Пост 02.04.2026
Мир окончательно сошёл с ума после открытия психических заболеваний
ГЛАВА 25
Состояние «Симонса» было странным.
Если бы медицинскими методами обследовали тело Симонса, то обнаружили бы, что его внутренние органы стремительно разрушаются. И это был еще результат того, что неведомое существо намеренно сдерживало себя.
Словно в бумажный сосуд налили раскаленную лаву — очень скоро он превратится в пепел изнутри наружу.
Разумеется, сам Симонс об этом уже никогда не узнает. Даже Тиссен, щупальца, вросшие в его спину, потеряли контроль над телом.
Или, скорее, даже если бы он и знал, ему было бы все равно. Возможность принести свою плоть и душу в жертву великому внешнему богу была для него величайшей честью.
Когда Чу Минцзэ подошел к машине, «Симонс» по-прежнему смотрел на стену. Выражение его лица было спокойным, о чем он думал — неизвестно.
Молодой командир следователей невольно прищурился, странное чувство в душе усилилось.
— Этот тип... — пробормотал за спиной товарищ, — характер сильно изменился.
Технический отдел прислал личную информацию Симонса Чу Минцзэ, сопроводив комментарием:
— Действительно, это международный особо опасный преступник, в бегах уже десять лет. Настоящее имя — Джон Симонс. Совершил множество убийств в Северной Америке, затем по рекомендации вступил в организацию «Отмеченные».
— Можно попытаться выудить из него информацию об этих.. хм.. избранниках.
У Чу Минцзэ были такие же планы. Раз Симонс здесь, значит, у этого чудовищного дела о захвате города действительно есть зачинщик. Как и предполагалось раньше, кто-то намеренно вырастил «Лжебога» уровня А, пытаясь достичь каких-то неведомых целей.
— В последние два дня действительно не регистрировалось присутствие монстров высокого ранга в городе, словно они все исчезли...
Вспоминая зону перемещения сигнала с устройства Ван Цзинь, Чу Минцзэ не мог не думать о загадочном сереброволосом юноше...
Когда он, нахмурившись, размышлял, «Симонс», запертый в машине, отвел взгляд и рассеянно скользнул им по следователям.
Чу Минцзэ как раз поднял голову и неожиданно встретился с ним взглядом.
Эти некогда серые глаза теперь были непостижимо темны, сумрачны и глубоки, в них не чувствовалось жизни.
В момент соприкосновения взглядов сознание Чу Минцзэ словно получило мощный удар. Из глубины души поднялся невыразимый, леденящий ужас, проникший до самых глубин!
Его тело неожиданно оцепенело, руки будто приросли к месту, крупные капли пота покатились со лба, в голове взорвался резкий сигнал тревоги.
Душа, запертая в теле, беззвучно кричала и билась.
В критический момент Чу Минцзэ резко закрыл глаза!
Всё перед ним мгновенно погрузилось во тьму.
Тело потеряло чувствительность, силы словно иссякли, он тяжело рухнул на землю, вызвав крики товарищей.
Шум привлек следователей поблизости. Всем стало не до допроса «Симонса», они бросились осматривать Чу Минцзэ.
Шутка ли! Чу Минцзэ не просто командир, он еще и ответственный за временную зону боевых действий. Если с ним что-то случится, это напрямую повлияет на планы контрнаступления.
И в этой суматохе «Симонс» бесшумно освободился от наручников, нисколько не чувствуя действия снотворного, и медленно поднялся.
Его фигура слегка покачнулась — видимо, тело уже не выдерживало, предвещая скорый крах.
Но шаг его был тверд. Не спеша он подошел к стене машины. Когда до нее оставалось полметра, стена из особого материала внезапно подверглась коррозии и разрушению под действием неведомой силы, открыв щель высотой с человека.
Эта неожиданная сцена поразила всех следователей. Они оцепенело смотрели, как высокая фигура «Симонса» выходит наружу, покидая место заточения.
Прошло несколько секунд, прежде чем кто-то опомнился и, вскинув пистолет, выстрелил в спину «Симонса».
Этот тип, сращенный с монстром уровня B, международный особо опасный преступник, нельзя дать ему сбежать!
Но случилось нечто странное. Когда оружие было нацелено на него, «Симонс» даже не пошевелился. В момент, когда пули должны были пронзить его, воздух перед ним внезапно исказился, неведомая волна поглотила пули, и вокруг снова воцарилась тишина.
Все изменились в лице, не веря своим глазам.
Оружие следователей отличалось от обычного: оно было изготовлено из сердец монстров, более прочное и стабильное, наносящее монстрам больший урон. Пули исчезали впервые.
Это поразительное открытие перевернуло их представления, и они осознали: опасность «Симонса» явно не ограничивается уровнем B!
— Доложить в штаб, объявить чрезвычайное положение особого уровня!!
— За ним! Ни в коем случае не дать ему уйти!
«Симонс» в центре суматохи даже не взглянул на паникующую толпу за спиной. Он шел по лагерю следователей, разбитому на окраине города, словно по пустому месту. Миновав коридоры, он подошел к тихому домику.
Здесь регистрировали выживших.
Шэнь Цзюньюнь только что закончил заполнять данные и уже собрался уходить, но вдруг замер, словно что-то почувствовав.
Он обернулся, поднял голову и посмотрел в окно, заметив знакомую фигуру, приближающуюся издалека.
Это привлекло внимание и следователя напротив. Из любопытства он тоже проследил за взглядом, и в тот миг, когда разглядел, кто снаружи, лицо его резко изменилось.
От машины сюда было минут десять ходу. Этот опасный «отмеченный» просто прошел весь путь?
Не обращая внимания на изумление следователя, Шэнь Цзюньюнь почувствовал, что настроение его портится. Светло-янтарные глаза не мигая смотрели на «Симонса», он начал размышлять.
Он мог с уверенностью сказать: сейчас внутри этого тела не Симонс. То знакомое чувство, таящееся в душе, несомненно принадлежало... «Ему».
Шэнь Цзюньюнь толкнул дверь и, сам того не замечая, приблизился к «Симонсу».
— Что ты хочешь? — тихо спросил он. — Я и не знал, что ты можешь выходить из моей головы.
Сознание внутри «Симонса» через его глаза внимательно смотрело на него, не говоря ни слова.
Но в то же время знакомый голос снова зазвучал в ушах.
С этими словами Шэнь Цзюньюнь увидел, как тело «Симонса» на глазах меняется.
Его полуразрушенная плоть не могла больше удерживать «Его» сознание, стремительно разрушалась. Кусок за куском плоть отслаивалась: сначала мышцы, потом сосуды и органы, и наконец кости.
Вместе с ними и сросшиеся со спиной щупальца Тиссена бесшумно растворялись.
Его почти двухметровое тело от начала распада до полного растворения заняло меньше минуты.
Когда «Симонс» окончательно смешался с грязью на земле, внезапно налетел странный ветер, взметнув серебряные волосы Шэнь Цзюньюня. Словно сигнал, он привнес в его янтарные глаза нотку удивления.
Потому что вместе с ветром пришел знакомый, бесплотный голос.
【Ты видел, я не могу сосуществовать с другими существами.】
В порыве ветра неведомая сила легла ему на плечи, невидимая для посторонних, словно рука любовника, не давая Шэнь Цзюньюню вырваться.
«Он» мягко касался плеч юноши, затем медленно скользнул к его щеке. Шэнь Цзюньюню казалось, что кто-то берет его лицо в ладони — странно и интимно.
— И что? — невозмутимо переспросил сереброволосый.
【Это значит, что мы не просто связаны узами повелителя и избранника. Наша духовная связь, которую мы создали, уникальна и прочна, ее можно назвать симбиозом.】
Дыхание Шэнь Цзюньюня перехватило, он тихо закончил недосказанную мысль за «Него».
Он не знал, как возникла эта связь, возможно, это связано с его потерянной памятью.
Глядя на бесформенную лужу у ног, спросил он.
【У меня нет понятия «смерти».】
【Если использовать понимание некоторых рас, я и есть сама смерть и вечность, но они лишь часть меня.】
«Его» прикосновение к щеке медленно исчезло, ветер стих, только голос в ушах еще шептал:
Шэнь Цзюньюнь погрузился в тягостное молчание.
Неподалеку группа вооруженных до зубов следователей окружила их с видом, будто перед лицом врага. Никто не произнес ни слова, только смотрели на него и на бесформенную кровавую жижу на земле с ужасом и подозрением.
— Растворился? Но я не видел, чтобы он что-то делал!
— Это точно не под силу человеку!
После краткой суматохи вперед вышел пожилой следователь, приняв на себя обязанности Чу Минцзэ.
Он пристально посмотрел на Шэнь Цзюньюня, на лице читалась озабоченность.
Шэнь Цзюньюнь понял, что они, вероятно, неправильно поняли, и, разведя руками, попытался оправдаться.
В это, конечно, никто не поверил.
Все ясно видели: «Симонс» словно по зову направился к загадочному сереброволосому юноше и на глазах у всех стремительно растворился. Не сам же он решил покончить с собой?
Сереброволосый юноша, воплощение внешнего бога, не желал, чтобы этот «отмеченный» раскрыл его положение, и потому стер его существование!
Тут же информация, принесенная Чжан Цзэ о том, что юноша — воплощение внешнего бога, резко возросла в достоверности.
В сочетании с показаниями легендарного следователя Мары личность сереброволосого юноши стала еще более загадочной.
Когда все эти свидетельства дошли до штаба, высокое начальство тоже было потрясено и после обсуждения решило: пока не тревожить Шэнь Цзюньюня.
— Сначала спросите, есть ли у Него какие-то требования. Даже если...
— Даже если Он потребует сердце «Лжебога», мы должны по возможности удовлетворить!
Приказ свыше быстро спустили вниз. Когда следователь осторожно спросил об этом Шэнь Цзюньюня, тот, подумав, ответил:
— Мне, наверное, нужна работа.