Пост 16.05.2026
Мир окончательно сошёл с ума после открытия психических заболеваний
ГЛАВА 89
Шэнь Цзюньюнь наблюдал за его душой, составляя общее представление о состоянии Чжан Сюэли.
У него зародилось смутное предчувствие, что в недалеком будущем пробужденных, подобных Чжан Сюэли, станет все больше. Они должны будут противостоять монстрам, все более свирепствующим на Земле. Вот только насколько далеко они смогут зайти — этого он пока не знал.
Как первый пробужденный, Шэнь Цзюньюнь, естественно, заинтересовался Чжан Сюэли и незаметно оставил частицу своего сознания, прикрепив ее к этому молодому человеку. Только когда тому будет угрожать опасность, он сможет через это сознание наблюдать за конкретной ситуацией.
— Если в работе возникнут вопросы, можете обращаться ко мне, — сказал Шэнь Цзюньюнь, сделав паузу и смягчив тон, обращаясь к новичку.
Он не стал упоминать о пробуждении. Человечество само поймет это в скором времени. Ему же достаточно было просто играть роль заботливого старшего коллеги.
Поэтому в глазах окружающих молодой человек лишь с любопытством взглянул на того, кто набрал максимальный балл на тесте, не стал вступать в долгий разговор и вскоре ушел, лишь коротко поприветствовав всех.
Чжан Сюэли развернулся. Сердце его бешено колотилось. Он ошеломленно смотрел вслед удаляющемуся юноше, замечая лишь, как серебряные пряди его волос мягко касаются затылка, а открытая кожа безупречна и бледна, словно нефрит, — в этом была какая-то захватывающая дух красота.
Его внешность была совершенна, почти нереальна.
Но еще больше, чем внешность, его потрясло неуловимое ощущение давления, исходящее от юноши.
Возможно, из-за того, что Чжан Сюэли пробудился, он мог чувствовать скрытую в Шэнь Цзюньюне невыразимую сущность. Даже будучи намеренно сокрытой, она оставалась огромной, ужасающей, невероятной.
Тот хозяин древнего храма сейчас незаметно затаился и, ничем не выделяясь, прошел мимо.
Огава Хикару, стоявший рядом, был удивлен. Он никак не ожидал, что Шэнь Цзюньюнь обратит внимание на Чжан Сюэли. Неужели в этом парне и впрямь есть что-то необычное?
Однако, когда его взгляд упал на Мару, недоумение его лишь усилилось.
Выражение лица легендарного исследователя не выдавало ни капли удивления, в нем не было ничего необычного.
Услышав это, Чжан Сюэли нехотя отвел взгляд. Внешне он казался уже спокойным, но внутри его по-прежнему переполняло волнение.
Он не ошибся: стать исследователем было правильным решением!
Всего лишь первый день, а он уже увидел Его — того самого таинственного «профессора Шэня»...
Когда Шэнь Цзюньюнь уходил, было еще светло. Инопланетные расы уже были уничтожены, остались лишь их причудливые постройки, и Чжан Цзэ занимался их ликвидацией. «Полубога» он отправил в космос. Дом опустел, и вдруг выдалось свободное время.
Возвращать свое сознание в основное тело ему не очень хотелось, потому что оставаться наедине с Первоисточником было опасно. ОН словно не знал усталости и то и дело принуждал его к слиянию душ.
При одной мысли об этом выражение лица Шэнь Цзюньюня становилось мрачным и нечитаемым. Он непроизвольно сжимал пальцы, пытаясь скрыть следы, оставленные Тем в его душе.
...Раньше, в пространстве снов, ОН еще притворялся надежным наставником, готовым ответить на любой вопрос. А теперь, когда он заманил его основное тело в космос, его отношение резко переменилось.
Словно поняв, что юноша уже разгадал его истинную сущность, ОН вел себя все более властно. Без объяснений заточив его тело в храме, окруженном лишь далекими галактиками и пустотой, ОН заставил Шэнь Цзюньюня, желающего лишь одного — отступить, ухватиться за единственную соломинку в этом безжизненном мире и укрыться под ЕГО покровительством.
Шэнь Цзюньюнь нахмурился, пытаясь угадать, что у того на уме.
Собственно говоря, даже это воплощение сознания, которое сейчас бродило по Земле, находилось под неусыпным ЕГО наблюдением.
ОН был слишком одержим контролем. ОН позволял сознанию юноши вернуться на Землю, чтобы развеяться, но не отпускал его основное тело.
ОН жаждал, чтобы в процессе слияния они стали единым целым.
Честно говоря, Шэнь Цзюньюнь не испытывал к НЕМУ неприязни. Поначалу он лишь остерегался и был настороже. Но со временем он стал относиться к этому существу, которое появлялось из ниоткуда в его снах, с еще большей опаской.
Ведь если бы ОН захотел что-то сделать с Землей, это было бы слишком просто.
В «Некрономиконе» были смутные и неясные записи: Первоисточник — это начало всего сущего, основа, на которой построена вселенная, источник, породивший все правила мироздания. ОН неописуем и не может быть назван.
Такое существо даже невозможно представить, нельзя на него смотреть.
Поэтому Шэнь Цзюньюнь всегда не знал, как к НЕМУ относиться. Между ними должна была существовать огромная пропасть, и он действительно не представлял, как принять связь их душ.
Неужели Первоисточник действительно добровольно установил связь с существом из столь ничтожной расы?
Лицо Шэнь Цзюньюня омрачилось сомнением.
Погруженный в размышления, он сам не заметил, как добрался до центра города.
После недавнего инцидента в аэропорту Шэнь Цзюньюнь старался не появляться в общественных местах или, выходя, скрывал свою внешность. В конце концов, это было лишь воплощение сознания, с которым можно было делать что угодно.
Вероятно, из-за недавних событий люди все еще пребывали в настроении «нужно наслаждаться жизнью, пока не наступил конец света». Вокруг было много туристов, индустрия развлечений переживала небывалый подъем.
Шэнь Цзюньюнь вместе с потоком людей забрел в какой-то бар.
Здесь царило веселье. Ритмичная музыка, яркий, но приглушенный свет создавали необычайно порочную, манящую атмосферу.
Шэнь Цзюньюнь без особого интереса окинул взглядом окрестности и уже собрался уходить, как вдруг в глубине души возникло странное предчувствие.
— ... — он прищурился и, насторожившись, оглянулся.
Похоже, чем нестабильнее становилось общество, тем легче в нем зарождалось что-то странное.
В глубине зала на большом проекторе, висевшем на стене, транслировалась сегодняшняя пресс-конференция руководства главного управления исследователей.
На экране отчетливо виднелось лицо, хорошо знакомое Шэнь Цзюньюню, — это был один из высокопоставленных политиков, Леннард Кляйн.
— ...Мы приложим все усилия, чтобы защитить развитие Земли, отстоять интересы человечества и ни в коем случае не потерпим тех, кто встал на сторону монстров...
Его казенные слова тонули в гуле неодобрительных возгласов. Кто-то с насмешкой швырнул в проектор ботинком, выкрикивая:
Скандал с тем, как «Одержимый» связал и унизил Леннарда Кляйна, был еще свеж в памяти. Многие простые люди, для которых высмеивание политиков стало привычкой, присоединились к обличителям, не скупясь на критику в адрес руководства.
— Наши налоги уходят этим людям, а они даже за несколькими монстрами уследить не могут!
— А правда, что там монстры?! Пусть придут и сожрут меня! Ха-ха-ха-ха!
Какой-то мужчина средних лет под одобрительный свист толпы забрался на стол, сбросил пиджак. Лицо его раскраснелось от выпитого, он громко расхохотался.
«Развлечения любой ценой» — вот девиз, который царил сейчас во всем мире.
Многие бросили работу, достали сбережения и пустились во все тяжкие, выплескивая накопившиеся напряжение и недовольство.
А в глубине толпы молодой человек с улыбкой смотрел на людской поток.
Он был худым, бледным и выглядел слегка болезненно.
Тем не менее, Шэнь Цзюньюнь отчетливо видел, что он пользовался большим уважением. Все, кто попадался ему на пути, почтительно и с затаенной страстью приветствовали его, словно перед ними был святой.
Шэнь Цзюньюнь почувствовал неладное и решил остаться в углу, чтобы понаблюдать, что же этот тип задумал.
Тот пока не знал, что за ним следят. Внезапно почувствовав холодок, пробежавший по спине, он с подозрением огляделся, но не заметил ничего необычного.
Этот бар принадлежал ему, здесь работало много охранников, вряд ли могли возникнуть проблемы.
Немного успокоившись, он продолжил пробираться сквозь толпу, выбирая себе сегодняшнюю жертву.
— Господин Гу, какими судьбами вы сегодня здесь?
— Господин Гу! Насчет прошлого дела... может, вы еще раз подумаете обо мне?
Кто-то попытался схватить его за руку, но он ловко уклонился.
Перед ним стоял мужчина средних лет в дорогой одежде и с дорогими часами. Он выглядел растерянным и испуганным, в глазах его читались надежда и напряжение.
Господин Гу с сожалением оглядел мужчину и, покачав головой, произнес:
— ...К сожалению, вы не подходите под условия моего Господа.
— Неужели, неужели нельзя сделать исключение?
Мужчина обмяк и рухнул на пол, словно услышал страшную весть.
— Вы же знаете, мой Господь всегда был очень строг в выборе тех, кто удостоится Его дара, — неторопливо произнес он.
В его голосе сквозили высокомерие и безразличие. Он не договорил фразу до конца, но был уверен, что мужчина и так все понял.
Затем, перешагнув через мужчину, он обратил свой взгляд на собравшуюся вокруг толпу. На каждом лице было странное, фанатичное выражение, словно они очень надеялись, что выбор падет именно на них.
— Что ж, пусть будете вы, — сказал господин Гу, поднимая руку и указывая на какую-то девушку в первом ряду.
Девушка, казалось, была ошеломлена неожиданным счастьем. Она не могла поверить, и вскоре ее лицо залила краска, а на губах заиграла радостная улыбка.
— Я увижу того серебряноволосого Божества! Боже мой!
Она не смогла сдержать радостного возгласа. Окружающие провожали ее завистливыми взглядами.
Странный мужчина, которого называли «господин Гу», сделал вид, что хочет ее успокоить:
— Не торопитесь, у других тоже будет шанс.
— Этот Божественный Владыка — спаситель Земли, великий Господь, древний Бог, внушающий ужас монстрам! Сейчас он принял облик профессора Мискатоникского университета и стоит на передовой человечества!
— А я, как Его посланник, буду нести людям благую весть!
Пока он говорил, огромный проекторный экран у него за спиной сменил картинку, и на нем появилась нечеткая, размытая фотография.
Это был снимок Шэнь Цзюньюня, запечатленный во время той самой трансляции со сражением с монстрами.
Толпа внезапно пришла в неистовство, словно вспыхнуло пламя. Люди возбужденно тянули руки, пытаясь коснуться человека на экране.
Господин Гу, ничуть не удивленный такой реакцией, стоял рядом с проектором. На губах его играла легкая улыбка. Он с наслаждением взирал на толпу сверху вниз, упиваясь всеобщим поклонением.
Шэнь Цзюньюнь, ставший свидетелем этой сцены: «???»
Честно говоря, он уже примерно понял, что происходит, еще когда этот господин Гу только начал обхаживать девушку.
Но он никак не ожидал, что его именем прикрываются всякие мошенники.
Словно комок застрял в горле, который невозможно проглотить. Неприятное ощущение.
Шэнь Цзюньюнь почувствовал, что его и без того не самое лучшее настроение стало еще хуже.
Господин Гу, стоявший в толпе, внезапно вздрогнул без всякой причины. По его телу мгновенно распространился ледяной ужас.
Он с тревогой огляделся и наконец заметил в темноте серебристо-белый силуэт.
Его лицо побелело как полотно.