Трудно стать богом. Геродот о Залмоксисе

Где есть миллионы рабов, желающие быть только рабами, всегда найдется раб, который решит стать богом. (но это не точно). После легкого головокружения от фантастической повторяемости слов «раб» и «рабство» в РАБоте А. Ф. Лосева, я вспомнил о Залмоксисе, легенда о котором говорит, что он был рабом в Греции, и стал богом во Фракии, откуда и сам родом.

Геродот

Возьмем известный отрывок Геродота, в котором он сообщает, что сам узнал от греков Геллеспонта и Черного моря о религиозных верованиях гетов и их боге Залмоксисе. «Геты – самые отважные из фраков и самые справедливые. Они считают себя бессмертными», так как «согласно их вере, они не умирают, а отправляются после смерти к Залмоксису – их богу». О самом Залмоксисе Геродот пишет, что, по словам местных эллинов, Залмоксис – это обычный человек и раньше он  жил в рабстве на Самосе у Пифагора (!). «Заслужив свободу, он нажил большое состояние и вернулся на родину. Фраки жили в страшной бедности и были необразованны. Залмоксис, знакомый с ионийским жизненным укладом и более утонченными нравами, чем во Фракии, к тому же проживший среди эллинов и, главное, рядом с самым мудрым человеком Эллады – Пифагором, решил построить особый дом, в котором он принимал и устраивал пиры для самых замечательных сограждан. Во время пиршества он учил, что ни он, ни его гости, ни их потомки в будущем не умрут, а лишь переселятся в иное место, где живя вечно, обретут все блага. Пока Залмоксис принимал гостей и увещевал их таким образом, он строил себе жилище под землей. Когда обитель была готова, Залмоксис исчез, спустившись в свои подземные покои, где и пробыл три года. Фраки очень сожалели о его исчезновении и оплакивали как мертвого. На четвертый год он появился среди сограждан, тем самым заставив их поверить в свое учение. Так рассказывают эту историю эллины. Я сам не подвергаю се сомнению, но и не верю полностью. Думаю, что этот Залмоксис жил задолго до Пифагора. Был ли он простым человеком или в самом деле богом гетов - не ведаю, с тем и оставляю его в покое".

Исчезновение

Греков удивляло поразительное сходство учений Залмоксиса и Пифагора, в частности, что касается бессмертия души, вегетарианства фраков, которое было отмечено, как самый яркий маркер учения Пифагора, а также это удивительное исчезновение на три года, в течение которых Залмоксис считался мертвым – о Пифагоре такого рода легенда тоже существует.

Это уединение в пещере или подземелье символизировало нисхождение в загробный мир, которое проводится во время инициации, что, собственно, эквивалентно смерти с одной стороны и началу нового типа бытия с другой. Такое исчезновение бога (оккультация) и затем вновь его возвращение (эпифания) – это тот ритуально-мифологический сценарий, который был широко распространен в Азии и Средиземноморье. Сразу вспоминается Дионис, ежегодно умирающий и всегда вновь рождающийся бог. Этот сценарий распространен даже больше, чем можно себе представить. Самая известная эпифания, с момента которой потом решили отмерять годы этой самой нашей эры, произошла, как известно в Вифлеемской пещере, и затем окултация, вбившая клин в голову доброй части человечества, проводилась в Иерусалиме. Теперь должно ждать новую эпифанию надо полагать. Задерживается.

Итак, по свидетельству Геродота Залмоксис представляется как: демон, основатель культа инициации, с другой стороны, он «не сверхъестественное существо космического толка» и возникает в уже до него существовавшей религиозной истории, сам же знаменует начало новой эпохи эсхатологического типа; реализуется ритуально-мифологический сценарий окультации и эпифании, основная идея Залмоксиса – жизнь после смерти и бессмертие души, что доступно не для всех, но лишь для тех, кто проходил особый обряд инициации, это роднит культ Залмоксиса с греческими мистериями. Хотя само по себе возвращение Залмоксиса «не служит «доказательством» бессмертия души». Представление о возвращении умерших и соответствующие обряды были замечены во многих регионах, в том числе у немцев и финно-угров.

Геродот, кстати, не говорит, что душа отдельно отправится на встречу с Залмоксисом после смерти тела, но это косвенно становится ясно из описания им гетского ритуала отправки посланника к Залмоксису.

Отправляем посланника.

Геродот пишет следующее: «Каждые четыре года бросают жребий, и тот, кому он выпадает, выбирается посланником к Залмоксису, которому остальные доверяют все свои нужды. С посланником поступают так: несколько (даков) садятся в круг и держат три копья, остальные раскачивают посланника за руки и за ноги и подбрасывают прямо на копья. Если человек погибает пронзенный, то считается, что бог проявил благосклонность, если посланник остается живым, то его самого обвиняют в злонамеренности. Тогда выбирают другого посланника. Все, что нужно испросить у Залмоксиса, посланнику сообщают при жизни».

Человеческое жертвоприношение – довольно распространенный обряд, который наблюдался у народов, стоящих на разных ступенях развития, обряд преследовал разные цели, и отправка послания богу – не самая популярная. В юго-восточной Азии известен такой тип человеческого жертвоприношения, но там приносили в жертву рабов, чтобы те передали Прародителю желания его потомков. Здесь же важно отметить, что геты (и даки, да) отправляли посланника, которого выбирали среди посвященных в мистерии. Еще важнее: посланника отправляли каждые четыре года, воспроизводя таким образом «изначальную ситуацию», относящуюся к моменту основания культа. Каждые четыре года у верующих появляется возможность установить связь с Залмоксисом, а четыре года – это период его окультации, когда Залмоксис укрылся в «подземном жилище» на три года и на четвертый вышел, молодой и красивый. Эта эпифания реактуализируется теперь в ритуале жертвоприношения посланника.

Друзья, этот нескладный материал мне, недостойному, помог подготовить фракийский бог наших дней Мирча Элиаде. Из его книги «Залмоксис, исчезающий бог» на русский переведено лишь две первые главы. Это свидетельство Геродота о Залмоксисе – лишь малая часть исследования, дающая (или нет) только первое представление об этом загадочном боге. Мне было забавно читать свидетельство Геродота и Страбона (который просто не влазит уже сюда) и наблюдать за тем, насколько легко греки, а они передавали рассказы обычных греков, насколько они легко принимали это довольно странное явление, когда кто-то был рабом, а потом его стали почитать богом. Возможно, это вызывало насмешки над тупорылыми варварами, может быть, нет, но это не вызывало порицания. Нет какого-либо осуждения со стороны Геродота и Страбона, нет этой ставшей классической для христиан быдло-реакцией пойти и все объяснить, так как те просто не понимают, какой бог правильный на самом деле.

Из главы Элиаде можно сделать вывод, что Залмоксис, кто бы он ни был, вернулся во Фракию, в которой уже существовала своя религиозная традиция, частью которой было и обожествление первосвященника, слияние правителя, первосвященника и бога в одном лице. Фракийская культура была попросту отсталой по отношению к эллинской, но достаточно самодостаточной, чтобы ассимилировать образованного эллина, каковым греки считали бывшего раба Пифагора.