Я унаследовал гильдию, а в придачу получил эспера S-класса
Пролог
Каждый из нас хоть раз в жизни предавался подобным фантазия: случайно купленный лотерейный билет, который принесет джекпот внезапно открывшаяся тайна рождения, превращающая тебя в наследника чеболя; или весть о том, что дальний родственник, о существовании которого ты и не подозревал, оставил тебе баснословное состояние… Каково это, когда заезженный сюжет дорамы вдруг становится твоей реальностью?
Чха Хесоль не был исключением. Проводник D-ранга, измученный синдромом истощения маны, он часто сбегал в мир этих сладких фантазий, когда жизнь становилась особенно невыносимой и серой.
Но кто бы мог подумать, что казавшееся несбыточными мечтами, стало реальностью. Несколько месяцев назад ему сообщили, что его бабушка находится в критическом состоянии. Одно то, что она была жива, уже повергло его в шок, но правда о её личности оказалась ещё более ошеломляющей…
Бабушка возглавляла гильдию «Чхонсоль», которой принадлежал один из немногих в Корее эсперов S-ранга — Квон Хигё. Более того, она назначила внука своим преемником. Именно поэтому Чха Хесоль, на которого внезапно свалилось бремя главы гильдии, теперь работал эксклюзивным проводником Квон Хигё.
Вбежав в комнату, Чха Хесоль застыл на пороге, увидев как Квон Хигё вытирает окровавленные руки. Хесоль следил за боем из тыла и знал, что эта кровь принадлежит не эсперу, но сердце всё равно ухнуло куда-то вниз.
Заметив Хесоля, Квон Хигё, несмотря на изможденный вид и перепачканное пылью лицо, приветливо сощурился, словно ничего не произошло. Глядя на него, сложно было поверить, что этот человек только что в одиночку остановил прорыв подземелья.
Однако Хесоль понимал: спокойствие обманчиво. Воздух в комнате вибрировал от нестабильной маны, исходящей от тела Хигё.
Почувствовав это, Чха Хесоль бросился к нему. Чем ближе он подходил, тем гуще становился тошнотворный запах железа. Охваченный тревогой, Хесоль поспешно протянул руку, намереваясь немедленно приступить к направлению. Но его пальцы лишь наткнулись на пустоту: Квон Хигё резко отступил, уходя от прикосновения.
— Я еще не смыл всю грязь... и не принял нейтрализатор… Кха! Если начать направление сейчас, главе гильдии будет тяжело. Вы можете пострадать...
Заметив, как Чха Хесоль удивленно вскинул бровь после неудачной попытки коснуться его, Хигё торопливо попытался оправдаться. Но от этих слов, пропитанных чрезмерной, почти болезненной заботой, взгляд Хесоля лишь стал жестче. Он прекрасно знал, что Хигё всегда ставит его безопасность превыше всего и обращается с ним как с хрупкой драгоценностью, но в этот раз такая деликатность была совсем не к месту.
— Разве сейчас время думать об этом? Вы сражались с монстрами и спасали людей, конечно, вы испачкались! Плевать на грязь, идите сюда немедленно! — вспылил Хесоль, повышая голос, и, не дожидаясь ответа, сам схватил эспера за руку.
Одновременно с тревожным возгласом ладонь Хесоля пронзила острая боль.
Морщась, он с силой переплел свои пальцы с пальцами Квон Хигё. Стоило их рукам соединиться в замок, как ледяной холод — бушующая мана эспера — яростно вгрызся в кожу.
Чха Хесоль с каменным лицом удерживал руку Хигё, который все еще пытался вырваться. Состояние эспера было хуже, чем он предполагал. Чудо, что он до сих пор не сорвался в неконтролируемый выброс. Стиснув зубы, Хесоль начал осторожно вливать свою ману, пытаясь распутать клубок хаотичной энергии партнера. Посиневшая, словно у мертвеца, кожа на тыльной стороне ладони Хигё начала медленно обретать живой цвет. На бледных щеках проступил слабый румянец, дыхание выровнялось.
Но этого было мало. Мана Квон Хигё не утихала. Взрыв удалось отсрочить, но назвать это полноценным направлением было нельзя.
Хесоль нервничал. Холод, словно тысячи ледяных игл, продолжал колоть его ладонь. Обычно эффект наступал быстрее, но сегодня сопротивление было колоссальным. Впрочем, он знал причину. Квон Хигё перешел черту. Направление первого уровня для него сейчас — что мертвому припарка. Хигё и так жил в режиме хронической нехватки направления.
После создания пары с Хесолем стало лучше, но он все еще не получал достаточного количества энергии. Виной тому были болезнь Чха Хесоля и разница в их рангах. А сейчас, когда он вычерпал себя до дна, простого касания рук было недостаточно
— Хватит. С остальным я справлюсь лекарствами.
Всё же усилия не прошли даром — Квон Хигё, чей цвет лица стал заметно лучше, расцепил руки. Будь его воля, он бы продолжил принимать направление от Чха Хесоля, но если зайти дальше, Хесоль, у которого и так дефицит маны, мог потерять сознание. А главное — Хигё не был уверен, что сможет сдержаться.
То ли дело было в крепнущих с каждым днем чувствах, то ли в физическом состоянии достигнувшем предела, но в последнее время даже мимолетное касание пробуждало в нем неконтролируемое вожделение. Испугавшись самого себя, Квон Хигё поспешно возвел стену между собой и своим проводником.
— Направление не помогает, а вы думаете, лекарства справятся?
Хесоль не собирался отступать. Борясь с истощением маны, он слишком хорошо знал цену такому упрямству, а последние несколько лет он еще и ухаживал за больным дедом, страдавшим от магического загрязнения. Улыбка, которую сейчас через силу выдавливал из себя Хигё, была гримасой мученика, терпящего адскую боль. Это вызвало у Хесоля волну горячего гнева.
На самом деле, способ решить эту проблему был прост. Нужно лишь применить направление более высокого уровня. Всем известно: чем выше степень физической близости, тем сильнее эффект. В отличие от первого уровня, где проводник использует только ту ману, которую может контролировать сам, начиная со второго уровня, через тесный телесный контакт можно передать гораздо больше энергии, чем поддается сознательному контролю.
Проблема заключалась в том, что основным методом направления второго уровня был поцелуй. Хотя они и сблизились с Квон Хигё, и Хесоль даже испытывал странные ощущения, получая от него обратное направление в лечебных целях, отторжение к процедуре через интимные прикосновения никуда не делось. К счастью, Квон Хигё с пониманием относился к страхам Чха Хесоля и, пообещал уважать его границы. И вот к чему привела эта трусость, поддерживаемая добротой.
Охваченный чувством вины, Хесоль закусил губу. Его мрачный взгляд упал на уродливый шрам на левом запястье. Если бы он был прежним собой, тем, кто еще не потерял память и способности, смог бы он полностью исцелить его одним лишь касанием? Если бы он оставался тем гениальным проводником S-ранга и истинной парой Квон Хигё...
Хесоль тряхнул головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. Прошлый он или нынешний — это все еще он. И он должен сделать то, что в его силах.
Хесоль принял решение молниеносно, словно и не колебался всё это время. Стянув маску с лица, он посмотрел на Хигё с решимостью, какой не ощущал никогда прежде.
— ...Переходим ко второму уровню.
От неожиданного предложения рот Квон Хигё приоткрылся. Но он тут же нахмурился.
— Почему? — Хесоль, которому и в кошмаре не могло присиниться, что его отвергнут, опешил.
Квон Хигё объяснил причину отказа. Организм Чха Хесоля, страдающего от истощения маны, был невероятно хрупок. Маны в его теле и так не хватало, и если он упадет в обморок — быть беде. Ради безопасности Хесоля следовало избегать направления выше первого уровня.
— Я остановлюсь, если почувствую, что не справляюсь...
— Да послушайте же, все будет нормально! — голос Хесоля сорвался на крик.
То говорил, что будет уважать его мнение во всем, а теперь, когда ему буквально подносят всё на блюдечке, отказывается? Непонятно. Это упрямство начинало злить. К тому же Хесоль и сам был не промах в плане упрямства. Ему требовалось много времени на принятие решения, но, раз решив, он пёр вперед как бульдозер.
— ...Вы же говорили, что хотите подарить первый поцелуй любимому человеку.
ная характер Чха Хесоля, Квон Хигё предпринял последнюю попытку сопротивления. Чувствуя, как мутнеет в глазах, он отчаянно цеплялся за ускользающий рассудок.
Ледяной вихрь, бушевавший внутри, подступил к горлу, принеся с собой металлический привкус крови. Стоило направлению прерваться, как ненадолго утихшая мана снова взбунтовалась. Скрипнув зубами, Хигё сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони и между пальцев заструилась кровь. Если он не сдержится сейчас, то просто набросится на стоящего перед ним Хесоля и возьмёт всё силой.
Чха Хесоль тихо выдохнул, вспомнив о давно забытом разговоре. Да, в тот день, когда они заключили контракт из-за условий наследства, он действительно говорил такое. Но тогда это казалось лучшим выходом. В отличие от Хигё, у Хесоля не было никаких воспоминаний о прошлом. Естественно, он испытывал неприязнь к мысли о физической близости с совершенно незнакомым мужчиной.
Поэтому он возводил стены и выпускал шипы.Он ведь тогда и подумать не мог, что они станут так близки и этот человек станет ему дорог.
— Разве вы не берегли этот первый поцелуй? Что вы будете делать, если сделаете это со мной, а потом пожалеете...
— ...Я не пожалею, — после секундной заминки твердо ответил Чха Хесоль. И с недовольным видом надул губы.
— К тому же, это не только мой первый поцелуй. У вас, Квон Хигё, он тоже первый.
— Поэтому давайте просто сделаем это.
Воспользовавшись замешательством Квон Хигё, Чха Хесоль перешел в наступление.
— И вообще, сейчас экстренная ситуация. Если вам так неловко, считайте, что это не поцелуй, а искусственное дыхание.
Потеряв терпение, Чха Хесоль обхватил лицо Квон Хигё ладонями и прижался к его губам.
Легкое, почти невесомое прикосновение. От мягкого прикосновения и нежного тепла плечи Хигё окаменели. Судорожно вдохнув, он уставился на Хесоля с немым неверием.
— Спасибо, что бережете меня, но... не стоит ломаться в такой момент, — буркнул Чха Хесоль, отстранившись.
Он оперся коленом на диван и обвил руками шею Квон Хигё. Склонив голову и прижавшись лбом к его лбу, он заглянул в его темные, словно ночное бушующее море, глаза.
— Приказываю как глава гильдии, — четко произнес он, глядя прямо в бездну чужих зрачков. — Перестаньте сопротивляться и послушно примите направление, эспер Квон Хигё.
Всем своим видом показывая, что больше отказов не потерпит, Чха Хесоль снова прильнул к его губам. Побелевшие, потрескавшиеся губы эспера были шершавыми на ощупь, в отличие от его собственных. Когда Хесоль настойчиво углубил поцелуй, протолкнув язык внутрь, по телу Квон Хигё прошла крупная дрожь.
Ободренный этой реакцией, Хесоль прикрыл глаза и слегка прикусил ледяную нижнюю губу Хигё, выдыхая горячий воздух в его приоткрытый от неожиданности рот.
Квон Хигё издал сдавленный, хриплый стон. В следующую секунду его руки метнулись вперед, обвивая тонкую талию Хесоля и прижимая его к себе.
Не успев ничего сообразить, Чха Хесоль оказался в крепких объятиях Квон Хигё и коротко вскрикнул. От испуга он распахнул глаза и встретился с прозрачным, как стекло, но черным, как бездна, взглядом.
— Вы... вы действительно уверены?
В тот миг, когда их взгляды скрестились в воздухе, Квон Хигё задал вопрос низким, срывающимся голосом, словно давая последний шанс отступить.Ниточка его самоконтроля натянулась до предела и вот-вот готова была лопнуть
«Надо же, как ты этого хочешь», — пронеслось в голове у Хесоля.
Увидев в этой тьме затаенное желание, он почувствовал странное торжество. Волнующая дрожь, похожая на электрический разряд, пробежала по позвоночнику.
Охваченный этим странным удовлетворением, вместо ответа он снова накрыл губы эспера своими. Это было разрешение. Капитуляция. В то же мгновение мана, вырвавшаяся из тела Хигё подобно яростному вихрю, окутала их обоих. Хесоль покорно и мягко принял прохладную плоть, жадно вторгшуюся в его рот.