3 глава «Чтобы стать магом»
Хитклифф: В этом нет ничего особенного. Все маги это умеют.
Когда я попробовал дотронуться пальцем до волшебного сахара, он сразу же рассыпался. Такое мимолётное ощущение было чем-то похоже на Хитклиффа.
Акира: (Это мир, в котором существует магия…)
Акира: Извините… А как можно стать магом?
Акира: Мне тоже она станет подвластна, если я запомню заклинания типа тех, что вы произносили вчера?
Если мне удастся освоить магию, хотелось бы хоть немного использовать её. После моего вопроса на лице Хитклиффа явно читалось затруднение.
Хитклифф: Эм… Магом нельзя стать по собственному желанию.
Хитклифф: Маги по стечению обстоятельств рождаются среди людей. Также нельзя с уверенностью утверждать, что дети магов обязательно родятся магами. Скорее это можно назвать неожиданным отклонением.
Хитклифф: Говорят, что маг рождается один на десять миллионов. В последнее время, похоже, наша рождаемость снизилась, но в противовес этому у магов огромная продолжительность жизни.
Хитклифф: Прошлый Мудрец говорил, то маг – это не просто смена деятельности, это герой-мутант.
Акира: Понятно… Тогда получается, что от произнесения заклинаний не каждый может стать магом.
Хитклифф: Верно… Заклинания – это что-то вроде волшебного заговора, который усиливает душу, внутри которой сосредоточена магия.
Хитклифф: По этой же причине у каждого мага своё заклинания.
Хитклифф: Внутри тебя словно поселяется необычная сила, когда ты проговариваешь вслух слова того, что любишь – так меня учили.
Акира: Значит, слова того, что любишь, становятся заклинением. А какое значение у вашего заклинания?
Заморгав от удивления, Хитклифф сжал губы. Смущённо отведя взгляд, он еле слышно пробормотал.
Хитклифф: Сумерки и… звук дождя…
Акира: Вовсе нет. Я тоже люблю сумеречное время и стук дождевых капель.
Хитклифф облегчённо улыбнулся. Смущаясь от того, что он немного раскрылся передо мной, Хитклифф продолжил готовить.
Хитклифф: Простите. Меня практически не спрашивали об этом, поэтому я немного разволновался…
Акира: Это вы меня простите! Мой вопрос был невежливым?
Хитклифф: Вовсе нет. Просто не слишком ли оно детское… Есть люди, которые используют для заклинаний «истинная любовь» или, например, «правда космоса».
Акира: Это круто. Но моё, скорее всего, тоже состояло бы из названия любимой песни или имени кошки.
Хитклифф: Фауст-сенсей тоже обожает кошек. Сам он старается это скрывать, но я лично видел, как он играл с ними.
Акира: Вот как. Похоже, мы с ним сойдёмся.
Хитклифф: Он кажется страшным, но на самом деле хороший сенсей.
Я сам не заметил, с каких пор Хитклифф начал улыбаться, глядя мне прямо в глаза.
Хитклифф: Фауст-сенсей учил меня так: как люди используют что-то, объединяя тела и предметы, так и магия используется, объединяя душу и естество.
Хитклифф: Да. В зависимости от силы воображения магия может как успешно создаваться, так и усиливаться.
Акира: Сила воображения… И если оно сильно, тогда можно сделать что угодно?
Хитклифф: Границы магии меняются в зависимости от силы самого мага, его сильных и слабых сторон.
Хитклифф: Но вот воскрешение мёртвых, поворот времени вспять… Создание чего-то из ничего невозможно.
Акира: Понятно. Но я видел, как вы, Хитклифф, вчера, держа часы, остановили время солдат.
Хитклифф: А-а, всё совсем не так! Я лишь остановил их движение, представив остановку времени.
Опустив плечи, Хитклифф улыбнулся.
Хитклифф: Было бы неплохо, умей я повернуть время вспять. Я нерешительный, поэтому у меня всегда полно моментов, которые хочется исправить.
Как и у меня. Я почувствовал нашу близость с Хитклиффом за счёт простых человеческих чувств.
Акира: (Магия – это удивительно, но всё же чувства магов такие же, как и у людей.)