Зарисовка.
«Пластинка» Не канон, Ильюры, флафф.
Шел 1995 год. В стране происходил обвал как в политике, так и дети брали пример с вечно нервных взрослых. Вот и в Петербурге в средней школе жили такие.
Школа эта была... Легче сказать, кто там был. Отличники, но и двоечники. Спортсмены, но и вечно ленивые. Скромные, но и буйные. Вроде бы обычная школа, но для Ильи с Юрой она стала особенная.
Обычный вечер пятницы. Все школьники уже давно вернулись домой, только Тихонов задержался на кружке, а Исаковский верно ждал его на площадке.
— О, Илья!
• Радостно воскликнул Русоволосый со скамейки.
— И тебе привет. Че разорался?
• Как всегда серьезно ответил блондин, сажась рядом.
— А чего, нельзя уже? А вообще... Пойдем ко мне, мне мать с работы пластинки принесла!
— Реально? Они ж дорогие... Пошли, конечно!
И парни не спеша пошли домой к Юре. Разговаривая обо всем на свете, они и не заметили, как уже дошли до нужного подъезда, а там и до двери быстро. В квартире, как всегда, было свежо, пахло сигаретным дымом и котами.
— А твоей мамы дома нету что ли?
• Проходя в комнату друга, спросил Илья.
— Неа. Снова где-то шляется.
• Голос Исаковского был будто... Пофигическим. Он давно привык, что матери часто не до него.
— Ладно, понял...
Илью всегда напрягала семья Юра. Но кто он такое, чтоб судить? Верно, всего лишь друг.
Спустя пять минут поиска проигрывателя это уже превратилось в комедию. Юра носится по комнате в попытках найти нужный агригад, а Илья же — смеется.
— Боже, Юра, нашел наконец-то!
— Угомонись, пока не треснул.
• Грозно ответил смеющему Тихонову.
Юноши застыли в ожидании.
Раз...
Два...
Три...
И полилась музыка... На счастье Юре — популярная и любимая песня Green day — панк группы. Илья не любил подобную музыку, но рядом с Юрой ему начало нравится всё.
— Ильяяя, тебе будто не нравится)
• Прижимаясь плечом к плечу, заговорил Юрий.
— Да нравится мне всё... Особенно ты.
• Ответил Илья, будто это самая обычная вещь.
Юра замер.
— Что?...
• Илья тоже замер. Он понял, что сказал мысли вслух.
— Тебе послышалось...
• Не придумал блондин ничего лучше, кроме этого.
Ну а Исаковский, собственно, не придумал ничего лучше, как схватить приятеля за плечи, поворачивая к себе, и утягивая в поцелуй. Он был недолгим, прямо каким должен быть первый подростковый поцелуй. Сердце затрепещело у обоих, но щеки залялись красным только у блондина. Когда они отстранились друг от друга, русый молча, будто ничего и не произошло, продолжил наслаждаться любимой музыкой, а Илья — моментом.