Я унаследовал гильдию, а в придачу получил эспера S-класса. 2 глава
«Для человека, который вечно страдает от недостатка маны, направление у него просто фантастическое...»
Ли Ёнчхоль оглядел Чха Хесоля с ног до головы, словно диковинного зверя. За двадцать лет работы эспером-фрилансером он повидал немало проводников и прекрасно понимал, насколько велик талант этого парня. И дело было не только в безупречном контроле маны.
Главным достоинством Чха Хесоля как проводника была его универсальность: он мог работать с любым эспером. В этом смысле его способности тянули не на скромный D-ранг, а на полноценный S. Учитывая, что при низкой совместимости или конфликте стихий наладить связь почти невозможно, его дар был поистине уникальным.
В отличие от проводников из гильдий и ассоциаций, сотрудники частных центров имеют дело с нескончаемым потоком случайных посетителей. В таких условиях ценность Чха Хесоля, не зависящего от показателей совместимости, взлетала до небес.
К тому же, ходили слухи, что его навыки ничуть не уступают проводникам ранга А или В. Неудивительно, что к нему выстраивались очереди: каждый хотел получить максимальный эффект за небольшие деньги.
Проблема заключалась в том, что Хесоль был проводником D-ранга с малым запасом маны, а из-за хронической болезни он мог проводить не более пяти сеансов в день. Поэтому записаться к нему было сложнее, чем достать звезду с неба.
Бешеный спрос взвинтил цены: сейчас Чха Хесоль был самым дорогим специалистом в центре. Несмотря на то что он брал плату, сопоставимую с тарифами C-ранга, будучи D-рангом, поток желающих не иссякал. Если бы не давнее знакомство, даже Ли Ёнчхолю вряд ли удалось бы попасть к нему сегодня.
— Я просто умею добиваться максимальной эффективности при минимальных затратах маны.
— В любом случае, приходите на направление хотя бы раз в неделю. Честно говоря, в вашем нынешнем состоянии даже ежедневных сеансов было бы мало, — строго предупредил Чха Хесоль, натягивая маску повыше.
Эсперы, состоящие в гильдиях или ассоциациях, получали регулярный уход не только во время миссий, но и в повседневной жизни. У фрилансеров же всё было иначе.
Вечно стесненные в средствах, они глушили побочные эффекты нейтрализаторами и успокоительными, а к проводникам ползли лишь тогда, когда организм начинал отказывать.
По этой причине у «свободных» эсперов показатели физического износа и магического загрязнения были выше, чем у их коллег из гильдий. Словно у спортсмена, который вместо лечения продолжает бегать, игнорируя лечение и реабилитацию, позволяя старым травмам разрушать тело.
— Принимайте нейтрализаторы и успокоительные хотя бы утром и вечером. И не дешевку какую-нибудь, а нормальные препараты.
— Дорогие, но пить надо, если не хотите умереть от магического выброса.
— Потому что ваша ситуация действительно серьезная. Вы ходячая бомба замедленного действия, которая может рвануть в любой момент.
— Кхм, ладно. На этой неделе уже вряд ли выберусь, а вот на следующей заскочу.
— Хорошая мысль. Так, посмотрим... Понедельник и вторник уже заняты... Подойдет в это же время на следующей неделе?
Достав ежедневник и сверив расписание, Чха Хесоль накинул длинный пуховик и подхватил рюкзак.
— Да, вы были последним, — ответил Хесоль, закидывая рюкзак на плечо.
Он работал неполный день, приезжая в центр исключительно под запись, поэтому график у него был довольно свободным.
При упоминании деда лицо Хесоля потемнело. Его дед, Чха Мёнго уже второй год боролся с синдромом физического распада. Этот недуг, вызванный критическим магическим загрязнением, считался одной из самых страшных и неизлечимых болезней среди эсперов.
— Надо бы как-нибудь навестить его...
— Не беспокойтесь, вас всё равно не пустят.
— Не в этом дело... После введения нового препарата у него сильно упал иммунитет, поэтому он в стерильном боксе из-за риска инфекции. Пускают только членов семьи. Даже я могу видеть его только в часы посещения.
— А, точно, ты же говорил, что его отобрали для тестирования нового лекарства, которое условно разрешили. А сиделка есть?
— Да, одна знакомая нуна работает у него круглосуточной сиделкой.
— Хм, даже если знакомая, это, наверное, в копеечку влетает.
— Дедушка — ветеран, имеющий государственные заслуги, поэтому все расходы на уход покрываюся из бюджета...
— Твой дед — заслуженный ветеран? Серьезно?
Ли Ёнчхоль заинтересовался, узнав новый факт о Чха Мёнго. Они общались уже почти семь лет, стали друг другу как братья, но, как оказалось, прошлое семьи Чха оставалось для него загадкой.
— Да, говорят, в молодости он был военным. Оказывается, если эспер 1-го или 2-го поколения прослужил в армии более 15 лет и заболел магическим загрязнением, это считается профессиональным заболеванием. Министерство по делам ветеранов полностью берет лечение на себя. Именно поэтому его включили в тестовую группу.
— Я переживал из-за высокой конкуренции, но когда его выбрали, словно гора с плеч свалилась. Если бы не господдержка, нам, наверное, пришлось бы продать дом.
— Это хорошо. Теперь главное, чтобы он поправился.
— Это точно. Ну, увидимся на следующей неделе.
Воспоминания о том дне, когда дед упал в обморок, до сих пор вызывали у него головокружение. Собственно, именно ради оплаты неподъемных счетов и расходов на жизнь он и начал подрабатывать проводником.
Попрощавшись с сотрудниками центра, Хесоль глянул на время в телефоне и поспешил на остановку. Ему нужно было сесть на ближайший автобус, чтобы успеть к началу приемных часов.
— Эспер Квон Хигё! Скажите пару слов о сегодняшнем инциденте...
— Что вы думаете об ошибке в измерении уровня разлома?
— Есть мнение, что реакция военных на месте была недостаточно оперативной...
Выйдя из машины, Квон Хигё проигнорировал репортеров, наперебой требующих интервью, и вошел в здание военного госпиталя. При его появлении врачи и медсестры, спешившие по делам, замерли. Пациенты, ожидавшие приема, тоже уставились на него, но никто не решился подойти или заговорить: слишком уж пугающим был его вид и исходящая от него аура. Квон Хигё, не обращая внимания на прикованные к нему взгляды, направился к операционной. Он бывал здесь не раз, так что легко нашел дорогу.
Члены гильдии, столпившиеся у операционного блока, бросились к нему, едва завидев. Некоторые, не сдержавшись, разрыдались.
— Слышал, разлом закрыт. Ты хорошо потрудился.
Ма Сончхиль, подошедший первым, положил руку на плечо Квон Хигё.
— Мне так стыдно перед тобой... Это из-за моей некомпетентности глава гильдии...
— Не извиняйтесь, вице-глава, это не ваша вина, — спокойно прервал его самобичевание Квон Хигё. — Никто не мог предвидеть появление Неизвестного монстра.
Он оглядел собравшихся. Здесь были не только участники рейда, но и те, кто примчался из других регионов, едва узнав о беде.
— А, они отдыхают в палатах. Некоторые пошли на процедуру направления... Кроме главы гильдии, никто серьезно не пострадал, так что скоро поправятся.
— Вице-глава, вы сами не ранены?
— Только царапины, ерунда. Мне уже оказали помощь. А где остальные?
— Скоро будут. Командир Хо сказал, что сам разберется с последствиями, и отправил меня вперед.
Ма Сончхиль мрачно кивнул. В этот момент к ним приблизился рослый парень.
Квон Хигё с жалостью посмотрел на Чи Гюхуна, который звал его дрожащим голосом. Для него это был первый рейд в составе гильдии «Чхонсоль», и катастрофа в первый же день стала для него огромным потрясением.
— Простите, — всхлипнул парень
— Я... я должен был защитить главу гильдии…
— Но... из-за меня... ик... хнык... е-если с главой гильдии что-то случится, я...
Чи Гюхуна трясло, слезы текли ручьем. Перед глазами снова и снова вставала картина: раненная Сим Чхонхи падает, закрывая его собой. Он до сих пор ощущал тепло её крови на своих руках.
— Если бы, ик, она не спасала меня!..
— Не плачь. С главой всё будет хорошо.
Хигё обнял рыдающего парня, тихо успокаивая его. В этот момент двери операционной распахнулись.
Члены гильдии тут же окружили вышедшего хирурга, глядя на него с мольбой.
— Фух, операция прошла успешно.
Лица людей просветлели, но следующие слова доктора вновь повергли их в бездну отчаяния.
— Однако... мы не можем гарантировать, что госпожа Сим Чхонхи придет в сознание.