Роковая любовь Николая Романова, или история одной скульптуры

В ташкентском Музее искусств есть один экспонат, история которого достойна того, чтобы быть запечатленной в какой-нибудь захватывающей романтической киноленте, где будет все – и необычные герои, и страстная любовь, и детективная история, и авантюрные приключения и неожиданный финал. Речь идет о удивительной скульптуре Томазо Солари «Венера с яблоком», которая изображает полуобнаженную богиню с яблоком в руке. Эту скульптуру Солари ваял по заказу, а в роли Венеры выступила женщина, чье появление в Петербурге в 1871 году имело фатальные последствия для самого загадочного человека из династии Романовых - великого князя Николая Константиновича Романова – внука Николая I, племянника Александра II и двоюродного дяди последнего российского императора Николая II. Но обо всем по порядку…

Великий князь Николай Константинович Романов был настоящим светским львом — высокий, великолепно сложенный, с необыкновенно красивыми глазами, первый танцор и дамский угодник, щедрый на подарки – в общем, мечта любой женщины.

Он обладал острым проницательным умом и стал первым из Романовых, окончившим высшее учебное заведение, да еще в числе лучших выпускников — с серебряной медалью. Затем великий князь поступил в лейб-гвардии Конный полк, и через некоторое время он, не на шутку увлекшись службой, стал командиром эскадрона. В это время ему минул всего 21 год. И тут появилась ОНА…
Звали ее Фанни Лир. Это был псевдоним, взятый из одного популярного в то время парижского водевиля. Настоящее имя этой необычной женщины, у ног которой лежали магнаты, писатели и принцы, - Хэтти Эйли. Она была дочерью священника из Филадельфии. В 16 лет сбежала из дома с горьким пропойцем Кэлвином Блэкфордом, с которым обвенчалась без согласия родителей. У них родился ребенок, который вскоре умер, а следом за ним отправился и Блэкфорд. Впрочем Хэтти к этому времени уже успела бросить его. Она заводит себе богатого любовника мексиканца Мэдисона – бабника и кутилу – и требует, чтобы тот женился на ней. Но все тщетно. Тогда в утешение себе находчивая Хэтти заводит кучу кавалеров. На скопленные деньги она открывает казино. Деньги потекли к ней рекой. Вдобавок она еще занималась и ростовщичеством, одалживая деньги проигравшимся в пух и прах остолопам, а потом обдирала их как липку.

Надо признать, Хэтти не была заурядной шлюхой. Эта тонкая, умная, предприимчивая и честолюбивая девушка знала себе цену. Да к тому же она была ослепительно хороша. Ее белокурые локоны, полные мягкие губы и соблазнительные формы сводили мужчин с ума. Пока ее поклонники и клиенты резались в карты, она усиленно повышала свой IQ, читая не только английскую, но и французскую литературу в оригинале. Это был вызов обществу – в пуританской Америке тогда считалось, что читать Гюго или Теннеси Уильямса женщины низкого происхождения не имеют право. Жены объявили своим мужьям и сыновьям, посещавшим казино Хэтти, бойкот. И клиентуры у нее поубавилось. Пришлось казино продать, и Хэтти отправилась искать место под солнцем за океан - в Париж
В столице Франции Хэтти познакомилась со своей землячкой – знаменитой куртизанкой и певицей Корой Перл. Та научила ее тонкому искусству обольщения. Хэтти стала называться Фанни Лир и вскоре быстро освоилась в кругу богатых гуляк. Среди ее побед – связь с принцем Уэльским, будущим королем Великобритании Эдуардом VII и наследным прусским принцем Максем Баден-Баденским. Последний стал ее спонсором, а при расставании оставил ей кучу денег и славу первой парижской куртизанки. Фанни удачно распорядилась деньгами, приобретя особняк и открыв светский салон. К ней зачастили знаменитости – среди ее посетителей частенько бывали Дюма-отец и сын.
Но грянул 1870 год – разгром Франции пруссаками и Парижская коммуна. Все пошло прахом. Фанни Лир потеряла деньги, связи и салон. И тогда по совету своей подруги Коры она отправляется в далекую Россию, о которой давно мечтала.

В Петербурге на маскараде в оперном театре она знакомится с одним блестящим кавалером, который был чертовски хорош в своем гвардейском мундире. Он представился ей сыном московского купца, но догадливая Фанни в этом усомнилась, т.к. заметила, насколько почтительно раскланивается с ним публика. Ну а когда он привел ее в ложу, где на портьерах и спинках кресел были вытканы императорские гербы, сомнения прелестной Фанни развеялись окончательно. Незнакомец был вынужден раскрыть ей свои карты – перед ней, сраженный наповал ее красотой и шармом, сидел сам великий князь Николай Константинович Романов.
Фанни умела подать себя, и бурный роман не заставил себя долго ждать. Николай в первый же вечер взял со своей возлюбленной расписку такого содержания: "Клянусь всем, что есть для меня священного в мире, никогда нигде и ни с кем не говорить и не видеться без дозволения моего августейшего повелителя. Обязуюсь верно, как благородная американка, соблюдать это клятвенное обещание и объявляю себя душой и телом рабою русского великого князя. Фанни Лир".
Завязавшийся роман Николая сильно напряг его родителей – великого князя Константина Николаевича и Александру Иосифовну. Предлог удалить Николая из Петербурга и тем прервать затянувшуюся связь нашелся вполне подходящий. На восточных границах империи шла война – русские войска продвигались вглубь Средней Азии, чтобы расширить российские территории и не дать разрозненным ханствам стать легкой добычей Англии. В 1873 году русский экспедиционный отряд двинулся в Хиву.
Великий князь геройски проявил себя в этой компании. При адской жаре и сутками обходясь без воды, Николай Константинович, будучи уже в чине полковника, вел солдат к цели от одного пункта к другому, подавая пример выдержки и мужества.
Во время разлуки влюбленные переписывались. Николай писал о том, что в нем изменилось многое — отношение к людям, к жизни, неизменным осталось лишь одно — любовь к ней. Фанни ходила в отдаленные петербургские храмы и ставила свечки за здравие воина Николая. Великий князь возвратился в Петербург с орденом св. Владимира.
Вскоре после окончания Хивинского похода Николай и Фанни уехали путешествовать за границу. В Риме они побывали на вилле Боргезе и полюбовались знаменитой скульптурой Антонио Кановы, изображавшей Полину Боргезе, младшую сестру Наполеона. Мраморная обнаженная красавица лежала на ложе в виде Венеры-победительницы с яблоком а левой руке. Николай решил, что его Фанни ничуть не хуже ни Венеры, ни Полины, и заказал скульптуру Томазо Солари точную копию Венеры, но только с Фанни вместо сестры Наполеона. Позднее мисс Лир будет вспоминать о тех неприятных ощущениях, которые она испытала, когда ей накладывали на лицо маску, чтобы воспроизвести в мраморе черты ее лица. Они уехали, заверенные, что по окончании работы скульптура будет отправлена в Петербург. Солари сдержал слово, и спустя какое-то время мраморная Фанни заняла свое место в одном из парков августейшей семьи.
Они продолжали встречаться, но в беседах с Фанни Николай все чаще вспоминал о стенах хорезмских крепостей, дворцах и минаретах. Он был околдован Средней Азией и хотел туда вернуться. Великий князь начал принимать участие в работе Русского географического общества, в среде которого назрела идея Амударьинской экспедиции. Ее целью было досконально изучить только что завоеванный Россией край и подвергнуть детальному научному анализу его потенциал. В Географическом обществе были, разумеется, рады вниманию великого князя. Его избрали почетным членом и назначили начальником экспедиции. Казалось, жизнь Николая Константиновича складывается просто волшебно. Но тут случилась катастрофа…
14 апреля 1874 года в Мраморном дворце была обнаружена пропажа. Из фамильной иконы великокняжеской четы, которой император Николай I благословил брак родителей Николая Константиновича, исчезли 3 крупных бриллианта. Великий князь-отец вызвал полицию, и вскоре бриллианты были найдены в одном из ломбардов. Теперь предстояло найти преступника. Провели дознание и вскоре вышли на адъютанта великого князя Е.П. Варнаховского. Однако на допросе он категорически отрицал причастность к краже и говорил, что лишь снес в ломбард камни, переданные ему великим князем. Николай, присутствовавший на допросе, поклялся на Библии, что не виновен. Отцу же он сказал, что готов, выручая Варнаховского, не просто адъютанта, а своего товарища, взять вину на себя. Этот оглушительный скандал дошел до императора Александра II, который взял дело под личный контроль и подключил к расследованию шефа корпуса жандармов графа Шувалова. Результат расследования шокировал всех: бриллианты украл Николай.
Но не все так однозначно в этом запутанном деле. Существует несколько версий происшедшего. Любопытен тот факт, что сумма, заложенная за украденные бриллианты, оказалось намного меньше той, что была обнаружена в письменном столе Николая при обыске. Выходит, что проблем с деньгами у него не было. Он до конца жизни отрицал свою вину.
Как бы там ни было, великому князю Николаю Константиновичу было объявлено, по сути, два приговора. Первый — для публики — состоял в признании его безумным. Отсюда следовало, что отныне и навсегда он будет находиться под стражей, на принудительном лечении, в полной изоляции. Суть второго приговора — семейного — состояла в том, что в бумагах, касающихся императорского дома, запрещалось упоминать его имя, а принадлежавшее ему наследство передавалось младшим братьям. А еще Николай лишался всех званий и наград и вычеркивался из списков полка. Ну и последнее — он высылался из Петербурга навсегда, навечно и был обязан жить под арестом в том месте, где ему будет указано.
В 1875 году Фанни Лир выпустила в Париже книгу мемуаров, моментально ставшую раритетом, т.к. по просьбе российского правительства французская полиция конфисковала их книжных магазинов весь тираж издания. Исключением стала 31 книга, раскупленная парижанами.

В книге Фанни рассказывала о своем злополучном романе, горькой участи Николая, в виновность которого она никогда не верила. Фанни писала, что до увоза из столицы великого князя держали в смирительной рубахе, накачивали лекарствами и даже били. Солдаты, сторожившие Николая, с плебейской радостью куражились над тем, кто вчера еще был для них недосягаемым, предлагали арестованному детские игрушки. Сам же Николай, судя по оставленной им записи, сожалел, что не попал на каторгу…
Саму Фанни Лир выдворили из России с предписанием никогда сюда не возвращаться, поскольку посчитали, что бриллианты пошли на удовлетворение ее прихотей. С Николаем она никогда больше не встречалась…
Дальнейшая судьба великого князя – тема отдельного рассказа о человеке, который потеряв практически все, оказавшись в тисках жесточайшего психологического прессинга, ставший изгоем, не опустился, не канул в безвестности, а прожил интересную и захватывающую жизнь.
Высланный из Петербурга, Николай Константинович за 7 лет сменил по меньшей мере 10 мест. Его мотало по всей России: Владимирская губерния, Умань — 250 верст от Киева, местечко Тиврово, близ Винницы, Оренбург и так далее. Ему нигде не давали обрести хоть какой-нибудь дом, обзавестись связями, пустить корни. Соглядатаи Романовых докладывали в Петербург о каждом шаге великого князя.
Летом 1881 года Николай добирается почти до края света – до Ташкента. И с этого момента начинается совершенно новый период и в судьбе этих мест, и в жизни опального великого князя, о котором потом напишут, что он один сделал для Средней Азии гораздо больше, чем вся царская администрация.
Николай Константинович развернул здесь кипучую деятельность. По его инициативе и на его деньги прорыли первые ирригационные каналы, построили первые хлопкоочистительные заводы, в Ташкенте открылись кинотеатры и театр. Великий князь умел делать деньги, буквально, из воздуха. Он владел мыловаренными заводами, фотографическими киосками, ткацкими фабриками, магазинами, квасными будками, бильярдными залами. Ташкент преображался прямо на глазах. На базаре Николаем были установлены специальные весы, которыми были обязаны пользоваться все продавцы. За каждое взвешивание великому князю шла денежка. Годовой доход Николая Константиновича от коммерческой деятельности был фантастический – полтора миллиона рублей в год. Для сравнения: Романовы ежегодно высылали на содержание Николая всего 200 000 рублей.
Личная жизнь великого князя была такой же бурной и насыщенной. У него было 7 детей от трех разных женщин. Еще будучи в Оренбурге он втайне женился на дочери городского полицмейстера Надежде Александровне Дрейер. В Петербурге об этом узнали и специальным указом Синода брак был расторгнут, а семейству Дрейер приказали убираться подальше от Оренбурга. Но молодая жена проявила характер и наотрез отказалась покидать Николая.
В Ташкенте любвеобильный Николай Константинович вопреки всем правилам женился во второй раз на 15-ти летней казачке Дарье Часовитиной. На людях великий князь частенько появлялся под руку с обеими женами.

Прошли годы… И однажды в Ташкент на имя князя пришла посылка – большой дощатый ящик. Открыв его, Николай Константинович был поражен – в ящике находилась его давняя возлюбленная, Фанни. Правда, в мраморе. Это был подарок от матери, страдавшей от разлуки с сыном. Гуляя однажды в парке, она наткнулась на мраморную скульптуру полуобнаженной женщины с яблоком в руке. «Да это же Фанни Лир — девица нашего Николы!» - воскликнула она. И вскоре скульптура была отправлена в Ташкент.

P.S. Фанни Лир скончалась в мае 1886 года в Париже, в нищете и забвении. Николай Константинович Романов завершил свой земной путь 14 января 1918 года на даче под Ташкентом. Он умер от воспаления лёгких.