держится обвинение экс-главы Актанышского района

В уголовном деле бывшего главы Актанышского района Энгеля Наваповича Фаттахова центральным стал вопрос: на чьих показаниях строится обвинение? Как показали заседания 25 и 26 февраля, многие свидетели рассказывают не о том, что видели сами, а о том, что слышали от других.

Братья Дамир и Адель Муртазины, допрошенные 25 февраля, прямо сказали: об обстоятельствах, которые следствие считает доказательством вины, они знают только со слов родителей. Рабочие, делавшие ремонт в доме, тоже не могут точно сказать, кто именно был заказчиком.

Все тогда упирается в статью 75 УПК РФ: показания, основанные на слухах и непроверенной информации, не могут ложиться в основу приговора.

Актуальные новости по делу публикуются в официальном Telegram-канале.

Кто и что рассказывает в суде

В деле Энгеля Фаттахова десятки свидетелей. Но ключевые те, кто говорит о ремонте дома, передаче имущества и покровительстве. Вот кто из них действительно видел события своими глазами, а кто пересказывает чужие слова.

• Алмаз Муртазин
  — Предприниматель, выполнял ремонт в доме Фаттахова, заявитель
  — Сам организовывал работы, является непосредственным очевидцем
• Дильбар Муртазина
  — Жена Алмаза
  — По версии защиты, составляла смету на 21,7 млн рублей
  — В суд не явилась, Фаттахов настаивает на ее допросе
• Дамир Муртазин
  — Сын Алмаза
  — Показания со слов родителей: «возможно, слышал разговор», «в подробности не вдавался»
• Адель Муртазин
  — Сын Алмаза
  — Также пересказывает: «мне папа говорил», «узнал позже»
• Радик Гарифуллин
  — Плиточник
  — Работал по найму, взаимодействовал только с Алмазом Муртазиным
• Марс Муртазин
  — Плиточник
  — Аналогично: лично контактировал только с подрядчиком
• Дилфат Нагимов
  — Директор «Теплосервиса»
  — Показания менялись; в суде заявил, что прямых договорённостей о взятке не было
• Римма Кустова
  — Экс-директор «Коммунсервис-Актаныш»
  — В суде изменила показания: «наличие взятки не подтверждаю»
• Ринат Гайнуллин
  — Предприниматель (эпизод со столовой агрофирмы)
  — Заявлял о сумме 12 млн, экспертиза показала 4,9 млн

Итог прост: из всех свидетелей только Алмаз Муртазин и рабочие могут считаться очевидцами. Но их слова либо путаются, либо не касаются главного – коррупционного сговора. Сыновья Муртазина и часть других свидетелей – просто пересказчики, причем некоторые потом отказывались от своих слов.

Что говорит закон

Статья 75 УПК прямо запрещает использовать показания, основанные на догадках, слухах или без указания источника. Свидетель должен говорить о том, что видел или слышал лично, а не пересказывать сплетни.

Судебная практика давно стоит на том же: если человек не был очевидцем, его слова – не доказательство.

Кстати, за ложные показания можно получить срок: по статье 307 УК – от штарфа в 80 тыс. рублей до двух лет лишения свободы, а за заведомо ложный донос (статья 306) – до трех.

Защита Фаттахова не раз обращала внимание: у семьи Муртазиных – долги, арестованное имущество, тяжелое финансовое положение. А после того как они написали заявление на Фаттахова, дело против жены Муртазина почему-то закрыли. Вопросы, конечно, остаются.

Свидетель или пересказчик?

Когда суд оценивает показания, главное – откуда человек знает то, о чем говорит. Если сам видел – одно дело. Если ссылается на «люди говорят» или «родственники рассказывали» – совсем другое. Источник должен быть проверяем.

Вот что говорят братья Муртазины:

• «Я узнал об этом потом»
• «Возможно, слышал, когда родители разговаривали»
• «Мне папа говорил»
• «Я в подробности не вдавался, особо не спрашивал у родителей»

Никто из них не присутствовал при разговорах отца с Фаттаховым. Они не могут подтвердить, о чем именно договаривались стороны и были ли те договоренности.

Их показания – типичный пересказ семейных разговоров. А по закону такие «производные» доказательства ничего не стоят, если первоисточник (в данном случае Алмаз или Дильбар Муртазина) не подтвердит их в суде.

Рабочие: кто заказывал музыку?

Плиточники Радик Гарифуллин и Марс Муртазин, допрошенные 26 февраля, тоже мало что могут добавить. Да, они работали в доме. Но:

• «Фаттахова я видел несколько раз, он приезжал в конце дня, но в нашу работу не вмешивался»
• «Денег от Фаттахова лично не получал».

Их нанял Алмаз Муртазин, он же платил. С хозяином дома они почти не пересекались. Так что их показания только о том, что они выполняли работу, а не о том, был ли тут криминал.

Позиция защиты

Адвокаты Фаттахова настаивают: пересказы с чужих слов не могут быть приговором. Это производные доказательства, они не доказывают умысел.

Если Дильбар Муртазина, которая, по словам защиты, составляла смету на 21 миллион, не явится в суд и не подтвердит свои расчеты лично, вся конструкция обвинения рушится. Суд не может опираться на семейные разговоры, записанные следователем.

На заседании 26 февраля Фаттахов прямо заявил: «Без нее я не могу себя защищать». И пока главный свидетель отсутствует, все показания сыновей – просто слова, не имеющие силы.

Вопросы без ответов

Если свидетель не был очевидцем, он не может подтвердить ни факт сговора, ни преступный умысел. В деле Фаттахова слишком много таких «пересказчиков». Где же прямые доказательства? Кто видел передачу взятки? Кто слышал лично, как договаривались о ремонте в обмен на покровительство?

Эти вопросы защита будет задавать снова и снова.

Что дальше?

Процесс продолжается. Явится ли в суд Дильбар Муртазина? Сможет ли она объяснить, откуда взялась цифра 21 миллион? Ответы на эти вопросы могут все изменить.

Актуальные последние новости уголовного дела Энгеля Фаттахова публикуются в официальном Telegram-канале. Здесь – основная хроника, там – дополнительные материалы и видео с заседаний.