Что бы не случилось, обещай…
Добегая до шумного моря, отблеск луны ведёт по пугающей тропе, где волны бушуют, а огромные лайнеры внушают тревогу своим величием.
— Быстрее, они скоро отчалят! — визжит она громко, голос сладок среди прохладной, мрачной ночи. — Отвечаю, тебе понравится!
— Ты ненормальная?! — оглядываясь по сторонам, лишь тяжело сглатываю, когда слух обостряется. — Никогда в Инчхоне не была? — скалясь, злость пробивает к самым вискам.
Порт Инчхона — ужасное место, где сотнями пропадают люди: дети, родители, старики и их домашние любимцы, словно ужас тьмы цепкими лапами затаскивает в бездну, из которой никто никогда не возвращался. Корабли один за другим отплывают, пока наши ноги уносятся прочь. Кто знает, что сейчас скрывается за стенами огромного судна?
— Брось, сегодня здесь куча народу будет, я же не совсем сумасшедшая! — зазывающий тембр смеётся, и тут же резкая остановка. Отпуская твою руку, врезаюсь в спину, чуть не сбивая с ног.
— Дурная, осторожнее! — схватив хрупкие плечи, удаётся лишь на секунду сделать передышку, оглядеться по сторонам.
— Ты ведь переживаешь из-за Кванхэ? — смотря снизу вверх, через плечо, голос стих, и та прежняя улыбка сползает с твоего лица. Голубые глаза прожигают насквозь, заглядывают в душу, ковыряя правду изнутри, совершенно бестактно, заставляя сглатывать.
— Кванхэ давно начали переправлять людей по Инчхону, — мешкая, кажется, отвести взгляд невозможно, крепче сжимая женские плечи, столь лёгкие в моих руках. Дрожь берёт верх. Вспоминая её беззащитность и слабость перед врагом… и снова страшно.
— Эй, Да-Ёб, — не замечаю, как прытко выбирается из хвата. В её душе снова мелькает тепло, невинная забота. Взгляд опускается, а брови печально хмурятся. — Смотри во-о-н туда, — внезапным движением твоя ладонь хватает за подбородок и поднимает отчаянную голову от пола.
В моих глазах мелькнула искра, нечто яркое в чистом небе. Тлеющие угольки от пламени заполняли сердце болезненными воспоминаниями, ускользающий образ, дарующий свет всем, кроме себя… Казалось, вечная утрата и пустота останется навсегда.
— Сегодня провожают какую-то важную тетку, актрису, за границу, прикинь?! — ты снова смеешься задорно, вытаскивая в реальность. — В честь неё запускают фирменные салюты! — хватая под руку, взгляд скользит по черной макушке, а зеленые пряди играют на ветру, совсем рядом. — Скорее, давай посмотрим поближе!
Бежать, схватив твою ладонь в своей, на встречу незнакомцам. Прорезая потоки ветра, разносящие локоны во все стороны, куртка чуть не слетает с тебя, оголяя плечи, выставляя на показ длинную татуировку сколопендры. Телефон вот-вот выпадет из кармана моих спортивных штанов, и всё же…
Искра не тухнет. Нечто, подобное перерождению, просящее душу не гибнуть в отчаянии. Перед взором, напоминающее о том, за что боролся самый особенный человек в наших общих сердцах.
«Ты бы хотел видеть нас счастливыми, Хён?»
— Хватит киснуть из-за Инчхона, пока здесь столько людей, нам не грозит опасность! — говоришь громко, толкая под бок. Схватив под руку, прижимаешься к мускулам, ехидно смеясь. — Смотри, щас запустят! — тыкаешь пальцем в толпу людей, встряхивая меня из стороны в сторону.
Уходящая пустота затмевается цветными вспышками над головой, красочные искорки фейерверков сплетаются в танец. Последний раз столь широкая улыбка и звонкий смех я слышал лишь с вами, тогда все мы были в сборе.
— На-Ри… — вновь сглатывая, проблеск надежды цветных огней разжигает надежду. — Пообещай больше не уходить, — разворачиваясь, голос мой тих. Когда последний раз представал перед тобой таким? Расклеенным неудачником, беспомощным и слабым.
Ошеломлённая раскрывает глаза широко, и следом новая, тёплая улыбка с любовью смотрит прямо в глаза.
Мы так похожи.
— Обещаю, — коротко произносишь мне, внезапно протягивая мизинец — невинный и добрый жест.
Скрепляя пальцы, руки опускаются всего на мгновение, после чего сами тянут в объятия. Крепкие, жадные, позволяющие забыть о печали. Твои ухватываются за меня следом под новый залп фейерверка. Пальцы путаются в красных волосах, перебирают бритые виски, внезапно целуя в щёку.
Новый дом, в котором по-прежнему не нужны лишние слова.
Дом, где по-прежнему не хватает только вас…
