Когда убивают сказки: ценность недосказанности и самой сказки
В нашей жизни часто не хватает обычной такой простой сказки. Мы пытаемся или её создать сами, но не у всех получается, или погружаемся в неё через чужие образы. Потому до сих пор и популярны такие жанры, как фэнтези, научная фантастика или «попаданство». Последнее часто объединяет два предыдущих либо совмещает «производственный роман» с той самой сказкой.
Люди зачитываются, потому что им нужна сказка, отсутствующая в обычной жизни.
Плохо ли это? Нет. Ничего плохого в сказке нет. Даже если сказка злая. Как у братьев Гримм, например.
Сказки – точнее ранее это были больше басни-побасенки, байки и былины – эта те структуры, которые в своё время решали сразу несколько задач.
Это и обучение детей – Лихо Одноглазое, у-у-у, страшное у болот ходит.
И раскрытие картины окружающего мира – Горыныч сторожит мост между Мирами на реке Смородине.
И формировало понимание добра и зла – Зайка принимает в своей избушке Лису.
А также справедливости и воздаяния – И стали они жить-поживать, да добра наживать.
А ещё они служили хорошим релаксатором и терапевтическим средством.
Сейчас сказки слишком оторваны от реальности прежнего мифологизированного мира. Мы забыли и отринули мифы. Хотя настрогали себе новых. При этом выхолостили сказки до неузнаваемости, так что даже мрачные образы братьев Гримм или Андерсена светлы и «пряничны». В них отсутствует та чернота, которая через страх как раз и обучала. Мы если встречаем Зло в них, то оно уже какое-то бесформенное, оторванное от философии мира, какое-то фантасмагоричное.
Это уже больше какая-то игра. Игра разума.
Но всё же остаётся сказкой-релаксантом.
И даже если «сказка» самая что ни на есть «научная фантастика» из 60-х и 70-х, там всё равно будет огромная доля той самой сказки, просто на «транзисторах» и «ракетных двигателях».
Скайуокер будет прорываться, как истребители 40-х, к Звезде Смерти, чтобы вручную, на глазок бросить Бомбу надеясь, на Магию… простите Силу.
Эллен Рипли будет с мечом и в рыцарском доспехе сражаться с Драконом и бросать его в пропасть… ах да, сражаться на погрузчике с Чужим и выталкивать его в Космос.
Сказки становятся, в значительной степени, какими-то механистическими, больше сосредоточенными на материальном, не духовном мире.
Тем ценнее те, в которых есть что-то нематериальное. Можно сказать, Новогоднее.
Сейчас идёт череда Новогодних празднеств: Новый год завершился, Рождество отметили, но на носу Старый Новый Год, так давайте вспомним самую главную сказку Страны — «Иронию судьбы»
Доставайте чай, убирайте со стола салатики, прячьте вкусняшки — сегодня день разгрузочный, будем чаёвничать и размышлять о душевном, телесное мы набивали все предыдущие дни.
Ироничная сказка
Вы никогда не рассматривали «Иронию судьбы» как сказку? Большинство людей воспринимает её именно как комедию. Где смешно наблюдать, как мужики собираются в бане, а потом один из них оказывается в Ленинграде в чужой квартире. А затем две серии забавных приключений в комнатных декорациях.
«Какая гадость эта ваша заливная рыба»
У каждого, наверное есть самая-самая любимая фраза из этого фильма. Хотя, как мне кажется, эта будет в топе у большинства.
А ведь это именно что сказка, во многом трагичная, где ломаются судьбы людей и вырисовываются новые. Сказка, которая зажгла что-то светлое в душах миллионов людей.
Многие уже разбирали этот фильм по косточкам: и профессиональные психологи, и просто «знатоки душ».
Каждый выставил героям свои оценки.
Многие сходятся на том, что фильм, не смотря на яркую обёртку, совсем не праздничный и скорее даже негативный.
Практически все главные герои имеют те или иные комплексы, все «люди за 30» без семьи, детей. У всех проблемы психологического характера, начиная от инфантильности и сепарации от родителей, на фоне высоких профессиональных навыков.
Возьмите Женю Лукашина. Хирург, который в 30+ живёт с мамой и та держит «мальчика» в ежовых рукавицах, он не любит принимать решения… Очень странный и инфантильный врач, тем более хирург…
Ни сострадания, ни сопереживания, ни жалости. Маньяки чистой воды. Патагонез какой? Правильно, в хирурги подаются только те, кто жаждет крови, расчленёнки и фарша из костей и внутренностей. Ещё в интернатуре таким ампутируют мозг, а все нервные окончания выводят прямо в мозжечок. Хирург как рыцарь без страха и упрёка, как маньяк восьмидесятого уровня. Видит патологию – сразу режет. Ни капли сомнения, ни попытки что-то изменить. Если не видит патологию – всё равно режет. Только с целью посмотреть, а вдруг патология есть, просто её без разреза не видно? Протесты и мольбы таким побоку. Он режет, потому что режет. В крайнем случае, хирург дождётся того, что пациент сам попросит его зарезать. Но это не точно. Ведь анализов для него не существует. Единственный аргумент – его собственное ощущение, которое присутствует всегда – пора резать. Ну ещё внешний вид больного. Но тот только подтверждает изначальную фабулу.
Это, конечно, юмористическое представление о профессии, но инфантильный врач с железкой внутри вашего тела… Сомнительное знакомство.
Да и в целом поведение, мягко говоря, не самое лучшее у Жени. Впрочем, он борется за чувство так как может, не будем тут осуждать авторов. Персонаж однозначно колоритный.
Надя недалеко от него убежала. Так же инфантильная и самовлюблённая особа, которая «ищет» варианты. При этом она любит быть в позиции жертвы и жалеть себя. Мы все себя частенько жалеем, но здесь всё так выпячено, что это словно комплекс. Ей нужно чувствовать себя той самой жертвой.
Ипполит для неё не любовь всей жизни, а удобный «вариант», который она, собственно и ищет. И который, в целом, можно и поменять. Что она делает достаточно легко. Ведь Ипполит «тиран», что мучает её – «жертву»
С Ипполитом её держит и в нём она ценит именно его «статусность». Возможность «пофорсить» перед подругами. И то самое чувство жертвенности, возможности себя пожалеть. Даже Женю она представляет как Ипполита. Хотя можно было представить как угодно. Хоть дальним родственником, хоть коллегой того самого Ипполита.
Честно говоря в этом любовном треугольнике, как по мне, самый адекватный это именно Ипполит. Человек, который построил карьеру, выбился «в люди», нашёл наконец женщину, с которой хочет прожить жизнь и… потерял всё из-за одной пьяной рожи.
Да, он не утончённый романтик и ловелас, а скорее скучный и «правильный» «мужик», хотя ту больше подойдёт опошлённое слово «интеллигент». Он привык быть в рамках, не фонтанировать эмоциями, быть сдержанным. Собственно, он потому и построил карьеру. И потому ценен, «перспективен».
Да, он тоже ведёт себя не слишком адекватно в фильме, но как раз он вызывает у меня наибольшее сопереживание. Наверное, он единственный «взрослый» в толпе «детишек».
И при этом весь фильм, не смотря на неоднозначность и критикуемость образов, зрителями воспринимается… положительно. Ведь это сказка, та сказка о любви с первого взгляда, о возможности изменить свою жизнь одним днём. То чего нам частенько не хватает.
И заканчивается она именно так как и должна заканчиваться сказка:
И я там был, мёд пиво пил, по усам текло, а в рот не попало.
Злая концовка и отсутствие сказки
Но это не полный финал. Любой, кто вдумчиво смотрел фильм, сразу бы сказал, что перспектив у Жени и Нади нет.
Да, на какой-то непродолжительный период они бы сошлись. Возможно даже протянули бы пару-тройку лет. Родили бы ребёнка. Но мама того же Жени просто бы «съела» невестку, да и сам безвольный «спаситель» от «тирана» не смог бы стать опорой для Нади. Той «маленькой» девочки. Тиранить — да, смог бы. Было бы на что поплакаться в уголке. Но вот любви, отношений, перспектив — нет.
Собственно именно на такой почве и выросла «Ирония судьбы – 2».
Она раскрыла ту самую концовку первой «Иронии».
И концовка была бы совсем не сказочной, а вполне суровой, обыденной, которая бы и произошла с большой долей вероятности. Нет, конечно, шанс сохранить семью всегда есть, но не все им пользуются, не всем он нужен. Авторам нового сценария — точно.
И эти герои точно бы разошлись. Я даже не уверен, что дело дошло бы до свадьбы. И не потому, что Женя столько мурыжил Галю, нет. Просто слишком разные люди, слишком зыбкая почва для отношений, слишком… всё.
Так что да, фильм показал наиболее вероятный сценарий. Для Жени и Нади.
Но знаете, что плохо в «Иронии-2» и почему не приняли его зрители? Не потому, что фильм плохо снят. Или там игра актёров была отвратительная. Всё это присутствует, да, но у нас существуют вполне себе принятые зрителями фильмы и с плохой игрой актёров, и с не самой лучшей операторской работой.
Проблема «Иронии-2» в том, что она убила сказку, показав суровую правду жизни и… не смогла создать новую. Новую сказку.
У меня есть любимый писатель, можно сказать, он во многом сформировал моё мировоззрение в подростковом возрасте: Сергей Лукьяненко.
До определённых событий в моей жизни у меня была библиотека, где было полное собрание сочинений фантаста, начиная с серии «Звёздный лабиринт» и более ранних сборников, которые публиковали ещё в начале 90-х: «Атомный сон», «Восьмой цвет радуги» и другие.
Но среди всех этих книг: романов, рассказов и повестей, есть одна которую я читал всего один раз. Это продолжение книги «Геном» – повесть «Калеки».
В «Геноме» автор создал сказку, где генномодифицированный человек, заточенный под один вид деятельности и лишённый возможности любить… начинает испытывать это чувство. И вот на этой классической для сказок ноте:
И стали они жить-поживать, да добра наживать
А потом вышли «Калеки». И убили сказку. И новой создать, взамен убитой, Лукьяненко не смог.
И потому я всегда обходил эту повесть стороной. Потому что мы все не любим, когда наши сказки убивают.
Ведь мы живём с героями этих сказок, сопереживаем им, боремся, взрослеем, превозмогаем и побеждаем. Мы принимаем героев этих сказок, какими бы они ни были.
Тем более, если они живые, а не картонные, похожи на простых людей. На нас. У них наши проблемы, наши трудности, наши беды, печали и радости. Близкие и понятные нам.
И вот тут эту победу, это чувство в нас убивают простым росчерком пера или парой сцен в новом фильме.
И надеются, что мы будем любить точно так же убийцу. Но убийца, кроме убийства, ничего с собой не принёс. Он только разрушил сказку, образ, символ, то тёплое чувство, что было раньше.
О новых сказках
Плохо ли переснимать старые фильмы? Нет, если вы можете воссоздать ту сказку, те образы, пусть в новой трактовке, что были ранее заложены. Например, «Чебурашку» у нас любят ругать, но фильм бил рекорды в прокате. За пять дней было собрано 2 млрд рублей. За тринадцать дней января он обошёл Аватар, конечно же в нашем, российском прокате.
И при этом получил тонны критики.
Но это самодостаточный фильм, который никак не разрушил сказку нашего детства, мультфильма про Гену и Чебурашку.
Можно снять «римейк» в новых реалиях, что в том же Голливуде практикуют десятилетиями. И у них получается. Мы, как не погружённые в культурный контекст, во многом знаем именно римейки, а не «оригиналы». Например, «Одиннадцать друзей Оушена» это римейк фильма 1960 года. Да, не только у нас любят переснимать «старое». И не только у нас «бухтят» на пересъёмки. Но если получилось удачно — это бомба.
Точно так же там снимают и продолжения к фильмам. И тоже не всегда удачно. Например снятое спустя 12 лет продолжение культовой «Маски» провалилось. Фильм собрал меньше, чем ушло только на его производство, без продвижения.
Если вернутся к нам, к нашей сказке, то тут стоит понять, в первую очередь режиссёрам и продюсерам, что если вы снимаете продолжение к сказке – «Ирония судьбы» именно сказка – то вы просто ОБЯЗАНЫ создать новую сказку. Ещё до начала съёмок. Не трагикомичную историю, а именно сказку. Ведь разрушать вы будете именно её.
А лучше вообще не рушить, а развить.
Сказки на то и сказки, что у них всегда должен быть счастливый конец. И начало новой сказки, не должно разрушать конец предыдущей.
Посмотрите на русские народные сказки. Сколько там Кощеев, Горынычей и прочих Лих бегает и побеждается! И ни одна из этих сказок не говорит, что вот в предыдущей Иван Дурак или Иван Царевич в действительности не победил, ведь видите, Кощей-то ого-го, живёхонек!
Это разные, не пересекающиеся вселенные.
У упомянутого мной Лукьяненко есть цикл: «Лабиринт Отражений». Там тоже сказка. Сказка компьютерного мира. Виртуальности.
И в продолжении, второй книге, Сергей рисует именно новую сказку. И третья часть тоже сказка, но уже с другими главными героями. И даже с разными концовками.
Мне нравится основная. Со встречей в реальности. Если не знакомы — прочитайте весь цикл. Не пожалеете.
Так что, снять продолжение можно. И я бы даже сказал нужно. Но если снимается сказка, то продолжение должно быть той самой сказкой.
А как вы думаете, стоит ли снимать продолжения или просто переснимать культовые фильмы прошлого?
Что это: плевок в него, попытка выехать на любви к прежнему творению, неспособность к самовыражению, наоборот — дань уважения или что-то другое?
А пока вы думаете, я пойду поставлю ещё чайничек. И перепрячу вкусняшки.
О высоком думайте, о высоком. И худеть, худеть