Молочный пудинг Бурого Мишки. Глава 4
[IT/Наука] Редкое заболевание «мужской лактогенез (Male Lactogenesis-Symptom)», которым, по данным, страдают 0,3% мужчин поколения MZ.
(Daily Economy / репортёр Ю Соён)
«MLS» — это сокращение от Male Lactogenesis-Symptom, редкое заболевание, которое в настоящее время выявляется у молодых мужчин в возрасте от 20 до 30 лет. Болезнь преимущественно наблюдается у мужчин с развитой мускулатурой верхней части тела. Наиболее распространённый симптом – скопление в груди молочно-белой жидкости, по виду ничем не отличимой от грудного молока, с последующим её выделением через соски. Если не выводить выделения своевременно, возможно возникновение болевых ощущений, схожих с лактационным застоем.
Пациенты, подозревая рак молочной железы, обращались в медицинские учреждения и проходили углублённые обследования, однако случаев подтверждённого онкологического диагноза выявлено не было. В настоящее время медики занимаются поиском причин заболевания…
— Уэ-э? Подожди. Молоко… у мужиков?
Ёнгю с ужасом отшатнулся назад, а Джемин лишь приподнял голову. Джинсу забрал телефон и с глухим стуком положил его на стол.
— Ну, состав, наверное, всё-таки отличается от настоящего грудного молока? В любом случае, прикол в том, что это крайне редко бывает и только у мужиков с очень развитой грудной мускулатурой.
Джинсу слегка согнул пальцы и поднёс руки к своей плоской груди, изображая, будто держит в ладонях дыньки. Под взглядами друзей, в которых сквозило откровенное презрение, он хихикнул и убрал руки.
— Так что нам это точно не грозит! А если тебе тот тип так ненавистен, помолись, чтобы его эта болезнь настигла.
— …Отврат. Это не фейковая статья?
Джемин сильно нахмурился и откинул чёлку назад. Он прочёл статью, но поверить в неё так и не смог. История казалась странной и неприятной – из тех, что могли бы появиться разве что в третьесортной комедии. Чувствуя себя неловко, он хотел было налить себе ещё, но бутылка оказалась пуста. Пока друзья продолжали перешёптываться об этой нелепой статье, Джемин постучал пальцами по столу.
В тот день Джемин напился вдоволь. Он думал, что с началом подработки поводов для выпивки станет куда меньше, так что сейчас решил как следует оторваться. Когда опьянение затуманило голову, прочитанная ранее статья всё больше казалась чем-то нереальным.
Но уже через несколько дней Джемин понял, что это была ни выдумка, ни сюжет для рассказа, ни сон.
День первого выхода на подработку, которую ему устроил дядя, наконец наступил.
Назвать это полноценным «выходом на работу» можно было лишь условно – он даже толком не знал, чем именно предстоит заниматься. Просто в этот день ему предстояло впервые столкнуться с «медицинской» сферой, поэтому сначала должны были провести краткий инструктаж. После занятий нужно было сразу ехать туда. Джемин отправился в университет в более сдержанной, чем обычно, одежде.
С того дня, как дядя предложил ему попробовать поработать, прошла ровно неделя, и снова наступил четверг – день лекции по «письму и логике». Джемин, волоча ноги по знакомому маршруту, добрался до аудитории. У передней двери почему-то было многолюдно, поэтому он прошёл чуть дальше и открыл заднюю.
Дверь распахнулась с глухим грохотом, и, сделав шаг внутрь, Джемин краем глаза заметил раздражающе знакомый силуэт.
Там уже сидел Хёнун, пришедший заранее и занявший своё место. Изначально в этой аудитории была закреплённая рассадка, но из-за высокого роста и Джемину, и Хёнуну достались самые задние места.
Джемин – у окна, а Хёнун у прохода, в последнем ряду.
Сегодня Хёнун был в просторном тёмно-синем свитшоте и чёрных спортивных штанах. Одежда не облегала фигуру, сидела свободно, из-за чего его и без того крупное телосложение казалось ещё массивнее.
Широченные плечи и мощная спина выглядели так, будто он даже в покое распирал пространство вокруг себя – неприятное зрелище. Джемин не сразу прошёл к своему месту, а остановился и несколько секунд буравил взглядом его спину.
Но Хёнун, словно не чувствуя на себе этого колкого взгляда, даже не обернулся и продолжал уткнувшись смотреть в телефон. Он явно слышал, как открылась дверь и кто-то вошёл, но не придал этому ни малейшего значения. Судя по экрану, он что-то искал на интернет-портале, и делал это с таким напряжением, будто его туда затягивало.
Цокнув языком, Джемин прошёл к своему месту и швырнул сумку на парту. Сев, он ещё раз скользнул взглядом в сторону прохода. Хёнун по-прежнему не отрывался от телефона, с мрачным выражением лица.
Сведённые брови и острый взгляд делали его особенно грозным.
— Думаю, многие из вас ожидали, что на курсе по письму все задания будут индивидуальными. Однако, как указано в плане, в этот раз у нас предусмотрена одна командная работа.
Профессор начал лекцию сухим тоном.
— Вам предстоит в парах сократить объёмную научную статью, структурировать её и разобрать логическую схему. Считайте это практикой.
Одних только слов хватило, чтобы навеять скуку. Джемин прикрыл рот рукой и зевнул.
— Мы разделимся на группы по два человека. Если хотите работать с конкретным партнёром – заранее напишите ассистенту. Если нет, пары распределим автоматически, так что просто подождите.
Джемин раздражённо цокнул. В этой группе не было ни близких друзей, ни тех, с кем хотелось бы сблизиться. Ему лишь хотелось, чтобы партнёром оказался кто-то с таким же минимальным, но достаточным уровнем ответственности, чтобы просто довести задание до конца.
«Точнее, кто угодно, лишь бы не Кан Хёнун.»
Джемин скосил глаза в его сторону. Хёнун сидел с идеально выпрямленной спиной, глядя строго вперёд. Его лицо, лишённое всякого намёка на улыбку, будто состояло из одних прямых линий: густые, ровные брови, высокий прямой нос. Ни малейшей мягкости.
Отведя взгляд от его профиля, Джемин снова сосредоточился на лекции. Он, как обычно, слушал вполуха, когда преподаватель вдруг добавил:
— Ах да, на прошлой неделе один из вас прислал мне вопрос по электронной почте.
Кто-то поднял руку. Следуя за этим движением, взгляд Джемина переместился к девушке, сидевшей почти в противоположном углу аудитории, во втором ряду с конца.
Из-за этого в поле его зрения снова попал Хёнун, сидевший в самом последнем ряду.
На этот раз Хёнун лежал, уронив голову на парту. Совсем недавно он сидел идеально ровно, и эта внезапная перемена показалась странной. Свернувшаяся фигура выглядела непривычно, и Джемин на мгновение задержал на нём взгляд.
К тому же его сжатый кулак заметно дрожал. Джемину на секунду показалось, что тому плохо, но это его не касалось. Однако в тот же миг, когда парень собирался отвернуться, выделитель, задетый локтем Хёнуна, с глухим стуком упал на пол.
Идеально цилиндрическая маркер тут же покатился. Джемин широко раскрыл глаза, переводя взгляд с приближающегося к нему маркера на Хёнуна и обратно. Тот, казалось, даже не заметил, что что-то уронил. Выделитель прокатился ещё немного и остановился рядом с Джемином – на расстоянии вытянутой руки.
Нахмурившись, Джемин несколько секунд смотрел на маркер, а затем всё-таки протянул руку и сжал его в пальцах.
Поднять упавшую вещь – поступок, доступный любому, даже не обладающему особо дружелюбным характером. Но по отношению к Хёнуну Джемин не хотел проявлять ни капли доброй воли. Однако маркер раздражал взгляд, и оставить его на полу он не смог.
Решив вернуть его владельцу по дороге из аудитории, Джемин положил выделительна свою парту.
— На сегодня всё. Занятие окончено.
Студенты суетливо зашевелились. Те, кто сидел ближе к передней двери, похоже, собрали вещи заранее и, едва преподаватель вышел, тут же рванули наружу. А вот Хёнун, пусть и сидел прямо у заднего выхода, двигался довольно медленно.
Джемин взял маркер, который весь урок катал по столу, и поднялся. Он собирался сразу же вернуть его хозяину.
Но тут он заметил, что Кан Хёнун торопливо суёт вещи в сумку. Это совсем не походило на его обычную манеру: прежде он спокойно ждал, пока аудитория почти опустеет, и только потом уходил. Удивившись, Джемин быстро направился к нему.
Хёнун, не замечая, что кто-то подошёл, резким движением запихивал пенал в сумку, и Джемин, давая понять, что это тоже нужно взять, слегка ткнул его маркером в руку.
Хёнун вздрогнул от неожиданности и резко отдёрнул руку. Джемин широко распахнул глаза.
Растерявшись, он ещё раз протянул маркер. И кончик маркера лёгким касанием ткнулся Хёнуну в грудь.
Это было едва заметное прикосновение. Но Хёнун вдруг резко поморщился и, не сказав ни слова, схватил сумку и выбежал из аудитории.
Он распахнул дверь с такой силой, что та громко хлопнула. Оставшиеся в классе студенты вздрогнули и обернулись. Все взгляды устремились на Джемина.
Ошарашенный, он обвёл глазами окружающих и посмотрел туда, где только что стоял Хёнун.
Лишь теперь лицо обдало жаром. Какой же неприятный человек. А ведь Джемин всего лишь попытался проявить элементарную вежливость.
«И в прошлый раз так же … он что, настолько меня ненавидит?»
В груди поднялось раздражение. Джемин с силой сжал маркер, будто собирался раздавить его, вернулся к парте и схватил сумку.
«Я буду ненавидеть его ещё сильнее.»
Уже собираясь выскочить из аудитории, он всё же бросил в сторону места Хёнуна яростный взгляд. Будь у него возможность стрелять лазерами из глаз, он бы выжег там жирный фак.
Когда занятия закончились, Джемин сразу же отправился на подработку.
Адрес, который прислал Ёнсок, находился в Апкуджоне. Идя по широкой улице, где в ряд выстроились известные клиники пластической хирургии, Джемин свернул в переулок между сверкающими новыми зданиями. Он настороженно осматривался, продвигаясь по затенённой улочке, и вскоре оказался у нужного адреса.
Как он и опасался, вывески не наблюдалось. Всё в точности как на снимке. Вокруг ни души, а ведь сказали – третий этаж. Но все окна на третьем этаже были плотно закрыты жалюзи.
Предчувствие по-прежнему было скверным, но Джемин всё же решил для начала зайти внутрь. В небольшом четырёхэтажном здании не оказалось лифта. Он уже стоял у лестницы, раздумывая, подниматься ли, когда услышал позади низкий мужской голос:
Джемин шагнул в сторону и от неожиданности широко раскрыл рот. Мимо него прошмыгнул крупный мужчина. Он был огромен, словно борец или дзюдоист, но поразило Джемина не только это. Всё дело было в его внешнем виде.
Хотя по вечерам ещё было прохладно, всё-таки стояла весна, а он был одет в пуховик – раздутый, бугристый, словно набитый ватой. Да ещё и молнию застегнул до самого горла.
На человека, который сильно мёрзнет, он совсем не походил. Лицо покраснело, пот струился по вискам, но мужчина, засунув руки в карманы пуховика, бодро поднимался по лестнице.
«…Это что, вроде потогонного костюма для похудения?»
Подумав о самой разумной причине, Джемин тут же покачал головой и тоже начал подниматься.
До времени, назначенного дядей, оставалось ещё больше пятнадцати минут, поэтому Джемин нарочно шёл медленно. Переходя со второго этажа на третий, он заметил кое-что.
Ровно за две ступеньки до третьего этажа стоял небольшой напольный штендер.
«MLS Clinic shop (только для мужчин)»
Джемин слегка приподнял брови. Английская аббревиатура показалась странно знакомой, будто он где-то её уже видел, но никак не мог вспомнить где. Похоже на название языковой школы… или, может, это сокращение от какой-нибудь пафосной фразы, придуманной директором.
Впрочем, название его не волновало. Взгляд зацепился лишь за слово «клиника». Значит, действительно медицинская сфера – и это немного успокаивало.
Пожав плечами, парень перескочил через последние две ступеньки и открыл дверь.
За матовым стеклом оказалась стойка регистрации, совсем как в обычной больнице. За ней сидел сотрудник. Сколько Джемин ни осматривался, дяди Ёнсока нигде не было видно.
Он нерешительно подошёл к мужчине за стойкой – худому, с усталым лицом типичного офисного работника.
— Здравствуйте, вы у нас впервые? На массаж?
— А? Массаж? Нет, я по поводу подработки.
Тощий мужчина, до этого не глядя задававший вопросы, при слове «подработка» поднял голову. Внимательно посмотрев на Джемина, он встал и постучал в дверь за стойкой.
— Доктор, ваш племянник пришёл.
Дверь распахнулась, и оттуда вышел Ёнсок в белом медицинском халате. Увидев Джемина, он расплылся в улыбке.
Врачебный халат? В воспоминаниях Джемина дядя ни разу не был доктором. Растерявшись, он всё же последовал за ним. Дверь за спиной с глухим стуком закрылась.
Комната была небольшой, но обставленной вполне солидно, как настоящий кабинет главврача. Быстро оглядевшись, Джемин шагнул к Ёнсоку.
— …Массаж? Дядя, что это вообще за место?
С ленивой улыбкой Ёнсок указал на диван. Джемин неуверенно отступил и плюхнулся на него, а дядя медленно подошёл и встал позади.
— Как там написано, это мужская клиника MLS.
— Про MLS слышал? Даже статья недавно выходила.
От его многозначительного тона Джемин сглотнул. В памяти всплыл недавний разговор за выпивкой, обрывки слов Джинсу, реакция на это Ёнгю и его собственная. По спине пробежал холодок.
— Это… про то, что у мужчин из груди молоко идёт?
— Именно. Редкое заболевание, о котором сейчас много говорят. Иногда обнаруживается у мужчин с развитой грудной мускулатурой внезапно начинает выделяться молочно-белая жидкость. Ни беременности, ни родов ведь не было. Да и в принципе не может быть!
Объяснение всё ещё казалось нереальным. Пока парень пребывал в полном ступоре, Ёнсок, размахивая руками, продолжал свой увлечённый рассказ:
— Недавно вдруг обнаруживаются такие симптомы, и лекарства ещё нет. Если вовремя не вывести, а оно только накапливаться, и тогда возникает ужасная боль. Так что оставлять это как есть ни в коем случае нельзя. Именно для этого создан Центр, который помогает таким пациентам…!
Ёнсок опустил руку, которую держал в воздухе, и хлопнул себя по груди.
На его лице читалась невероятная гордость. Казалось, теперь всё должно быть понятно, и внезапно пришедший в себя Джемин повернулся к нему.
— То есть… как «помогаете»… что это значит?
Слова были простые, но мозг упорно отказывался их воспринимать. Симптомы, которые только что объяснил дядя, слово «массаж», услышанное на ресепшене… Соединив их вместе, ответ был очевиден, но Джемин всё равно цеплялся за слова, словно за спасательный круг.
Но чёткий ответ дяди оказался ужасающе откровенным.
Сразу после этих слов Джемин вскочил с места, на лице отразилось полное изумление.
— Нет вывески! Всё подозрительно! Я не буду этим заниматься.
Тон дяди звучал вполне серьёзно, без лицемерия, а вот суть сказанного была отвратительна. Чем больше Джемин обдумывал объяснение, тем сильнее мурашки бегали по спине.
«Делать массаж мужской груди? Я?!»
Ему не нравилась даже сама мысль об этом. Джемин поспешно собрал вещи, чтобы уйти, прежде чем дядя успеет его задержать, и направился к двери.
Прямо у двери Ёнсок протянул руку и громокласно крикнул. Парень замер, и дядя поспешил продолжить:
— Бордель? Нет, это не так, дружище!
— А как же…? Сам же сказал, что это мужской массажный салон…
— Разве все массажи завязаны на разврате? Эй, у нас даже блог официально ведётся! Вот, гляди!
Дядя взял планшет со стола и быстрым шагом подошёл к Джемину, показывая экран. Джемин с подозрением посмотрел на него. На экране действительно был весьма солидный блог.
Там числились сертификаты официального одобрения какой-то ассоциации, подробное описание болезни и объяснение, как проходит лечение и какие результаты можно получить.
Джемин внимательно читал текст дрожащими глазами. Там были сотни комментариев, а также активная доска объявлений для записи на консультацию. А ещё очень много анонимных отзывов.