Я думала, что это обычный исекай 43 глава
«Нет, этого не может быть, а если и так, то мелкие детали не могли бы измениться. Кто-то подмешал туда яд?!»
Только зачем это было делать с нитками для вышивания, которые я ей подарила? Почему кто-то пытается подставить меня?
—Киллиан. Я понимаю, почему ты сейчас подозреваешь меня, но все же задумайся. Неужели я.. я настолько глупа, чтобы так поступить?
Киллиан не ответил, но по тому, как он стиснул зубы, я поняла, что он едва сдерживает гнев. Мне нужно попытаться его успокоить.
—Тем более, после случая с персиковым пирогом, когда все подозревали меня, неужели ты думаешь, что я могу сделать что-то подобное?
Киллиан не верил моим словам. Впрочем, я и сама не могу поверить в то, что сейчас происходит. Но как же убедить других?
—Я хочу тебе верить. Но сколько раз это уже происходило? Ты не можешь сделать так, чтобы я перестал подозревать тебя?
Тут мне пришла в голову хорошая мысль. Ведь наши желания с Килианом совпадают.
—Я тоже не хочу, чтобы меня подозревали! Так что приставь ко мне служанку, которая будет присматривать за мной. Это должно помочь, не так ли?
Но услышав это, София, с испуганным взглядом, вмешалась.
—Госпожа! Что значит «присматривать за мной»?!
— Я докажу свою невиновность любым способом! Кроме того, в этом нет ничего страшного. Мне нечего скрывать. Просто станет на одну служанку больше.
Мне кажется, я слышу, как София скрежещет зубами. Ха! Ты думала, я позволю тебе издеваться надо мной вечно?
—Киллиан, прошу тебя. Не подозревай меня, даже в этом. Если ничего не изменится, у меня не останется другого выбора, кроме как усомниться в семье Людвиг.
—Хорошо, тогда я позову Анну прямо сейчас.
—Хорошо. Спасибо, что согласился, Килиан.
Киллиан даже не представляет, как я ему благодарна в этот момент. Наконец-то я свободна от издевательств Софии! Киллиан вызвал дворецкого, чтобы тот снова назначил Анну ко мне.
Возможно, он подумал, что если уйдет хоть на минуту, то я что-нибудь задумаю с Софией, поэтому сразу позвал Анну, но я была спасена от избиения, которое могло бы произойти в любой момент.
Я снова и снова мысленно благодарил Киллиана за то, что он ненамеренно спас мне жизнь.
Но проблема оставалась. Я по-прежнему была главной подозреваемой в отравлении Лизи.
— Скажи, уже проверили торговца?
—Уверен, что его уже допрашивают, но как ты думаешь, стал бы он пытаться отравить случайного человека. Какую выгоду он получит?
—Да, это странно... После того, как я подарила Лизи нитки, кто-то имел к ним доступ?
—Единственными людьми, которые входили и выходили из комнаты Лизи, была ее горничная, Клифф, я и моя матушка. На короткое время комната Лизи оставалась без присмотра, но это слишком короткий промежуток времени, чтобы кто-то нашел нитки для вышивания и отравил их.
—Но ведь это не исключено? Верно? Может быть, распылили яд на нитки?
Киллиан выглядел недовольным, но спорить не стал.
—Киллиан. Еще раз повторяю — это не я. Даже если бы я хотела причинить кому-то вред, я бы сделала это более искусно.
—Можешь ерничать сколько угодно. В любом случае, я не могу отделаться от ощущения, что кто-то пытается использовать меня в качестве козла отпущения, чтобы спокойно причинить вред Лизи.
Киллиан наконец-то посмотрел на меня глазами, в которых было что-то кроме подозрения.
Как и ожидалось, при упоминании имени Синклер взгляд Киллиана стал холодным. Я из-за своих собственных забот забыла о том, что врагом Лизи Синклер была не я, а графство Синклер.
Особенно ее единокровные братья и сестра, никто из них не был ни красивее, ни умнее незаконнорожденной Лизи.
—Я слышала, что ее единокровные братья и сестра не очень дружелюбны к Лизи.
—Я также слышала, что они уже несколько раз пытались причинить ей вред.
—Но ты не можешь их опровергнуть.
Я выдержала паузу, затем негромко добавила.
—Не слишком ли тихо они вели себя в последнее время?
—И граф Синклер не в лучших отношениях с графом Ригельхофом.
—Если бы Лизи умерла или была серьезно ранена, а меня бы наказали или изгнали из-за этого ..., граф Синклер был бы очень рад, не так ли?
—И ты не можете утверждать, что среди множества прислуги в этом поместье нет ни одного шпиона графа Синклер, не так ли?
—Это... звучит так, как будто вам известно, что среди прислуги Людвигов также есть люди графа Ригельгофа.
— И в графстве Ригеляхоф тоже есть люди из Людвига. Не думай, что я могу не знать о таких вещах, не унижай мою гордость.
Наши взгляды встретились. Его взгляд казался гневным, но я не собиралась уступать.
—Честно говоря, вначале я думала, что семья герцога пытается меня подставить, чтобы посрамить семью Ригельхофов.
— Как мы могли так подло поступить! Могу заверить тебя честью, что я никогда не делал ничего подобного.
—Ты чувствуешь себя несправедливо обвиненным только потому, что тебя на мгновение заподозрили, верно? Я говорила, что готова поставить на кон свою жизнь, а мне никто не поверил. Можешь представить, что я чувствовала?
Он нахмурил брови. Все же я была рада, что он не стал обвинять или игнорировать меня.
—Но не волнуйся. Ведь теперь я доверяю и тебе, и герцогу, хотя, если честно, не думаю, что стоит прикладывать столько усилий ради меня.
—Ты оказалась более самокритичной, чем я думал.
Он все же не стал оправдываться.
—Такое выражение не совсем подходит. В любом случае, пока я лежала здесь, я много размышляла. Кто бы мог совершить такое…, и вывод, к которому я пришла - граф Синклер.
—Это весьма правдоподобное предположение, но не уверен, что мой отец и брат примут его.
—Я понимаю. Честно говоря, я делаю это больше для того, чтобы Лизи не подозревала меня. Я не хочу, чтобы меня запомнили, как человека, который в благодарность подарил отравленные нити.
Глаза Киллиана расширились, как будто он был немного удивлен этими словами.
—Потому что ты знаешь, как я к ней отношусь, и, кроме того, все хвалят ее больше, чем тебя...
Ты, должно быть знаешь, что я влюблена в тебя? Возможно, в прошлом я немного ревновала, но сейчас нет. Она - главная героиня, которая может спасти мне жизнь, так с чего бы это? Во всяком случае, мне нужно доказать, что сейчас я не ревную к Лизи.
— Киллиан, неужели ты думаешь, что я буду умолять тебя о любви или желать одобрении других? Зачем мне заниматься такой ерундой?
Киллиан, казалось, растерялся. Да и, я впервые веду себя так бесстыдно. Но, сказав это, я действительно почувствую себя «сильной женщиной», и моя уверенность и самооценка увеличились. При этих словах я подняла подбородок чуть выше.
—Я - Эдит Людвиг. Думаешь, я буду ревновать другую женщину из-за любви к мужчине? Не придумывай.
Невероятно, не думала, что когда-то смогу сказать такую фразу! Это просто потрясающе. Я сейчас чувствую себя такой крутой! Но внезапно Киллиан положил руку мне на затылок.
«Что? Он хочет схватить меня за волосы?»
В последнее время из-за Софии я напрягаюсь, когда чья-либо рука приближается к моей голове. Но Киллиан просто положил свою руку на мой затылок и нежно поцеловал меня.
Вопреки его грубости, его губы удивительно мягко прижались к моим, и, прежде чем я успела что-то сказать, его язык скользнул между моими губами. Он был достаточно осторожен, чтобы позволить мне вырваться, если я захочу. Но я не могла отказать его поцелую.
Мое удивление было недолгим, и я погрузилась в поцелуй. Это было странное ощущение - прикасаться к губам и языку другого человека и чувствовать только наслаждение. Поскольку я не отстранилась, он продолжал целовать меня, и мне не оставалось ничего, кроме как крепко обнять его. Это было приятное, опьяняющие и сладкое чувство.
Он продолжал медленный поцелуй, пока я не начала задыхаться, и только тогда он наконец отпустил меня. Я с трудом взяла себя в руки и посмотрела на него.
Киллиан напряженно рассматривал меня, прежде чем коротко ответить на мой вопрос.
—Как бы то ни было, я поговорю с отцом и братом. Я искренне надеюсь, что ты не виновна, —сказав это, Киллиан вышел из комнаты.
Это было странно. Всё ещё казалось, что он не доверяет мне, но после той ночи, проведенной вместе, иногда он давал мне намеки на свою поддержку. Уже одно это казалось мне большим шагом вперед, но этот внезапный поцелуй... Это меня удивило, но если говорить откровенно... Это было очень приятно. Похоже, что для любовного романа это умение является неотъемлемой частью для главных героев. Я уверена, что до меня он никогда не целовался.