Пост 04.05.2026
Мир окончательно сошёл с ума после открытия психических заболеваний
ГЛАВА 74
Он чувствовал, как липкий, пристальный взгляд скользит по его телу, словно незримая кисть. Кожа там, где прошёлся этот взгляд, начинала нестерпимо зудеть.
Взгляд «Его» был абсолютно нескрываемым, в нём читалась явная, тёмная задумчивость и изучающий интерес. Любопытство и чувство собственника сливались в нём воедино. На первый взгляд, как и прежде, в нём не было и намёка на похоть, но при более внимательном рассмотрении можно было заметить перемены.
Запястье Шэнь Цзюньюня, которое он поднял, замерло на две секунды, а затем он медленно, с неохотой, застегнул расстёгнутые пуговицы обратно.
Увидев в зеркале, что его белоснежная грудь вот-вот скроется под тканью, юноша немного повеселел — только что он уловил в глубине души, исходящее по связи, мимолётное чувство, принадлежавшее «Ему».
...Выходит, даже у «Источника» бывают эмоциональные колебания?
Но в тот миг, когда Шэнь Цзюньюнь уже застёгивал последнюю пуговицу, его спокойное выражение лица внезапно изменилось. Дыхание перехватило, под серебристо-белыми ресницами глаза от удивления чуть расширились.
В зеркале напротив он увидел, что один его глаз стал цвета червонного золота.
А затем его телом завладело нечто незримое.
Пальцы правой руки, такие изящные и соразмерные, вдруг шевельнулись и, не подчиняясь ему, поднялись и снова легли на воротник, надёжно прикрывающий ключицы.
Юноша нахмурился, предчувствуя неладное.
Следом одежда вновь распахнулась, но на этот раз это было совершенно не по воле Шэнь Цзюньюня. Тот, кто управлял его телом, двигался неспешно и даже немного неуклюже.
Когда пуговицы были расстёгнуты, в зеркале снова мелькнула белоснежная кожа, проём распахнулся шире, чем прежде, открывая взгляду напряжённую талию и чуть заметно вздымающиеся рельефные мышцы живота.
Правая рука, словно любуясь произведением искусства, мягко сомкнулась на длинной, изящной шее юноши, заставляя его поднять голову. Схваченный, как лебедь, он с недовольным видом уставился в зеркало.
Под ладонью чувствовалось, как дрогнул кадык юноши, издав едва слышный звук, похожий на вопрос.
Пальцы двинулись дальше вниз, остановившись на груди. Сердцебиение под ними явно участилось, застучало, как молоточек.
Шэнь Цзюньюнь невольно сжал губы, пряди волос упали на глаза, дыхание стало горячим, в позвоночнике появилась лёгкая онемелость, чувствовался дискомфорт.
Он ощущал и прикосновение своей ладони, и то, как его самого ласкают. Это было крайне странно — словно он сам себя созерцал и ублажал перед зеркалом.
Горячие кончики пальцев скользили по коже, мышцы напрягались, и зеркало послушно отражало всё это.
Шэнь Цзюньюнь хотел отвести взгляд, но голова, управляемая «Им», не повиновалась. Оставалось только, сжав брови, неотрывно смотреть в зеркало.
— Не заставляй меня... смотреть...
Уголки глаз налились лёгким румянцем, оттеняя безупречную кожу. В лице юноши появилось необычное, сдержанное выражение. Приподнятый подбородок обнажал все уязвимые места, и это придавало ему поразительную, ослепительную, невероятную красоту.
«Он» использовал эту руку, чтобы управлять этим молодым, изящным телом. Рука скользнула ещё ниже, расстегнув застёжку на поясе.
Сдержанно, но резко выкрикнул он.
Впрочем, угрозы в его голосе явно не хватало. Да и «Ему», похоже, не казалось это предосудительным. В конце концов, они пережили и более интимное слияние сил. Что такого в том, чтобы просто понаблюдать за земным воплощением серебряноволосого юноши?
К тому же раньше, когда тот мылся, Он тоже тайком подглядывал.
Просто потом Шэнь Цзюньюнь это обнаружил и стал занавешивать шторку.
А в этот раз юноша сам нарвался.
Шэнь Цзюньюню оставалось лишь молча принять всё как есть, вкусив горькие плоды собственной неосмотрительности.
Пальцы проникли глубже, и от этого по коже побежали мурашки. Небывалое доселе ощущение мгновенно заставило его яростно воспротивиться.
Другая рука, обессилев, упала на мраморную столешницу перед зеркалом, вцепившись в холодный камень. Кончики пальцев неконтролируемо дрожали, побелев от напряжения.
Верхняя одежда невесть когда упала на пол. Худощавая спина склонилась над раковиной, плечи напряжены, волоски на коже встали дыбом. На белоснежной коже проступил красивый, лёгкий румянец, напряжённые бока дрожали ещё отчётливее.
Шэнь Цзюньюнь закрыл глаза, на миг не в силах встретиться взглядом с собой в зеркале.
Душа трепетала. Неописуемо острое ощущение терзало это тело. Незнакомое, бурное желание клокотало внутри. Запястья едва удерживали верхнюю часть тела, и он всё ниже склонялся к зеркалу.
Неизвестно, сколько прошло времени.
Взгляд затуманился. В неконтролируемом, прерывистом дыхании Шэнь Цзюньюнь, стиснув зубы, снова овладел частицей контроля.
Резкий, пронзительный грохот разнёсся по ванной. Юноша почти рухнул на колени, удержавшись лишь благодаря рукам, вцепившимся в мраморную столешницу. Одежда кучей лежала на полу, смешавшись с осколками разбитого зеркала.
Даже холодный мрамор нагрелся от его тела. Тонкое, нежное ощущение, казалось, всё ещё оставалось на ладони — призрачное послевкусие.
Прошло немало времени, прежде чем Шэнь Цзюньюнь, наконец, успокоился.
Нестерпимый жар ещё не прошёл. Он медленно поднялся и, ступая по осколкам, подошёл к ванне.
В клубах пара юноша глубоко вздохнул. Лицо у него было, мягко говоря, неважнецкое.
Прошло несколько дней после вторжения в штаб.
Из-за разоблачения монстров обсуждения в сети и в реальности взорвались с новой силой. Во многих странах вспыхнули демонстрации и беспорядки. Штаб под давлением вынужден был давать объяснения.
«...То есть, по их словам, обычные люди, увидев монстров, могут сойти с ума?»
«Некоторые люди вроде живы, но на самом деле давно сошли с ума. Например, я».
«Плевать, я купил билет на кругосветку, уволился с работы. Буду жить сегодняшним днём!»
«Так что, так и не объяснили, кем был тот силуэт в конце?»
Все понимали: правительства и не собираются объяснять, кто такой серебряноволосый юноша. С их точки зрения, он — аватар Внешнего Бога, и это ещё хуже, чем монстры. Раскрывать его личность — значит навлечь ещё больше проблем.
Но даже так, в народе находились те, кто по своей воле пытался выяснить, кто же тот мелькнувший в кадре силуэт.
Люди тянутся к сильному — это естественно.
Тем временем доктор Армитедж, проведя некоторое время в больнице, постепенно поправлялся и уже начал работу над книгами о Внешних Богах и мифах древней Земли.
Оставим это пока. Сейчас люди всё ещё находились в стадии паники перед новым. Ходили разные слухи и догадки. Массовые увольнения, забастовки в школах. Туристический бизнес, правда, процветал.
Однажды утром в небольшом, но суетливом городке молодая девушка с миловидным личиком вышла из автобуса и, следуя за навигатором, добралась до какого-то заброшенного здания.
Подняв голову от входа в подъезд, она увидела, что на двери нужной квартиры красуются полосы опечатывания. Дверь была плотно закрыта, на косяках пыль. Похоже, тут давно никто не жил.
Чжао Сяосяо удивилась, несколько раз сверилась и убедилась, что адрес верный.
Спустя некоторое время мимо торопливо прошла местная жительница. Чжао Сяосяо поспешила к ней:
— Тётушка, не подскажете, что случилось с этой квартирой?
Женщина с продуктовой сумкой окинула её подозрительным взглядом и тихо спросила:
— У меня здесь раньше подруга жила, мы давно не виделись...
Сердце Чжао Сяосяо ёкнуло, она почувствовала что-то неладное в выражении лица женщины и пояснила:
— Мою подругу зовут Чжэнь Чжу... Мы знакомы много лет, учились в начальной школе вместе.
— Скажите, она всё ещё здесь живёт?
При этих словах лицо женщины изменилось. Она огляделась по сторонам и, отведя растерянную девушку в сторонку, странно и настороженно зашептала:
— В этой квартире, про которую ты говоришь, недавно случилась беда. Чжэнь Чжу и её младшая сестра пропали одна за другой. Когда полиция пришла с обыском... ай, побоюсь я тебя, девонька, напугать.
— А? — Чжао Сяосяо сглотнула, по коже уже побежали мурашки. Она торопливо спросила: — Что с ней?
Женщина открыла было рот, не желая особенно распространяться, но под напором девушки сдалась и, понизив голос, сказала:
— Я тебе скажу... У Чжэнь Чжу дома нашли человеческую кожу с лица. Это была кожа её сестры по отцу. А сама она пропала.
Чжао Сяосяо оторопела. Впервые столкнувшись с такой кровавой историей, она застыла с пустым лицом.
— Одни говорят, Чжэнь Чжу убила сестру и сбежала, другие — что обеих сестёр убили... Короче, ты лучше уходи, сейчас неспокойно.
— Ага! Может, это монстр, чёрт его знает, что натворил. Страх-то какой, что за жизнь пошла...
Женщина сказала ещё пару слов и поспешила уйти, видно было, что и ей не хочется задерживаться поблизости.
Чжао Сяосяо стояла как громом поражённая и долго не могла прийти в себя.
С Чжэнь Чжу они дружили с начальной школы и договорились встретиться, когда вырастут. Но тогда они были слишком малы и не обменялись контактами. А теперь, когда у неё появилась возможность вернуться, случилось такое.
«А я ведь хотела сказать тебе, что пойду на психическое тестирование для сыщиков».
Пробормотала Чжао Сяосяо и, совершенно расстроенная, побрела обратно на автобусную остановку.
«Если я успешно пройду тест, то получу высокооплачиваемую работу...»
У неё в семье две сестры, которых отдали в другие семьи, и младший брат. Сама она с детства была нелюбимой, такой же обездоленной, как Чжэнь Чжу.
Потому ещё в начальной школе они договорились вместе сбежать из душной, невыносимой семьи, туда, где их никто не знает.
Даже на эту поездку Чжао Сяосяо потратила деньги, которые скопила, работая и тайком утаивая от семьи. Как бы ни было туманно будущее, вдвоём было бы легче. А теперь, узнав о пропаже Чжэнь Чжу, она снова погрузилась в боль и отчаяние.
Другие боятся монстров, а она больше всего боится, что родные узнают, что она сбежала на заработки. Свяжут, ноги переломают и выдадут замуж, а выкуп пойдёт на свадьбу брату — высосут из неё последние соки.
Подумав, наивная Чжао Сяосяо решила рискнуть и пойти на психическое тестирование. Потому что в случае успеха сыщикам полагается защита и безопасность, и тогда можно не бояться, что родня явится.
В душе поднялся страх. При одной мысли о бешеных, жестоких побоях родителей и высокомерных приказах брата её начинало тошнить.
Чжао Сяосяо села у окна и безучастно уставилась на проносящийся пейзаж.
Незаметно для себя она уснула.
Видно, слишком сильное желание привело к тому, что мысли материализовались во сне. Во сне она увидела высокую, стройную фигуру. Мужчина приветливо улыбался, лицо у него было очень красивое. Необычайно мелодичным голосом он мягко спросил у неё:
— Бедная девочка, ты хочешь пройти психическое тестирование, не так ли?
Чжао Сяосяо вздрогнула и ответила не задумываясь.
— Ты чем-то озабочена? — снова раздался мягкий голос.
Неизвестно почему, но в голосе мужчины была какая-то странная сила, заставившая Чжао Сяосяо потерять всякую настороженность. Закрыв лицо руками, она разрыдалась:
— Я знаю, тест пройти очень трудно. Но у меня нет другого выхода.
— Это единственное, что я придумала, чтобы сбежать от них...