Завещание Второва и девять возражений
Отец и сын Второвы – фигуры на российском небосклоне сколь яркие, столь и противоречивые. Отношение к ним не может быть однозначным по многим причинам. Но исследования, достойного их масштаба – по влиянию на экономику страны! - до сих пор нет, а имеющиеся публикации грешат неточностями или откровенными ляпами. За редким исключением. Среди оных – интервью известного знатока московского купечества М.С. Дроздова, данное им десять лет назад.
https://m.rusmir.media/2016/04/01/vtorov
В этом интервью, в частности, Дроздов констатирует известный исследователям факт: «Второвы не были ни большими благотворителями, ни меценатами», потому о них не вспоминают так часто, как о Морозовых иль Рябушинских. И настоящим откровением стала для меня архивная находка, рассказывающая о завещании Второва-отца. Нет, не та его часть, которая сообщает, какую сумму он оставлял сыну Николаю, а «завещание десяти городам» - так я назвала его для себя.
Что за словосочетание я вдруг сочинила, спросите? А вы попробуйте загуглить «завещание Второва городам» - что из этого выйдет? Вот что, к примеру:
«По духовному завещанию… городам Иркутску и Луху было оставлено по 25 тысяч рублей. Условия завещания: проценты с этой суммы дважды в год - на Пасху и Рождество - должны были выдаваться нуждающимся горожанам. В тексте завещания Александра Федоровича Второва нет упоминания других городов.Однако известно, что у товарищества Второва были отделения в таких городах, как Екатеринбург, Томск, Новониколаевск, Петровский Завод, Верхнеудинск, Барнаул, Бийск, Троицкосавск, Сретенск, Камень, Чита».
«…завещал 25 тыс. руб. в пользу бедных, с которых 12% должны были выдаваться к Пасхе и Рождеству нуждающимся в городах, где работают отделения второвских фирм, и насельникам Троице-Сергиевой лавры. Отдельная сумма должна поступать в не забытый им Лух, откуда глава династии был родом».
Из лухского музея я получила такой ответ: «В своем завещании Александр Федорович написал: родному городу Луху, два раза в год, на Рождество и Пасху по 100 тыс. руб., Барнаулу, Иркутску, два раза в год по 25 тыс. руб, Томску - 10 тыс. руб. На проценты от этих денег оказывать помощь нуждающимся»...
Очень интересным в плане родословия Второвых оказался материал главного археографа Ивановского облархива кандидата исторических наук Е.С. Бутрина:
https://i3vestno.ru/article/2026/01/14/otec_russkih_supermarketov_aleksandr_vtorov_rodilsya_v_luhe
В нем автор, в частности, пишет: «Значительные суммы были пожертвованы Иркутску, но не забыл покойный и родной Лух – городская управа получила по его завещанию 100 тысяч рублей, проценты с которого должны были выдаваться нуждающимся на Пасху и Рождество. Всего в течение 1912-1915 годов деньги регулярно получали около 400 лухских граждан. Размеры пособий варьировались, исходя из степени нужды просителя – от 2 до 12 рублей».
Александр Федорович Второв. Фото из открытого источника.
Можно обнаружить в сети и другие варианты-перепевы. Согласитесь, информация в них неполная и разноречивая. Я же смею утверждать, что владею сведениями точными – и о городах-получателях, и о пожертвованных им суммах. Но откуда вдруг у меня появилась информация о «завещании десяти городам»? Я нашла ее в документах, хранящихся в Госархиве Алтайского края.
Первым в подборке документов, касающихся завещания А.Ф. Второва была эта телеграмма (написана она от руки и содержит исправления):
Распорядителю Торговаго Дома Николаю Александровичу Второву.
Городская Дума въ очередномъ общемъ Собранiи гласныхъ 15 Декабря, выражая единогласно искреннюю благодарность запожертвованiе и чувства глубокаго уваженiя памяти почтила покойнаго Александра Федоровича Второва – единогласно почтила его вставанiемъ.
Объ этомъ по порученiю считаю долгом сообщить Вамъ (зд. исправлено карандашом: «чем телеграм. от 16 Декаб Город У уведом»)
Барнаульскiй Городской Голова.
Отпр. 16 ч. 16 Декаб. 1911 (приписка карандашом)»
Логично было обратиться к «Жизни Алтая». В номере за вышеупомянутую дату я нашла лишь эти строки в «Хронике»: «По духовному завещанiю Второва. Городской управой получено десять тысячъ рублей, завещанныхъ Барнаулу умершимъ А.Ф.Второвым». В номерах октябрьских я пока не обнаружила информации о кончине предпринимателя.
Листая бумаги управы, я нашла копию выписки из духовного завещания Второва в одном из документов. Вот ее текст:
Изъ духовнаго завещанiя Александра Федорова Второва
«шестое: внести въ распоряженiе городскихъ управленiй нижеименованныхъ городовъ деньгами или процентными бумагами для выдачи из процентовъ пособiй беднымъ два раза въ годъ передъ праздниками Св. Пасхи и Рождества Христова……..г. Барнаулу – десять тысяч рублей……. Съ темъ, чтобы капиталы эти были неприкосновенны». Выписка верна За секретаря при Прокуроре Московскаго Окружнаго Суда В.Носовъ
В сей выписке – на то она и выписка – говорится лишь о Барнауле. Но как же я составила полный список городов, облагодетельствованных Второвым? Случилось это не сразу…
В архиве отложился документ, датированный январем-февралем уже 1912-го:
«Барнаульской Городской Управе.
Душеприкащики по завещанiю А.Ф. Второва имеютъ честь довести до сведенiя Городской Управы, что Московская Казенная Палата съ капиталовъ, завещанныхъ А.Ф. Второвымъ городамъ, исчислила пошлины въ размере 12%. Противъ этого исчисленiя душеприкащиками подано возраженiе, но желательно, чтобы Городскiя Управы съ своей стороны подали возраженiя по образцу, изложенному на обороте, или более подробныя. Возраженiе должно быть направлено въ Московскую Казенную Палату».
Под документом я разобрала подписи двух из трех «душеприкащиков» - Александра Ивановича Коновалова и Якова Ивановича Лицинтина. Первый, кстати, был мужем дочери А.Ф.Второва.
Николай Второв с детьми. Фото из открытого источника.
Разумеется, барнаульская Управа отправила в Москву «Возражение», в коем указывалась причина несогласия: «капиталъ завещанъ на благотворительныя цели и притомъ учрежденiю, ведающему призренiе бедныхъ».
А вот и первый документ, в котором я обнаружила список девяти городов. Почему девяти, а не десяти? В этом документе не упоминается самый главный «грантополучатель», родина Второва – Лух. Итак, это ответ Московской Казенной Палаты на «возражения», датированный 15 марта 1912 года:
«Въ Московскiй Окружный Судъ. –
Препровождая при семъ… девять возраженiй Городскихъ Управленiй городовъ: Бiйска, Троицкосавска (ныне Кяхта, Респ. Бурятия – СТ), Стретенска (зд. опечатка, Сретенск – город в Забайкальском крае - СТ), Екатеринбурга, Барнаула, Читы, Верхнеудинска (ныне Улан-Удэ – СТ), Томска и Иркутска на произведенный Казенною Палатою расчетъ наследственныхъ пошлинъ съ имущества умершаго Александра ВТОРОВА в части, касающейся обложенiя наследственною пошлиною завещанныхъ этимъ Городскимъ Управленiямъ умершимъ Второвымъ выдачъ, Казенная Палата имеет честь уведомить Окружный Судъ, что возраженiя эти не заслуживаютъ уваженiя, такъ какъ, въ силу неоднократныхъ разъясненiй Правительствующаго Сената, не могутъ быть признаны свободными отъ оплаты пошлиною капиталы, завещанные не точно определеннымъ самимъ завещателемъ благотворительнымъ учреждениямъ, а темъ более, когда капиталы эти предназначены не непосредственно благотворительнымъ учрежденiямъ, а черезъ посредство Городскихъ Управленiй, никакого благотворительнаго характера не имеющихъ».
Бюрократическая машина, как известно, неспешна-неповоротлива: повестка по делу была получена в мае 1912-го – слушание же было назначено на 15 сентября. Но я обнаружила документ, в котором говорится об июньском заседании Судебной Палаты. Это кассационная жалоба:
По Гражданскому Кассацiонному Департаменту
объ исчисленiи пошлин съ имущества умершаго А.Ф. Второва /Моск. Судебная Палата, 3 деп. ст. чл. Палаты А.А. Орлова. Дело №651 – 1912 года/,
Московская Судебная Палата въ заседанiи своемъ 9 iюня 1912 года признала подлежащими обложенiю наследственною пошлиною суммы, завещанныя по 6п. духовнаго завещанiя А.Ф. Второва Городскимъ Управленiямъ городовъ Луха, Иркутска, Томска, Верхнеудинска, Читы, Сретенска, Троицкосавска, Барнаула, Бийска и Екатеринбурга для выдачи пособiй беднымъ изъ %% съ нихъ.
Решенiе Московской Судебной Палаты Городская Управа находитъ неправильнымъ въ виду следующаго:
Московская Судебная Палата въ своемъ решенiи основывается на томъ, что отказы вышеназваннымъ городамъ подлежатъ обложенiю пошлиною, «как не сделанные въ пользу определенныхъ благотворительныхъ учрежденiй;» отсюда видно, что Московская Судебная Палата не считаетъ возможнымъ отнести городъ къ числу благотворительныхъ учрежденiй. Правительствующiй Сенатъ въ своихъ решенiяхъ по данному вопросу высказывался различно, такъ решенiю его №46 – 1904 года противопоставляется решенiе №71 1902 года, въ которомъ «къ благотворительнымъ учрежденiямъ относятся все учрежденiя, имеющiя своей целью оказанiе разнаго рода вспомоществованiй более или менее обширному /а не ограниченному/ кругу лиц, находящихся въ нужде.
Согласно же п.V ст. 2 Город. Положенiя и ст.8 Уст. объ Общ. Призренiи «попеченiе о призренiи бедныхъ и прекращенiи нищенства въ (здесь: утрата текста, из документа следует – «городских поселенiях возлагается на городское общественное управление» - СТ).
Поэтому нетъ основанiя не признать, что въ известной отрасли своей деятельности города носятъ характеръ благотворительныхъ учрежденiй силою самого закона.
Московская Судебная Палата въ своемъ решенiи – въ нарушенiе раздела II Устава объ Общественномъ Призренiи – не отметила и не обсудила того различiя, которое существуетъ между благотворительнымъ заведенiемъ какъ известной отдельной организацiией и благотворительнымъ учрежденiемъ какъ способомъ достиженiя целей благотворенiя; къ благотворительнымъ учрежденiямъ и долженъ быть отнесенъ городъ въ техъ случаяхъ, когда онъ заменяетъ Приказъ Общественнаго Призренiя и несетъ на себе заботы о призренiи бедныхъ.
Но и не зависимо отъ вопроса о томъ – имеетъ ли городъ, какъ известная единица, благотворительный характеръ или нетъ – надо признать, что Московская Судебная Палата въ своемъ решенiи нарушила принципъ положенный въ основанiе ст.153 п.3 Уст. о Пошл. /ныне ст. 202 п.4/, согласно которому безмездность (ориг. – СТ) перехода имуществъ на надобности благотворенiя и просвещенiя имеетъ целью вообще расширенiе благотворительности за счет интереса казны, въ виду чего изъемлются отъ обложенiя все делаемыя для благотворительныхъ целей пожертвованiя /Мотивы Государственнаго Совета при обсужденiи в 1882 г. новаго Устава о Пошлинахъ/ Согласно решенiя Правительствующаго Сената №13 – 1902 года въ виду того, что благотворительныя цели должны стоять выше интереса фискальн/аго/, отказы по деламъ благотворительности освобождаются отъ обложенiя пошлиною независимо отъ того – совершаются ли они въ пользу определеннаго благотворительнаго заведенiя или через посредство другого учрежденiя, или черезъ посредство какого либо лица.
На основанiи изложеннаго, за нарушенiемъ п.V ст. 2 Город. Поло/ж/ 8 и 20 Уст. объ Общ. Призренiи, ст. 982 и 1092 т Х ч.1 и ст. 153(ст. 2020 п.4/ Уст. о Пошлинахъ, Городская Управа проситъ решенiе Московской Судебной Палаты отменить и дело для новаго разсмотренiя передать въ другой Департаментъ той же Палаты.
Прилагается копия настоящей жалобы Августа 1912 г.
Заступ. место Городского Головы
Секретарь (росписей нет – СТ)».
В деле имеется повестка, говорящая о вручении сей жалобы Московской Казенной Палате 26 октября 1912 года.
Весной началась реконструкция магазина Второва на ул. Л.Толстого в Барнауле. Фото автора.
Но откуда я узнала точную информацию о тех самых «десяти городах» и пожертвованных им суммах? Она содержится в документе, составленном через год после первого уведомления о завещании, 9 ноября 1912-го – в «Докладе Городской Управы №13 О принятiи капитала въ 10.000 руб. завещаннаго въ распоряженiе города А.Ф. Второвымъ».
В докладе пункт 6 завещания цитируется полнее, чем ранее:
«…шестой пунктъ означеннаго духовнаго завещанiя гласитъ: «внести въ распоряженiе городскихъ управленiй нижепоименованныхъ городовъ деньгами или процентными бумагами для выдачи из процентовъ пособiй беднымъ два раза въ годъ передъ праздниками Св. Пасхи и Рождества Христова: г. Лух, Костромской губ. – сто тысячъ рублей, г. Иркутску – двадцать пять тысяч рублей, г. Томску – двадцать пять тысяч рублей, г. Верхнеудинску – десять тысячъ рублей, г. Чите – десять тысячъ рублей, г. Сретенску – десять тысячъ рублей, г. Троицкосавску – десять тысячъ рублей, г. Барнаулу – десять тысяч рублей, г. Бийску – десять тысячь рублей, и г. Екатеринбургу – десять тысячъ рублей съ темъ, чтобы капиталы эти были неприкосновенны».
Проценты с капитала – так о какой же сумме шла речь? Ответ я нашла в послании Управы в комитет барнаульского Благотворительного общества. Из документа стало известно, что завещанный Второвым капитал был «по постановленiю Городской Думы внесенъ для приращенiя изъ процентовъ срочнымъ вкладомъ въ Городской Общественный имени В.Г.Бодунова Банкъ».
Также из этого документа я выяснила, что процент на 1 декабря 1912-го составил 285 рублей 83 копейки. Обращаясь к Благотворительному Обществу, Управа просила распределить и раздать бедным Барнаула именно эту сумму.
Но чем же закончилась тяжба с Московской Казенной Палатой по поводу пошлины с завещанного Второвым капитала? Пока документа, ставящего точку в сей тяжбе, я не обнаружила.