Про счастье и людей
Мой кулак лучше всего чувствует себя на расквашенной нацистской морде!
Богатенькие капиталисты в своих пентхаусах могут поесть моего говна!
Я могу накидать ещё тысячу таких лозунгов. Все они одинаково утопичны, но в глубине своей справедливы. Разве не страдаем мы до сих пор от фашистов, засевших в президентских креслах то тут то там? Разве не страдает наша планета от изменения климата и ядовитых отходов? Разве не страдаем мы от кучки бизнесменов, собравших в своих карманах все деньги мира и решивших, что теперь вольны играться в богов?
Многовато левой риторики от Веры Фелькиной за раз. Что это, очередной выброс эстрогена? А может она совсем помешалась в Америке? Да нет, наверное это она просто так шутит.
А вот и не шучу. Я действительно презираю фашистов и всех авторитарно настроенных пидорасов. Ваше самодержавие стоит лишь кожаного сапога в вашей жопе! Любители прислуживать власть имущим всегда кончают одинаково — на обочине истории, пережёванные жерновами бессовестной машины. Я действительно презираю буржуев, прогнувшихся под собственные кошельки. У них есть право транжирить на блядство и разврат деньги, которые могли спасти чью-то жизнь — у них есть право быть мудаками и свиньями. Я действительно презираю нейросети, бездушные бесчеловечные алгоритмы, а также всех, кто защищает их.
Только лишённый чувств человек может симпатизировать армейскому маршу. Только лишённый чувств человек будет защищать право капиталиста сидеть на огромном мешке денег и закрывать глаза на обворованных им людей. Только лишённый чувств человек будет отрицать, что изменение климата убивает планету.
Я верю не только в свободу воли, но и в человека как такового. Радикального субъекта, если хотите. Человека среди руин. Того, кто не подвержен zeitgeist и готов бросить вызов целому миру, оседлать тигра и остаться собой. Он сам задаёт себе мораль. Он неподвластен царству количества. Но он также никогда не примирится с засилием буржуев и повальной нейросетевой истерией. Этот человек никогда не согласится на серые марши и беззубую муштру.
Я неплохо чувствую себя и в левом, и в правом лагерях. Я знаю нужные слова и пароли, так что могу вписаться куда угодно. Но дело не в том, как хорошо я мимикрирую, а в том, что вся эта разница между "трушными анархистами" и "базированными гигачадами" эфемерна. Настоящий правый никогда не пожмёт руку накопителям и буржуа. Настоящий правый будет беспокоиться о здоровье планеты. Настоящий правый... да кто такой этот ваш настоящий правый?!
Я верю в человека. Мне не писаны общности и Уклады. Я с друзьями, но я сама по себе. Я не верю в ваши авторитеты, кем бы они ни были. Я шлю нахуй фанатизм и раболепство. Есть моё мнение и есть ваше — я не вижу смысла переубеждать вас или кому-то что-то доказывать. Пусть каждый поклоняется кому хочет, но я не буду поклоняться никому. Кто верит в каждое слово Эволы или Маркса — может поцеловать меня в жопу.
Я не верю в семью. Я не верю в споры. Не надо пытаться мне что-то доказывать — делать мне нехуй что спорить с вами по пустякам. Я не верю в саморазвитие — пустая гонка за несбыточным завтрашним днём. В моей жизни саморазвития было достаточно, и много пользы мне это не принесло.
Хотя постойте. Быть начитанной образованной няшкой вообще-то прикольно.
По вайбу я вылитая Хитори Гото или Макс Колфилд, и школу я тоже всегда ненавидела, хоть и не пропускала, тем более ради битлов. В школе учатся все, от шинигами до пилотов Евы, оттуда не сбежать словно из Города Зеро, словно с Маяка, это место полно рутины страшнее арстоцких паспортов — одни и те же задания из года в год, так наскучившие, что чувствую себя Паттинсоном. Да и без школы я привязана к своим рыжеволосым призракам, являющимся во снах, всеми забытым и выродившимся в бэзиловские симулякры. Что за проклятый спектакль поставило это общество! Это не "Буря" и не "Король в жёлтом", нет, нынче ставят "Патриотизм" и внушают готовность к смерти от шестипалой нечеловеческой руки! Но способна ли эта рука удержать танто? Способен ли шестипалый атлант удержать пролившийся океан, тело убитой Тиамат? Этот раб лишь подчиняется, а выбирающих уж не осталось; Калифорнийская Юга окутала мир словно Мгла, словно хворь Сарамаго! Всегда будет Маяк, всегда будет город — но неважно, заперт ли человек на маяке или в пентхаусе, он всё равно остаётся Христом в стеклянной будке. Ибо страшный паук поразил его, и имя ему Унголиант.
Можете хоть целый день декодить все эти отсылки и референсы. Ну и что с того? Я вам кажусь теперь умнее? Лучше бы я потратила это время на что-то весёлое. Нахуй начитанных снобов и задротов. Жизнь надо жить, а не книжки заумные читать.
Я не верю в человека образованного. Никогда не верила, хоть и стала таким. Я не верю в молитвы и заклинания. Я не верю в ваши глупые попытки казаться лучше чем вы являетесь. Лучше надо быть, а не казаться. А всякий человек лучше тогда, когда он больше является собой.
В этом мире у всего своё место. Место слабых на дне, а сильных на вершинах. Место мудаков — в кожаных креслах на Уолл стрит, место живых людей на улицах и у отворяемых окон. Пора бы уже некоторым глотнуть воздуха! Пора бы людям быть поболее людьми. Жизнь такая разная и сложная, в жизни столько всего запутанного, гораздо более сложного чем цифры и графики, планы и задания.
Моя мать помешалась на религии. Мой отец женился на другой и живёт теперь бог знает где. Моя бывшая любовь ненавидит меня. Моя настоящая любовь далеко и надолго, а судьба её так отлична от моей, что мы вряд ли будем когда-либо вместе. Я одна в водовороте жизни, пытаюсь наверстать упущенное, нагнать потерянное, подлатать да подучить английский, найти нужных людей, хоть одно плечо, в которое можно выплакаться, хоть одно тело, которое можно обнять. Люди вокруг меня страдают от живых и ещё больше от мёртвых. Для кого-то выйти за дверь это победа над собой. Для кого-то заговорить это уже достижение. Одни страдают от подросткового инцеста, другие не могут заниматься сексом без грима и латекса.
А вы говорите Толкиен! Да на что мне ваш Толкиен, когда сама жизнь страннее любого вымысла? На что мне ваши сериалы и книги, когда в реальной жизни полным-полно ебанутого и тяжёлого? Что даст мне Платон или Гегель? Кто из них поможет справиться с глубоким разочарованием от несбывшейся молодости, от неоседланных поездов и непосещённых свиданий, невысказанных шуток и неслучившихся поцелуев? Мир несправедлив и жесток, потому что мир вечен, а человек умирает, но в одном человеке может быть заключено столько боли и живого, щенячьего, человеческого, сколько никаким Средиземьям и не снилось.
Когда умирает человек, умирает человечество.
Осознать собственную ценность и ценность ближайших к тебе людей — вот первый шаг на пути к обретению счастья. Пути у нас разные, но мы все можем быть добрее и человечнее. Не в книгах зарываться, а слышать друг друга. Не лозунгами прикрываться, а обнимать и сострадать.
Меня переполняет чувство жизни. Десятки маленьких идей и концепций, сотни воспоминаний и эмоций, тысячи правильных нот, миллионы оттенков солнечных лучей, ласкающих мою незастеленную кровать — я не в силах удержать всё в себе и потому высказываюсь, русским по белому пишу, чтобы всякий услышал и выслушал, чтобы хоть кто-то прочувствовал и может даже понял, что не в вымыслах счастье, не в тысячах часов в играх или полках прочитанных книг, не в информации счастье, всё это лишь цифры, лишь код, безмолвные знаки и символы, лишённые смысла, но смысл появляется в красках и в цвете, во вкусе, и кто распробовал вкус жизни, кто прочувствовал подлинную её палитру, то мажорную то минорную, тот скорее научится жить, откроет свои глаза наконец-то и скажет — вот я, не машина более, не полка книжная, не картотека и не глоссарий, я человек, я чувствую, я существую, я мыслю не уравнением и алгоритмом но интуицией и непредсказуемым повелением своей души, и это и есть я, дух бурный и живой, громкий и дерзкий, прямолинейный и мощный, и как бы ни шумел этот мир, как бы он ни глушил меня, я буду кричать, я провозглашу о себе, и пусть весь мир услышит мой голос!
