"Король в жёлтом" Роберт Уильям Чемберс. Рецензия

Если мы соединим на временном отрезке все плоды чужого творчества, с которыми мы ознакомились, то получим некоторую историю формирования и постоянной эволюции. Эволюцию вкуса, безусловно, а ещё эволюцию мировоззрения и психического портрета. Это нисколько не открытие, но давайте разовьём идею. Если взять все употреблённые труды и поменять их местами на временном промежутке нашей жизни, то эволюция тоже будет другой. Человек будет другим. Этот мысленный эксперимент держится на плаву благодаря идее того, что искусство имеет ту же силу над формированием личности, что и реальные события, и материальные проблемы.

"Король в жёлтом" стал для меня некоторым информационным узлом в этом формировании. Он заглянул в голову, к Древнему ужасу, Лавкрафта и преемников, побывал в "Настоящем детективе", отправил копию своей работы на далёкую планету в "Signalis", и так далее и так далее. И это только прямые отсылки, открытые оммажи, продукт почтительного вдохновения. А ещё есть непрямые отсылки и, разумеется, развитие жанра в лице других произведениях, вдохновлённых формой и/или содержанием этого сборника рассказов.

Теперь идём от обратного: Сам Король в жёлтом отсылается и на французских романистов, и на "Рубаи" Омара Хаяма, и на Амброза Бирса и, конечно на Эдгара Алана По. Вплетает их и всех прочих в свою творческую затею и эти вплетения ощущаются особенно чутко потому, что медийное пространство, которое я отчасти сам себе сформировал, мне близко и вызывало отклик.
Но об этом поговорим чуть позже, просто запомните это рассуждение.

На первый взгляд: Роберт Уильям Чемберс начал писать рассказы про ужас, выбравшись в авангард ужаса фантастического и психологического, при этом оставаясь по колено в нише комфортной готики. А потом автор решил, что романтика с мистическими элементами у него получается лучше, и он просто свернул в противоположную сторону. В истории про любовь с хорошим концом.

Это, разумеется, не так. Король в жёлтом — цельное произведение с цельной творческой задачей, которое не могло бы её осуществить без этого перехода. Заметьте, — именно перехода, а сдвига, как может показаться.

Думаю, тут требуются пояснения:
Чем вообще является книга "Король в жёлтом"?
Это сборник рассказов в жанре ужасов, центральной темой которого является Пьеса "Король в жёлтом", существующая внутри историй. Тот, кто прочитал эту пьесу — сходит с ума. А ещё это сборник рассказов про любовь, причём всегда романтическую. И даже больше, про влюблённость. Любовь противопоставляется ужасу и, либо является его жертвой, либо замещает ужас собой. В первых историях ужас превращает любовь в трагическую или извращает её, в последних рассказах ужас практически отсутствует и любовь занимает центральное значение.

В чём выражается плавность перехода? Почему любовь имеет значение даже в первых рассказах, а ужас имеет значение в последующих?

Самый очевидный пример перетекания — сам сеттинг. Истории проходят в одном сеттинге, пусть и происходят нелинейно во временном промежутке. Непрозрачно на это намекают упоминания персонажей и мест одних рассказов в других, ну и, конечно рассказ "Рай пророков", который отсылается на все прочие рассказы, причём отсылающийся к ещё непрочитанным, подчёркивая нелинейность общего повествования. Сама нелинейность выражена менее заметно, через упоминания исторических событий, которые позволяют сделать вывод о хронологии.

Сеттингом всё не ограничивается. Любовь присутствует во всех рассказах, кроме одного, она всегда есть, просто меняется акцент на неё. То же можно сказать и про другие элементы, вроде категории действующих лиц. Практически всегда это деятели искусства, художники. Если поздние рассказы касаются исключительно студентов Школы Изящных искусств, то художники в целом присутствуют и ранее, а тематика искусства затрагивается абсолютно везде. Ужас же, со своей стороны, в более широком смысле, постепенно затухает, но из-за построения рассказов, не пропадает полностью. Тематика первых работ внушает чувство паранойи, подкрепляемое знанием о том, что сеттинг у рассказов общий. Паранойя не отпускает даже под конец, когда от фактического ужаса ничего не остаётся, и даже тон меняется в сторону иронии.
В этом смысле, сам "Король в жёлтом" это не образ, который пропадает к середине, оставив на прощанье одно имя и толику магии, которая с каждым рассказом тоже утончается, а потом вовсе пропадает. Это идея безумия, психологической нестабильности и, что самое главное, вездесущности. Сам образ и мотивы пьесы исчезают, но антураж и то, что эта пьеса символизирует, преображаются.

Какова творческая задача "Короля в жёлтом"?

Она именно в том, что символизирует пьеса. Это демонстрация нестабильности человека, его ненормальности. Все рассказы уделяют особое внимание эмоциональному состоянию героя, чаще всего герой переживает некий шок, а если и нет, то находится в некотором изменённом состоянии. Сборник проводит параллель между пьесой и влюблённостью и том, как персонажи ощущают себя или мир вокруг "до" и "после" столкновения.

Стоит сказать про важную, очень цепляющую черту первых рассказов, которые и задают параноидальный тон. "Король в жёлтом" подаётся не просто как объект, который изменяет сознание и внушает безумие, но и как нечто вездесущее. Пьеса может лежать на любой полке, не смотря на все запреты, есть люди, действующие в интересах "Жёлтого знака", сами события альтернативной истории, описанной в начале, вторят ненормальностью. Как будто эта таинственная сила уже влияет на мир и это неискоренимо. Именно эта идея заставляет подозревать поздние рассказы в скрытом ужасном подтексте. Именно она подкупила более поздних фантастов. Король в жёлтом растворяется в нарративе к концу так, что его не разглядеть, но по своей сути он всё ещё есть, и, отчасти он есть потому, что автор заставил поверить в это.

Возвращаясь к тому, что для меня "Король в жёлтом" стал информационным узлом — это обретает особую иронию. Потому как книга, которая биографически для меня является информационным узлом в творчестве, написана с идеей информационного узла, который порождает паранойю.

Развитие идеи и её "итог" можно расценивать по-разному. Для меня в некотором роде происходит "разрушение". Напряжение и ужас достигают пика физического присутствия "агента хаоса", а потом ужас и сверхъестественное с каждым рассказом растворяются и наступает процесс исцеления. С каждой хорошей концовкой. Но даже сам процесс исцеления не заканчивается на высшей точке, а доходит до реалистического серого конца. Сборник заканчивается "поражением", но это поражение серое, смиренное и не удушающее своей абсолютностью. Мы подходим к яркой и пугающей мистики и трагизму, потом плавно переходим к позитивизму, а потом нас возвращают с небес на землю, как бы говоря: "всё пройдёт". Само название последнего рассказа "Рубарре" с французского гласит, что нельзя всегда двигаться в одну сторону.

Закончив с разбором дам всё-таки краткую оценку, чтобы хоть как-то оправдать статус рецензии:

Написано хорошо, просто и с очень узнаваемым и понимаемым американским стилем. У рассказов хорошо получается создать напряжение, и при этом, когда фокус смещается на любовные истории, в красоте слога проявляется юмор и чувство такта по отношению к сценам диалоговым и описательным. Первая половина книги напрягает, вторая заставляет улыбнуться. Отличительной чертой слога тут является явная нежная любовь к Франции, из-за чего и происходит не смешение, но скорее подражание. Особенность "Короля в жёлтом" и его идея практически требуют интертекстуальности и даёт хорошую почву для исследования рассказов, чтобы понять полную картину. Иначе говоря: текст располагает к тому, чтобы его перечитывать и раскрывать детальность нарратива и даже сеттинга.

Мне понравилось, хотя я понимаю, что скорее впечатлён тем, как выстроилась культура вокруг меня, позволяя "Королю в жёлтом" обрести даже больший смысл, чем изначально в нём есть.