Байки "казачьего""генерала". (автобиографический автопортрет)

Леонид Ефремов

БАЙКИ "КАЗАЧЬЕГО" "ГЕНЕРАЛА"

(Самокритичная автобиография. Практически словесный автопортрет, вполне применимый к большинству "казачьих" енералов)

Откровенный стеб над собой и подобными себе же лицами, не имеющими к казакам никакого отношения, но тем не менее считающими себя таковыми.

От Леонида Ефремова -

"Казачьего Генерала"

"Председателя какой то "боевой" КГБшно - ФСБшной ветеранской организации"

Барда и писателя.

(Стиль текста и орфография строго по оригиналу)

Пролог.

Дорогой Читатель! Буду краток. Уверен, что найдутся те, кто начнет меня обвинять в том, что  я облил грязью казачество, очернил действительность и всех тех, кто, хоть каким-то боком с ним связан. Это ложь! В этой книжке, как раз, наоборот, повествование про тех, кто позорит и чернит светлые идеалы и цели. О тех, кто подгоняет под себя древний казачий Уклад, извращая его суть, ради собственной выгоды. О тех, кто казачьей формой прикрывает свою жизненную никчемность.   О тех, кто как пиявка присосался к здоровому молодому организму, и пытается, иногда весьма успешно, жить за его счет. Таких, к счастью, мало, но они есть. Как и чем с ними бороться – каждый решает для себя сам. Я выбрал сатиру. Вернее, я выбрал фарс. За много лет в казачестве я встречался со всеми типажами, которые здесь описаны. Нет в « Байках казачьего генерала» ничего вымышленного. Изменены только имена и фамилии, но, всяк, кто в этой теме, без труда поймет, о ком я написал.  Написал жестко и правдиво. Смешно ли? – Судить Вам, Читатель!

Возможно, что книга некоторым будет сложна для прочтения, т.к. прямая речь «героя» мной фонетически записана именно так, как, порой звучит «казачий гутар», с ошибками и исковерканными словами. Но, без него теряется весь колорит повествования.

На создание этой книжки меня натолкнул один разговор.

”   Некоторое время назад, довелось мне говорить со старым казаком. Родился он в казачьем хуторе. Хутор чудом уцелел при Советах. Зато все предки по мужской линии теми же Советами были изничтожены. Получалось, что казака воспитывали женщины? Но, на мой вопрос казак ответил:- Меня воспитывали стены!

На стенах висели фотографии его родственников и его предков. Мальчик смотрел на их лица. Видимо казачья мудрость, воля и честь входила в его глаза энергетическими волнами тех, кто погиб, не пощадив живота своего.

- Какие у них были лица! Большинство были вообще неграмотными. Но, какое благородство, какая честь, какое мужество были впечатаны в фото! Это с кровью передается! Никогда худого слова о них не слышал ни от кого.

-Как же ваша мама и бабушка не боялись открыто держать их на стенах хаты?- спросил я старика.

-А, чего было бояться? Мы и так были лишенцы. А с фотографиями большевики не воевали.

Так и весели они на всех стенках, все мое детство и юность. Знал каждого по имени-отчеству, знал о каждом все. Гордился ими.

Иногда, бывало, побью кого-нибудь или в сад чужой с такими же хлопчиками залезу, так боязно домой идти. Не потому, что мамка выдерет. А, потому, что стыдно предкам своим в глаза поглядеть.

Так и вырос. И жизнь прожил, добра не нажил.

Прежде, чем на компромисс, какой пойти с совестью, всегда думал, а, что они про меня скажут?

Зато и сейчас им в глаза посмотреть не стыдно. Для меня те фотографии сильнее любой иконы были. Жаль, что не сохранились.

Сейчас приходят новоиспеченные казаки. Вроде с уважением ко мне.  Все норовят фотографии свои показать. А мне и смотреть на них противно. Пьяные, опухшие, растолстевшие. Беспредельничают. Все с кем-нибудь известным фотографируются. А, потом, врут, что, мол, дружок это их. Свой авторитет так повышают.  У самих-то рожи идиотов. Недоделанные какие-то, мелкие. Форму носить не умеют, да и форма у них без понятия, курам на смех. Одних медалек столько, что крестов у моих предков за все войны не было. Особенно у некоторых новоиспеченных генералов. Откуда повылезали?- не знаю!

«Как хорошо быть генералом,

               Как хорошо быть генералом!

               Лучше, синьоры, я вам работы не назову.

               Стану я точно генералом,

               Стану я точно генералом,

               Если капрала, если капрала переживу!»

               Михаил Танич.

Со слов этой, популярной в конце 60-х годов прошлого века, исполняемой Эдуардом Хилеем, хочу я начать свое трагикомичное повествование.

Разумеется, не ко всем нынешним казакам относятся слова укора старого станичника.

Много  сейчас славных дел у новых казаков. Не ради наград, не ради звезд на погонах гордо носят они форму своих предков. Сама жизнь подсказывает, какими им быть.

Но судьба свела меня с одним казачьим генералом. Из тех, про кого упомянул с горечью старый казак.

Захотелось мне узнать, чем же хорошо быть генералом? Казачьим генералом?

Ведь ни генеральской зарплаты, ни  государственного статуса и льгот у казачьего генерала нет.

Реестровые, это другая тема.  Я про самодеятельных. Как они генералами становятся? Чем живут и кем командуют.

Чем дышат, одним словом?

Много вопросов накопилось. Стал я часто к генералу  захаживать, рассказы-байки его слушать, да на диктофон записывать.

А, чтобы легче и раскованней генералу болталось, приносил с собой пару бутылок водки.

Может, для кого, литр это не метр, но на «старые дрожжи» генералу приходилось в самый раз.

Возможно, не нашел я ответ на свои вопросы. И не до конца понял суть песенки моего детства. Только, рассказанное генералом, натолкнуло на мысль, записать его истории, что называется, «без купюр».

В свете законов, с недавних пор запрещающих ненормативную лексику, пришлось мне ее выкинуть из рассказов или заменить созвучиями. Колорит генеральской речи от этого значительно поблек, но что поделать? - Dura lex, sed lex !*

-Что вышло из всего этого? Фарс? Комедия? Хроника угасающего интеллекта? Отсутствие адекватного восприятия реальности? Не стоит анализировать.

Если что-то преукрасил или, вовсе соврал генерал, бог ему судья!

Я лишь записал все эти байки, в надежде позабавить читателя. Хотя, что здесь изложено больше, смешного или печального, судить прочетшему.

КРАТКИЕ ПОЯСНЕНИЯ:

•    * Закон суров, но это закон- лат.

•    ** Заглавная гласная буква в слове указывает на ударение. Например:                « маршалОв».

•    *** Мягкий знак в конце глагола – попытка передать фонетику героя повествования, например « пойдеть-возьметь».

•    **** исковерканное написание слов – попытка пародировать колорит речи героя.

•           Например, «токма»- производная от «только», «хочь» от «хоть», ну и т.д. и т.п.

•    Довольно скудный словарный запас генерала пришлось немного расширить, но так, чтобы не изменить его самобытную характерность.

КАК ХОРОШО БЫТЬ ГЕНЕРАЛОМ.

-Что, хлопчик, принес батьке горилку?

Молодец! Наливай первую по полной, а дальше половинить будем. Так культурнЕе и мозги контузит  меньше.

Бум здравы! Водка-водка- огуречик! Вот ты снова человечек! Любо! Ладно, слухай старшего и не перебивай!

Значитца, кады я на пенсию вышел, сразу в генералы и подалса.. А шо ты думал? Кажная пипетка мечтает стать клизьмой. И это верно. Ты ещё в бочке кис, а на мне уже мундир вис. Гы-гы-гы!

Ща все гутарют «лихие девяностые»! А, тогда, сам бес ничего не мог разобрать. Тут бандиты появилиса, тута  казаки народилиса. Ты ща, попробуй, враз стань генералом! Как же! Соси сучек, читай газету - прокурором станешь к лету! А тады без проблем!  Рожа кренделем, выправка есть – пошил форму и будь!

И, енто понятно! Кого, токма в казаках нету! Даже маршалА есть! А, ты как думал?

К примеру. Один международный.  Фамилиё Крошилов. Хотя не евоная фамилиё. Евойная Брезгун. А, куды с такой? Не такое звучание маршальскОй фамилье потребно!

Вот Ворошилов, енто то, самое. Ну и вышло, Ворошилов – Крошилов. И угроза есть и звук. Мол, крошу- крушу! На зуб пробую. А, с иной стороны крысы, оне, ведь тош все крошать-грызуть. Но, енто все хилософия. Главно, как его маршалОм угораздило  себе записать.

Он хитрорванец, шо понаделал? Вот, смоталса, скажем с России евоный кореш в Израиль. Нет там больше никого. Он ентого кореша назначает атаманом Израиля. Смотался другой в Австралию, назначает атаманом Австралии. Третий к неграм подалса, так стал атаманом негроссии.  Так весь мир и охватил. Взял глобус и флажками истыкал. И тута и тама, везде евоные казаки-атаманы!

И, шо, супротив гутарить будешь? Во всем мире, в кажной стране, по одному казачку, да  есть. И как Крошилова маршалОм мира не признать, ежли везде, как кобель меток понаставил?

Теперьча ему глобусу мало. МаршалОм мало. Все ученых подгоняеть, шоб вселенную осваивАли. Он ужо будет тут как тут! По той же схеме. Одного на Луне атаманом сделает, другого на Марсе, третьего на Венере! Вот и генералиссимус солнечной системы! Брешуть хлопцы, шо портрет ему намолевали как генералиссимусу вселенной. Часа сваво ждёть, не дождетца!

Ешо один есть маршАл. У ево хлопцы в Донецке, в аэропорте двадцать единиц летательных аппаратов у «укропов» отбили. А, летать, оказалоса, токма он могёть! Долго  летал, коды ему рыло чистили за присвоение авторства гимна России. Ну, раз, летать умеешь, знамо дело, летчик. Вот, он и двинул казачество к техническому прогрессу.   Создал казачью авиацию и стал ее маршалОм.

Можэ где ешо маршалА есть, но я не слыхал пока. Так, шо, паря, мои генеральские звезды с ихними вровень скромненькие. Запросы умеренные. Хучь не маршАл сам, а  в обидку сваю личность не дам!

Ну, вапче, много разных, невиданных у нас имеетца! Но, шоб слава к тебе пришла, надоть и потрудитца и попотеть.

Но, енто видимая часть. Надоть, шоб, кто тя в енти самые генералы произвел. Тогда никаких претензиев!  Любого могешь послать кобыле в трещину!

Есть и требования генеральские. Их много, требований-то. Первое и главное - героическая биография! А, спрашиваетца, где ее взять, ежли всю жисть за баранкой или за киркой горбатилса? Али, того пуще, как некоторые, окромя ложки и хрена сваво ничего руками не лапал?

Тут надобно  историю знать и свои данные к ей приладить. Да, так, шоб комар носу не подточил.

Для того и нужны всякие грамотные писаки. Шоб не токма исторические происшествия к твоей геройской судьбе привязал, но и увечья разные, если  имеютца, как боевые раны преподнес.

Один родилса без глазу. Дорос до седин. Двинул в казаки. С одного полку выперли. Опосля с другого. Следы попутал, время выждал. Смотришь, появляется  героем, в боях трагически зренья лишившимся. Чем не Суворов?

Второй, по-пьянке, шарахнулса с лестницы. Обои ноги изуродил. Выждал время, шоб подзабыли. Заучил, где, да как, в какой такой горячей точке колченогим стал. Молодняку складно брешеть, как товарищев спасал.  Как, тепереча, раны ходить мешають.

Енто все писаки  для кажного случая на бумаге должны начирикать. Шоб все точно и грамотно! Шоб никаких накладков, да промашек! А ты, читай и учи свою геройскую биографию.

Вот я.  Всю дорогу  подторговывал, да подворовывал. Армия- конвойный в тюряге. Опосля трактор, совхоз, поливалка в городе.

Стал  генералом, в биографии другой зануждалса. Для рассказу складногу писака мене стребовалса. А, где взять?  Присоветовали одного чудика. Пошукать еще такого! Ясно дело, шо все енти писатики пыльным мешком шандарахнутые.

Очкарика мне одного подсунули. Из мамки вылез без сустава. А, може, ещо без чего! Гы-гы-гы!

Особливо чохнутый оказалса.  В казаки на старости лет подалса. В армию не взяли, уваженья нет. Не скроешь белый билет, хочь на лысине берет. А в погончиках, да с медалькАми пощеголять охота! Ща все по порядку  расскажу про кренделя ентого! Наливай, половинь и слухай!

  Я те уже балакал, шо все писаки чохнутые?  Ясно, шо, ежли мамка в утробе придавила, то в нормальные ужо не поверстаешса!

У мово писаки, окромя половины суставов, половина мозгов отсутствуеть. Вернее работаеть, токма не на то. То евреям все продалиса,  то власть наша ему не люба, то, просто брешеть, шоб ково помоями облить. Оно и понятно. Злой на весь мир за свое уродство.

Чохнутые вруть почище казачьих маршалОв! И фамильи двойные любють..

Ентот, мой, Павел Солин - Огурцов подписывалса.. Задарил мне свои книжонки.  Нутром чую, шо писаны они погано. ГлупостЯ в их и неувязки всяческие. Все к задней теме сводить. Обгогочешса, шо пишеть!

К примеру, стрельнули с двух метров в человека с гранатомета, он тем, шо рядом стоял, прикрылса от выстрела, и жив осталса.  

Жил огурец за счет старухи озабоченной. Потом к молодухе с бомжей прилип.

. Навроде как  она язык кошек знает и токма мяучеть, не гутарить. Огурцов сам с ей замяучил. Може для виду, може на одной волне поплыла лодка ихней дурки. Видал я енту девку.  Мяучить, в ошейнике ходить и Пашку за ухи тянеть. Игра такая у их. Он тоже мяучить. Навроде как общаютца.

Гутарю дуралею:

- Напиши мне самую, шо ни на есть, геройскую биографию! Используй, мой шрам на брюхе, как боевое ранение. Да так напиши, шоб ни одна сволочь не засумлеваласа! За енто я тя  медалькой геройской пожалую.

- Не сумлевайса, Кузьмич!- балакаеть Солин.- Так написую, шо самый известный атаман твоёй биографии обзавидуетца!

-Действуй!- приказую.

Он канючить начал:

- Кузьмич!  Я ш инвалид! На колчаковских фронтах пострадал!

-Мне-то не бреши, - отвечаю. - Какой Колчак, мать твою!

-Да, это я образно! У тя шрам на брюхе, у меня половины суставов нет, должен ты мя понять!

-А, шо тя понять?

-Кузьмич! Ты же знаешь  Лукоплюева! Он главный у воинских инвалидов. Замолви слово! У них там и докУмент серьезный и кормежка  после сходок каждый раз!

-Так Лукоплюев долбанутых не берет! И, ешо деньгу уважаеть, а у тя грошей нет.

- Какой же я долбанутый?!- осерчал Солин-Огурцов. – Сустав отсутствует в наличие, а с мозгами порядок. Деньги  буду с его инвалидов собирать, ему в подмогу. Могу его в курсе держать, кто и что о нем за глаза треплет! Осведомлять могу про все!

- Ага!- ору. – Може ужо и мя застучать куды задумал?!  Я слово скажу за тя, а ты не токма кизяки швырять в Лукоплюя станешь, а и про мя напраслину людЯм понесешь?!

-Кузьмич! Родной! С напраслиной, с евреями и с политикой покончено навсегда!  Слово литературного гения!- заныл Пашка Солин.

Пожалел я ево, привел в это обчество, представил.

Лукоплюев- шпилька армейской закалки. Шпилькой той много вражьих задниц проколол. На пенсии собрал инвалидов из вояк. Армия многому учить. Зоркости учить и осторожности. У ково карман грошами оттянут видить. Если, шо ему грозить, то в укрытие первым сиганеть. Красивые книжечки выпустил, медалек  понаделал, названий попридумывал, докУментов разных..

Многие отставные инвалиды попасть к ему стремятца. Ну и Солин в енто обчество решил попасть.

Взглянул отставник на Солина из под армейских лихих бровей и повелел Солину визиток красивых наделать. И не просто визиток, а на картонной вспученной бумаге.  Да со своим, с гордым фото. Енто как вступительный взнос и как кандидатский стаж.

До Солина привел я туды одного казачка. Токма Лукоплюев с приемом долго тянеть. Все выжидаеть, скока ешо с кандидата отжать могёно.  Ждал, казачок, вступительные взносы делал, да от пьянок рехнулса.

Я и упредил инвалидного командира, шоп чохнутого не принимал, ежли со дня на день придеть за документом.

А сошлоса, шо и Солин и казачок чохнутый, кандидатский стаж в одно время проходили.

С утрева я Лукоплюева  про чохнутово по телефону упредил, шоб не нарвалса. А к обеду Солин приперса за докУментом.  Визиток полный огромадный пакет. Шоб стока визиток сготовить, пришлоса родителям евоной кошки в ипотеку влазить.

У Лукоплюева, видать все они одинаковы, ну и спутал он одного с другим.

Солин с тем чохнутым разные на вид, да у страху глаза велики.

Постучал Солин, зашел:

-Здоров дневал, господин командир!

Лукоплюев слетел со стулу и столом отгородилса:

-Не подходи!

Армейская выучка, паря, ет те не хухры-мухры. Ловкости у Солина много меньше.

- Я Солин! Я за документом! Я кандидатский стаж принес при посредстве ваших визиток!

- Не надо мне никакого стажу! Не надо никаких визиток! Документов нет! Контора закрылась и не откроется больше!- завопил Лукоплюев, опрокинув шкаф, чем увеличил баррикаду между собой и Солиным.

- Мне кажется, что мы с вами как-то не так начали разговор!- всхлипнул Солин-Огурцов. – Давайте все с начала! Давайте поцелуемся по-казацки!

С ентими словами огурец попыталса переползти через баррикаду меж им и Лукоплюем.

- Не подходи!- Лукоплюев закатилса  под стол. – Помогите!!!!

Тут с соседних контор народу понабёгло, и Солина выгнали. У входа, опосля, долго лукоплюевы визитки толстенным слоем гнили.

А Солин мя во всем обвинил. Дык, я при чем тут, раз такое совмещение выдалоса?

Он на свои психические пилюли подсел. А биография моя геройская на месте.

-Не могу,- подвывает,- с такову позору писать! Дай, Кузьмич мне чин генерала, тады напишу!

Шо делать? Пришлоса поверстать условно.

Ну, писал он мене долго и красочно. Долго не потому, шо красочно, а, потому, шо ему кто-нить постоянно рожу бил. Ведь, как токма я ево в генералы сверстал, дык он выдрючиватца начал и хамить всякому. Мол, я генерал, а ты какашка на палочке. Дратца-то он не умел, один гонор. Вот и огребал. А, как огребеть, так пилюли для психов глотаеть. Коды мозга на место встанеть, то продолжаеть свою писанину.

Принес рассказ про казачьего офицера. Тот в Приднестровье воевал. Всех ево братков молдоване укакошили и ему брюхо вспороли. Приняли ево за жмурА и закопали в могилу братскую.

Токма он живуч как клоп оказалса. Очухалса среди братов своих, от смерти лютой схолодавших ужо. Выбралса с братской могилы.

КИшки выпавшие с брюха собрал и до своих докандёхал.

Читал я и плакал. Так мне тово офицера жаль было. Гордостью за казаков переполнялса. РазА четыре читал и плакал.

Ну, рассказ, рассказом, а коды ж мою-то героическую биографию ентот соленый огурец состряпаеть?

А Солин мне:

-Кузьмич! Та тож про тя! Офицер-то ентот ты! Учи, как геройствовал на заре возрождения казачества!

- А для тренировки, чтоб не робел, представлю я тебя, Кузьмич, как героя на своем скором творческом вечере! – предложил мене Солин. – Главное, все подробно, как я написал тебе расскажи!

Пригласил я поглядеть на то, как выступать буду Валентину Тимофеевну. Жену мою. Курочку ненаглядную.

Ну, тута, скажу, вааще було. В каком-то погребе-подвале, в красном уголке. Три бабки пришли и мы с Курочкой. Курочка вырядиласа, а все зазря. Потому, как одно безобразие вышло и бесстыдство. Сцена там была. На ей свет отдельной лампочкой.

И, тама, где мы с бабуськами сели, тож лампочка одна. Ту, шо над нами, погасили. А ту, шо на сцене зажгли. Верно, к тому, шоб орурец  особливо не расстраивалса, шо народу в зале как добровольцев на кладбище.

Выходит какая-то в шляпке бабуська с кривым рылом и длинным носом.

Мы с Курочкою  подумали, шо енто вперед детский утренник пойдёть.. И енто баба яга, артистка, значитца, детёв пужаеть.

Костлявая вешалка. А на ей черная тюль, да шляпка жуткая.  Прошмыгала к краю и говорить:

- Мы рады вас привестсвовать на творческом вечере великого русского писателя и поэта Павла Солина-Огурцова!

Тута, верно, у ей радикулит взыграл. Как-то крякнула, раком согнуласа и за простынку, шо заместо занавеса, ухромала. Сидим все. Ждем. Пять, десять минут. Ничего. Токма лампочка под ржавым сводом над сценой.  Слышно, как бабка с Солиным спорють. Она ему:

-Надо выходить, люди собрались!

Он ей:

-Не могу выйти! Волнуюсь. От волнения, то малая, то большая нужда справляется!

Тута мене ужо все енто надоело, заложил я обои пальцы в рот, да как свистанул!

Ввиду малого размеру погреба у всех ухи зазвенели. А для пущей острастки гаркнул:

-Любо!

Сам не ожидал, шо так громко выйдеть. Штукатурка по всему потолку сыпатца начала, а Огурцов на сценку  как ошпаренный выскочил с разинутой ширинкой- видать нужду прервал. Побелкой засыпан, шо снегом. Потому евоного достоинства никто из нас не разглядел, все белым- бело!

Курочка и бабки оруть:

- Безобразие! Мадню прикрой!

А он дошел до самого краю сценки. Думали, на нас грохнетца. Токма тута и увидел он, шо все у ево в побелке наружу. И, бегом, за простынь.

Сидим ешо минут двадцать, ждем. Извилиса ужо!

В конце появилса какой-то лысый и шустрый с мордочкой афериста. Шасть ко мне:

-Не желаете дипломчики приобресть?

-Шо за дипломчики?

- Очень крутая академия! - говорить.- Название сам придумал! « Академия академического глагольного стихопроизводства»! Аналогичной нет! Гарантирую!

Вам, как генералу сразу предлагаю приобрести диплом академика! Всего за три тысячи рублей. Если с собой столько нет, то можно расплатиться частями!

- Шо за глаголное стихопроизводство?

-Все просто! Считается, что глагольная рифма, это не профессионально. А мы ее из разряда стихосложения перевели в разряд стихопроизводства и, образно говоря, надели на нее академическую мантию! У моей академии большие перспективы!  Через год все будут, как сказал классик, жечь глагол! Мы глагольную рифму дифференцировали! Вы один из первых академиков будете!

Покумекал я и купил диплом за трояк. Оно и верно, хто там с ентими глаголами разбиратца будеть. А акадэмик завсегда в почете!. Теперь везде ко всем своим титулам добавляю словно «акадэмик», дальше не пишу, просто все название никак в башку не влазить. Но, как обещал мене тот лысый: « Дальше работаем по плану!».

Лысый исчез, а мы все сидим.

Вылазеть скрюченная вешалка в шляпке. Тож вся побелочная и говорит:

- Творческий вечер великого русского писателя и поэта Павла Солина-Огурцова окончен!

Шо енто было? Вышли с погребу все в побелке и в непонятках.

  А потом огурец ентот соленый у мене медаль геройскую спер. С тех пор не видал я ево. Но, гутарили, шо с медалью он моей ходить, брешеть, шо в ДНР за бои получил. И кизяки свои в тырнете пописываеть.

Вот так моя геройская биография и написаласа.

  Таперича  всегда, кады историю про себя брешу, в обязательном порядке шрам на брюхе показую, даж при бабах! Шрам старый . Язву мне в колхозе удаляли, коды я горилку с ацетоном попутал.. Шрам предъявляю, не токма верють. Уважають!

Наливай! Расстроилса я шо-то!

Продолжение автобиографии (впрочем как и вся она целиком) доступно по приведенной ниже ссылке:

https://www.proza.ru/2016/04/25/185