Ничто не Gothic: Субкультура как иллюзия
Готик-рок: Стиль без названия (1979–1985)
Британские истоки и отрицание ярлыков: Как пост-панк породил «готик-рок», который никто не хотел называть своим именем
Исторический контекст: От панка к пост-панку
Конец 1970-х годов в Великобритании был эпохой культурного и социального брожения. Панк-революция 1976–1977 годов, с её лозунгом «Самиздат, да здравствует хаос!», к 1978-му начала выдыхаться. На смену агрессивному минимализму Sex Pistols и The Clash пришли более сложные, экспериментальные формы, позже названные пост-панком. Этот жанр не был единым стилем — он объединял группы, которые искали новые звучания, сочетая панковскую энергию с арт-роком, электроникой, дабом и даже джазом.
Именно в этой среде зародились коллективы, которые позже журналисты окрестят «готик-рокерами». Однако ни сами музыканты, ни их аудитория не использовали термин «гот» до середины 1980-х. Как писал критик Саймон Рейнольдс в книге «Rip It Up and Start Again» (2005):
«Пост-панк был лабораторией, где смешивали несмешиваемое. Готика — всего лишь одна из пробирок, которую пресса выдернула из стойки и объявила самостоятельным веществом».
Bauhaus: Арт-панк как антитеза ярлыкам
Группа Bauhaus, образованная в 1978 году в Нортгемптоне, стала символом звучания, которое позже назовут «готик-роком». Их дебютный сингл «Bela Lugosi’s Dead» (1979) — девятиминутная композиция с гипнотическим басом, эхом гитар и завываниями вокала — считается манифестом жанра. Однако участники группы категорически отвергали связь с «готикой».
В интервью Melody Maker (1981) Мёрфи заявил:
«Мы не готика, не панки, не арт-рок. Мы просто Bauhaus. Если вам нужно ярлык — назовите это „пост-панковским кабаре“».
- Эстетика:
Выступления Bauhaus напоминали перформансы: Мёрфи использовал грим в стиле немого кино («Кабинет доктора Калигари»), а сценические декорации включали кинопроекции из фильмов ужасов 1920-х. Но это был хоммаж, а не попытка создать «готический имидж».
Siouxsie and the Banshees: Сюрреализм вместо вампиров
Группа Siouxsie and the Banshees, возникшая из лондонской панк-сцены 1976 года, к началу 1980-х радикально изменила звучание. Альбомы «Juju» (1981) и «A Kiss in the Dreamhouse» (1982) наполнены мрачной атмосферой, но Сьюзи Сью отвергала связь с готикой:
«Нас вдохновляли сюрреалисты — Дали, Бунюэль. Наши тексты — это сны наяву, а не вампирские сказки. „Готика“ звучит как что-то из дешёвого хоррора».
- Музыкальные эксперименты:
Гитарные партии Джона Маккея на «Juju» сочетают африканские полиритмы с диссонансом, а использование маримбы и виолончели в «Slowdive» (1982) отсылает к авангарду 1960-х.
Joy Division: Трагедия, которую превратили в миф
Joy Division из Манчестера часто называют «крестными отцами готик-рока», но их история сложнее.
- От панка к тьме:
Группа начинала как Warsaw, играя сырой панк. После переименования в Joy Division (1978) их звучание стало мрачнее, но осталось в рамках пост-панка. - Альбом «Unknown Pleasures» (1979):
Продюсер Мартин Хэннетт создал «звук пустоты» — реверберация, холодные синтезаторы, монотонный бас Питера Хука. Тексты Иэна Кёртиса говорили об экзистенциальном отчаянии («She’s Lost Control»), а не о сверхъестественном. - Отказ от ярлыков:
В интервью NME (1979) Кёртис подчёркивал:
«Мы не готы. Мы просто отражаем реальность, которая иногда бывает чёрной».
После его смерти в 1980 году медиа начали романтизировать Joy Division, приписывая им создание «готической эстетики», что противоречило взглядам участников.
The Cure: Между поп-сенсейшн и „готическим“ имиджем
The Cure, ещё одна группа, втянутая в миф о «готик-роке», изначально играли минималистичный пост-панк.
- Ранние работы:
Альбом «Three Imaginary Boys» (1979) — ироничный панк-поп без намёка на «мрак». - Поворот к мраку:
Альбомы «Seventeen Seconds» (1980) и «Faith» (1981) с их меланхолией породили ярлык «готик», но Роберт Смит сопротивлялся:
«Faith» — это альбом о сомнениях, а не о вампирах. Если мы и готы, то только в том смысле, что носим чёрное, потому что оно стройнит» (Smash Hits, 1981).
- Коммерческий успех и противоречия:
К 1982 году The Cure стали поп-звёздами с хитом «Charlotte Sometimes», но их включение в «готик-пантеон» привело к конфликту:
Смит: «Мы играли на фестивале в Баткив-клубе, но это не делает нас готами. Это как назвать Дэвида Боуи глэм-рокером только из-за грима» (Melody Maker, 1983).
Культурные влияния: Почему „готика“ — это эклектика, а не субкультура
Группы «готик-сцены» черпали вдохновение из десятков источников, далёких от стереотипной «готики»:
1985–1990: Рождение ярлыка как медийной галлюцинации
Роль музыкальной прессы в навязывании термина: Как журналисты изобрели «готик-рок» и почему музыканты возненавидели этот ярлык
Исторический контекст: Кризис музыкальной журналистики начала 1980-х
К 1983 году британская музыкальная пресса переживала идейный вакуум. Панк-революция выдохлась, новая волна превратилась в мейнстрим, а пост-панк, несмотря на свою креативность, не давал чётких ориентиров для нарратива. Издания вроде New Musical Express (NME), Sounds и Melody Maker нуждались в новых сенсациях, чтобы удержать аудиторию. Как позже напишет критик Дэйв Хэскетт в книге «Media Manufactured Subcultures» (2012):
«Журналисты 1980-х были как алхимики: они брали свинец случайных музыкальных явлений и превращали его в золото субкультурных мифов».
Именно в этой атмосфере родился термин «готик-рок» — продукт медийной паники и творческого беспорядка.
Первое упоминание: Кто, когда и зачем?
Считается, что словосочетание «готик-рок» впервые появилось в статье журнала ZigZag, 1983 год. Её автор, журналист Том Вагю, описал концерт группы Death Cult назвав их музыку «готической» из-за мрачных текстов и имиджа.
«Эти группы играют рок для полуночников — тех, кто читает Стокера при свете луны и коллекционирует гробы. Их звучание — это готика, воплощённая в музыке: тяжёлая, как каменные своды соборов, и мрачная, как лондонский туман».
Однако сам Вагю позже признавался в интервью 2005 года (The Quietus):
«Я выдумал этот термин за пару минут до дедлайна. Редактор сказал: „Нам нужно что-то броское, как „новая волна“, но темнее“. Я посмотрел на плакат „Готик-архитектура“ в офисе и просто соединил слова».
«Журналисты выдумали этот термин, чтобы оправдать своё существование. Мы играем рок-н-ролл, точка» (Kerrang!, 1985).
Механизмы навязывания: Как пресса создала миф
Группы, причисленные к «готик-року», имели мало общего друг с другом:
- Sisters of Mercy (Лидс): Индастриал-ритмы, барочные тексты.
- Bauhaus (Нортгемптон): Арт-панк с даб-влияниями.
- The Cure (Кроули): Меланхоличный поп с синтезаторами.
Журналисты игнорировали эти различия, фокусируясь на поверхностных деталях:
Как пишет Саймон Рейнольдс в «Rip It Up and Start Again» (2005):
«Готик-рок стал мусорной корзиной, куда бросали всех, кто носил чёрное и не улыбался».
Создание пантеона «готических икон»
Пресса активно мифологизировала отдельных музыкантов, превращая их в «лицо» субкультуры:
- Питер Мёрфи (Bauhaus): Журнал Sounds (1982) назвал его «вампиром рок-н-ролла», хотя Мёрфи никогда не использовал вампирскую эстетику.
- Эндрю Элдрич (Sisters of Mercy): NME (1984) окрестил его «тёмным пророком», хотя его тексты были полны сарказма («This Corrosion» — пародия на поп-музыку).
Искусственная унификация аудитории
До 1983 года фанаты Bauhaus, Sisters of Mercy и The Cure не идентифицировали себя как единое сообщество. Пресса изменила это:
- В статьях появились стереотипные описания «готов»: «меланхоличные одиночки в чёрных плащах».
- Журнал Melody Maker (1984) опубликовал гиды «Как стать готом», предлагая слушать определённые группы и носить определённую одежду.
«После статьи в NME к нашим концертам стали приходить люди в плащах и с крашеными волосами. Мы спрашивали: „Вы откуда?“, а они отвечали: „Мы готы, как и вы!“. Мы были в шоке» (BBC Documentary „Cureology“, 2001).
Реакция музыкантов: От насмешек до гнева
Большинство групп, причисленных к «готик-року», открыто высмеивали или отвергали этот ярлык.
Эндрю Элдрич (Sisters of Mercy)
«Готик-рок — это то, что выдумали журналисты, чтобы заполнить пустые колонки. Мы играем рок-н-ролл. Если вы не понимаете разницы — идите читать Википедию».
«Готика — это когда ты носишь чёрное и хандришь. Я ношу чёрное, потому что оно не пачкается. А хандрю, потому что у меня болит голова после вчерашнего».
Карл Маккой (Fields of the Nephilim)
«Мы ближе к ковбойскому сюрреализму, чем к готике. Наш имидж — это смесь спагетти-вестерна и алхимии. Журналисты просто не знают, куда нас записать».
Коммерциализация: Как лейблы эксплуатировали ярлык
К 1985 году термин «готик-рок» стал маркетинговым инструментом. Лейблы начали подписывать группы, соответствующие шаблону:
Создание «готических» проектов
- Rosetta Stone: Образованы в 1988 году как «идеальные готы» — чёрная одежда, тексты о вампирах, синтезаторы. Вокалист Пэрри Роуз позже признавался:
«Лейбл сказал: „Будьте мрачнее, и мы вас раскрутим“. Мы посмеялись, но согласились» (Gothic Magazine, 1995).
Переиздание старых записей с новой пометкой
- Альбом Joy Division «Unknown Pleasures» (1979) в 1985 году был перевыпущен с надписью «Классика готик-рока» на обложке. Вдова Иэна Кёртиса, Дебора, возмущалась:
«Иэн ненавидел бы это. Он никогда не писал о вампирах — он писал о депрессии» (The Guardian, 2007).
- Лейбл Beggars Banquet рекламировал альбомы Bauhaus и The Cult как «саундтреки для вашей готической ночи». Питер Мёрфи:
«Я видел плакат, где наш альбом «In the Flat Field» называли „готическим шедевром“. Мы хотели его сжечь» (LA Weekly, 1998).
Последствия: Почему термин прижился
Несмотря на сопротивление музыкантов, «готик-рок» стал частью культурного лексикона. Причины:
Журналисты получили готовый шаблон для описания любых «мрачных» групп. Как писал критик Мик Мерсер:
«Готика — это ярлык для ленивых. Видите чёрную одежду? Пишите „гот“ — читатели поймут» (Gothic Rock Black Book, 1991).
Потребность аудитории в идентичности
Подростки 1980-х, искавшие альтернативу поп-культуре, ухватились за термин как за знамя. Фэнзин «Propaganda» (основан в 1982) стал рупором «готов», хотя его создатели признавали:
«Мы не знали, кто такие готы. Мы просто любили Bauhaus и ненавидели Дэвида Боуи» (Interview with Propaganda Editor, 2003).
В 1986 году MTV запустил шоу «120 Minutes», где клипы The Cure и Siouxsie and the Banshees маркировались как «готические». Это закрепило термин в массовом сознании.
К концу 1980-х лейблы начали продвигать «готик-рок» как маркетинговую категорию. Это привело к:
- Созданию искусственных саундскейпов (например, проект Rosetta Stone);
- Упрощению эстетики до стереотипов (чёрная одежда, вампирская символика).
Цитата:
Музыкальный критик Саймон Рейнольдс в «Rip It Up and Start Again» (2005) замечает: «Готик-рок стал симулякром — копией без оригинала».
1990-е: Neue Deutsche Härte и перезагрузка мифа
Neue Deutsche Härte как культурный феномен
В 1990-х в Германии возник Neue Deutsche Härte (NDH) — жанр, сочетающий индастриал, метал и электронику. Его пионеры:
- Rammstein (основаны в 1994): Тяжёлые гитары, военная эстетика, тексты на немецком.
- Oomph! (1989): Индастриал-метал с провокационными образами.
Медийная путаница: NDH = Goth?
Несмотря на музыкальные различия, NDH стали называть «готикой» из-за:
- Журнал Rock Hard (Германия) в 1997 году писал: «Rammstein — это готический апокалипсис». Сами участники группы опровергали это: «Мы играем метал, а не готику» (Тилль Линдеманн, Visions, 1998).
- В США альбом «Sehnsucht» Rammstein (1997) попал в чарты «готик-рока», хотя не имел к нему отношения.
- Журналы 1990-х ошибочно называли Rammstein «готическими» из-за мрачной эстетики, хотя их музыка ближе к индастриал-металу (Кристоф Ленцен, Metal Hammer Germany, 1997).
Академический анализ: Музыковед Штефан Мюллер в «Neue Deutsche Härte: Zwischen Provokation und Kommerz» (2015) объясняет: «Медиа намеренно использовали термин “готика” для NDH, чтобы сделать жанр понятным международной аудитории. Это была маркетинговая стратегия, а не отражение сути».
Почему “готика” стала симулякром
Разрыв между термином и содержанием
К 2000-м «готика» превратилась в зонтичный термин для всего мрачного:
- В него включали ню-метал (Marilyn Manson), симфоник-метал (Within Temptation), дарквейв (Lacrimosa).
- Интернет-форумы (например, Gothic.net) объединяли фанатов HIM и Bauhaus, несмотря на отсутствие музыкальной связи.
Критика со стороны оригинальных исполнителей
- Питер Мёрфи (Bauhaus): «Сегодняшние готы носят наши майки, но не слышали ни одной нашей песни. Это клоунада» (The Quietus, 2013).
- Эндрю Элдрич (The Sisters of Mercy): «Готика умерла в 1985-м. Всё, что после — реквием по несуществующему трупу» (Louder Than War, 2019).
Отсутствие идеологического единства
Готическая субкультура лишена единой философии. Её участники могут исповедовать нигилизм, романтизм, сатанизм или быть атеистами.
Контраст с панк-культурой:
Если панк имел чёткий политический посыл (антикапитализм, анархия), готика фокусируется на индивидуализме и эстетике (Баджигет, Goth Culture, 2013).
Вывод:
Готика — это не субкультура, а конгломерат стилей, объединённых визуальной, а не смысловой общностью.
Всё это Gothic: Литературные корни субкультуры
Готический роман как фундамент
Эстетика и темы готической субкультуры напрямую восходят к литературе XVIII–XIX веков.
- Английская готика:
- Мэри Шелли («Франкенштейн») и Джон Полидори («Вампир») заложили архетипы «учёного-безумца» и «романтического монстра».
- Эти образы стали основой для текстов Bauhaus, The Sisters of Mercy.
- Французский декаданс:
Шарль Бодлер («Цветы зла») и маркиз де Сад популяризировали темы разложения и морального падения, повлияв на готическую поэтику. - Немецкий романтизм:
Э.Т.А. Гофман («Эликсиры сатаны») и «Страдания юного Вертера» Гёте внесли меланхолию и интерес к потустороннему.
Академический взгляд:
Литературовед Дэвид Пантер (The Gothic Imagination, 1994) пишет: «Готическая субкультура — это визуализация литературных метафор».
Готические соборы с их остроконечными арками и витражами стали символом субкультуры.
- Пример:
Обложка альбома «Disintegration» The Cure (1989) отсылает к готическим витражам, связывая музыку с средневековой эстетикой.
Концепция «готической тоски» восходит к романтическому движению.
- Цитата:
Новалис («Гимны ночи»): «Жизнь — это болезнь духа» — эта идея повторяется в текстах Dead Can Dance.
Источник:
Философ Юджин Такер (Gothic Romanticism, 2010) связывает меланхолию романтиков с современной готической культурой.
Разрешение парадокса: Между мифом и реальностью
Современная субкультура — это наслоение литературных, музыкальных и визуальных кодов.
- Теория интертекстуальности:
Юлия Кристева (Бахтин, слово, диалог и роман, 1967) утверждает, что любой текст — это цитата из прошлого. Готика — не исключение.
Интернет и СМИ превратили готику в «бренд», но её суть остаётся связанной с литературой.
- Пример:
Фильм Тома Бергера («Готика», 1986) возродил интерес к романам Анны Рэдклифф, повлияв на моду 1990-х.
«Готик-рок» как стиль не существовал до тех пор, пока музыкальная пресса не превратила его в медийный конструкт. Группы, которые якобы его основали, не только отвергали этот ярлык, но и черпали вдохновение из источников, далёких от стереотипов о «готике». Их музыка была частью пост-панковского эксперимента — движения, которое стремилось разрушить границы, а не создать новую субкультуру.
Термин «готик-рок» стал каталожной пометкой, удобной для маркетинга, но искажающей суть явления. Как позже скажет Роберт Смит:
«Готика — это не музыка. Это тень, которую пресса нарисовала на стене, чтобы пугать родителей».
Термин «готика» — это медийный конструкт, возникший из журналистской лени и маркетинговых манипуляций. Изначально приклеенный к британскому пост-панку, он был перепрофилирован в 1990-х для продвижения немецкого метала (NDH), что окончательно размыло его смысл. Готик-рок как стиль никогда не существовал — существовали лишь группы, которые отвергали ярлыки, и критики, которые их навязывали. Современная «готическая субкультура» — это ностальгия по тому, чего не было, симулякр, порождённый цепью медийных галлюцинаций.
Термин «готик-рок» не был органичным явлением — это искусственный конструкт, созданный прессой для решения своих задач. Он игнорировал творческие амбиции музыкантов, сводя их работу к набору стереотипов. Как резюмировал Эндрю Элдрич:
«Готика — это не музыка. Это болезнь, которую журналисты диагностировали друг у друга» (Melody Maker, 1991).
Однако именно этот ярлык позволил разнородным группам выжить в эпоху коммерциализации. Парадоксально, но медийная галлюцинация стала культурным наследием.
Готическая субкультура существует в диалектике отрицания и утверждения. С одной стороны, она — продукт культурной эклектики, лишённый чётких границ. С другой — её идентичность неразрывно связана с литературной традицией, которая придаёт ей глубину. Как писал Умберто Эко (Имя розы), «прошлое нельзя уничтожить, его можно только переосмыслить». Готика — именно такое переосмысление, где ничто не Gothic и всё это Gothic одновременно.
- Hodkinson, P. (2002). Goth: Identity, Style and Subculture. Berg.
- Punter, D. (1994). The Gothic Imagination. Cambridge University Press.
- Baddeley, G. (2013). Goth Culture. Plexus.
- Kristeva, J. (1967). Бахтин, слово, диалог и роман.
- Müller, S. (2015). Die Deutsche Maschine: Die Geschichte des Neue Deutsche Härte. Hannibal Verlag.
- Mercer, M. (1991). Gothic Rock.
- Reynolds, S. (2005). Rip It Up and Start Again.
- Müller, S. (2015). Neue Deutsche Härte: Zwischen Provokation und Kommerz.
- Интервью с Тиллем Линдеманном (Visions, 1998).
- Интервью с Питером Мёрфи (The Quietus, 2013).
- Reynolds, S. (2005). Rip It Up and Start Again: Postpunk 1978–1984.
- Mercer, M. (1991). Gothic Rock: Black Book.
- Hoskyns, B. (1996). Glam! Bowie, Bolan and the Glitter Rock Revolution.
- Интервью с Эндрю Элдричем (Kerrang!, 1985).
- Интервью Siouxsie Sioux (Sounds, 1983).
- Интервью Питера Мёрфи (Melody Maker, 1981).
- Thompson, D. (2002). The Dark Reign of Gothic Rock
- Интервью с Робертом Смитом (BBC Documentary „Cureology“, 2001).