я-твое спасение. 3/3
от разговора их отвлек человек, одетый в строгий костюм. так были одеты все, но только сейчас Нил обратил внимание на лицо стоявшего перед ним мужчины.
когда он поднял голову, в попытке вглядеться сквозь темноту, от осознания того, кто перед ним, в легкие перестал поступать кислород. следы минувших лет отображались на человеке старостью и явной усталостью. хотя даже так, морщины вокруг глаз и схожесть черт с матерью словно выбили из груди воздух. Нил не был удивлен визиту дяди, но встретить кого-то, кто будет напоминать о матери одним присутствием, было больно.
еще больнее стало от последовавшего вопроса.
—где мэри?—с толикой надежды задал вопрос Стюарт, желая услышать именно то, чего ждал. однако вопреки собственному желанию, ответом ему стал кивок в сторону и мрачное выражение лица, выдающее правду само собой.
поняв все без слов, мужчина сжал челюсть. можно было увидеть движение желвалок и хмурый взгляд даже в темноте.
через некоторое время, посмотрев на тело Натана, он с досадой проговорил:
—хотел бы я выстрелить в него еще раз, да только твой друг даже места не оставил.
на такое сомнительное замечание Эндрю даже бровью не повел, все еще смотря только на Нила, все также изучая все его ранения и ссадины с ожогами. Джостен чувствовал, как с каждой секундой возрастает ярость Миньярда, стоило тому задержать взгляд на его ранах.
—я останусь.—парень кивнул самому себе—они ведь должны застать хоть кого-то?
вскоре Стюарт, довольный догадкой нила, позвал на разговор Ваймака, и когда они отошли, все внимание Джостена вновь было обращено к Эндрю.
—скорее всего, сейчас вы уедете вместе с ними, — сказал Нил, не указывая на людей никакими жестами, зная, что Эндрю понимает о ком речь. — скоро полиция будет здесь. — в легких стало гореть, и парень поморщился от боли. между словами нужно было делать паузы, чтобы перевести дыхание, однако Джостен упорно продолжал говорить, не желая останавливаться. ведь если он не убедит Миньярда сейчас — тот останется с ним, и, увидев его на месте преступления, копы обязательно упекут голкипера за убийство важного преступника, который был нужен для допроса.
—ты должен уходить с тренером и с дядей Стюартом, — в конце концов выдохнул он, но ответ получил очевидный.
—мы уйдем вместе, — голос у Эндрю прозвучал твердо и категорично, от чего по спине пошли мурашки. Однако Нил не мог позволить ему остаться, поэтому взял ладонями чужое лицо, сжав губы от боли, которая разнеслась резким током по рукам, но не издал ни звука, а после начал свой монолог вновь.
—Эндрю. если тебя здесь увидят — все твое прошлое станет новым настоящим. больницы, суды, таблетки. я не могу заставить тебя, но могу попросить. — Джостен заглянул в карие глаза, ища хотя бы какой-то процент на шанс того, что Миньярд его послушает. — я буду в порядке. меня они отправят в больницу. ты и сам знаешь, мои права, как человека, не позволяют им начать допрос со мной, пока я в таком состоянии. оттуда я выбью у них разрешение на встречу с вами, но сейчас тебе надо уходить, чтобы увидеть меня еще раз.
после сказанных слов, молчание затянулось на пару минут. они сидели в таком положении и смотрели друг другу в глаза, будто ждали, пока один из них сдастся.
когда Ваймак подошел с подтверждением догадки Нила, он сказал, что их высадят где-то на окраине, где не будет камер. дальше они будут вынуждены добираться автостопом в течение пары часов, но в такое время проблемой это не будет.
все ждали, пока кто-либо озвучит свой протест, но этого не произошло. Эндрю встал, когда обсуждение закончилось, и скрылся за дверьми подвала, не оборачиваясь на Нила. В каждом его движении читалось согласие, смешанное с недовольством от того, что его вынудили пойти на это.
Ваймак же, идя вслед, напоследок махнул рукой, выкрикнув свое традиционное:
—не оставляй нас, иначе я с этими оболтусами не справлюсь.
Тренер явно указывал только на одного «оболтуса», но Нил сделал вид, что не понял, устало улыбнувшись и дождавшись, пока дядя не ответит на его вопросы по поводу реакции Мориям на смерть Натана. Через пару минут ушел и он со своими людьми.
Теперь Джостен был здесь один. Вокруг лежали трупы, но смотрел он только на один, чувствуя, как растягиваются губы в улыбке. Радость от смерти того, кого он боялся всю жизнь, разливалась приятным теплом в голове. А может, это была кровь, стекающая с лица. Джостен не знал, но понимал, что теперь дело за малым.