Пост 30.05.2026
С самого бан-пика всё пошло не так
ГЛАВА 101
продолжаем главу от лица Джихана
Я ещё не закончил рассматривать его, а этот ублюдок уже попытался вырвать руку.
Со Джихан сжал его предплечье сильнее.
— Нет, я… Меня это бесит. Ты не понимаешь ситуацию?
Кан Гён У нахмурился. Если бы ему и правда было настолько херово, мог бы просто вырвать руку, но нет — вместо этого послушно позволял себя держать. И это, чёрт возьми, тоже было смешно.
Хотя смотрел он так, будто перед ним полный псих, встретиться взглядом с Со Джиханом всё равно не мог — глаза упрямо блуждали где-то возле его щеки.
— Ха… Джихан-а, зачем ты это делаешь? Перестань играть со мной, пожалуйста. Я с ума сойду.
Перекошенное от смертельного раздражения лицо было на удивление занятным зрелищем.
То есть вот с таким лицом, когда он плачет, выглядит до одури жалким и трагичным, будто за плечами целая драма. А когда злится — лицо человека, который без колебаний закопает другого живьём. А когда смотрит на меня — у него, значит, режим «влюблённый дебил» по умолчанию?
— Ты долго ещё будешь смотреть? Отойди.
— Если тебе так не нравится, оттолкни.
В глазах Гён У читались растерянность и злость.
— Как я могу применить к тебе силу?
— С ума сошёл? Блядь, ты постоянно меня за слабака держишь.
У этого придурка что, пелена перед глазами? Он вообще за кого принимает мужика ростом под метр восемьдесят?
С выражением полного изнеможения Кан Гён У откинулся назад. Джихан, который не отпускал его руку, потянулся за ним.
Вот же хрень. Из-за разницы в телосложении он не мог с ним справиться.
Тогда Со Джихан схватил его за ворот и дёрнул к себе.
— Да стой ты спокойно. Закончу — отпущу. Твоё лицо и так уже по всему интернету разлетелось, дай хоть нормально посмотреть.
Выражение лица менялось буквально каждую секунду, и вместе с ним полностью менялась атмосфера. Даже в зависимости от угла освещения. Вот почему такие становятся актёрами?
Словно окончательно смирившись, Кан Гён У расслабился.
Воспользовавшись этим, Со Джихан принялся заново, во всех деталях изучать его лицо. Ни следа щетины, хорошая кожа, ресницы довольно длинные для мужчины. Глубокие глазницы, в целом очень выразительное лицо. Если бы здесь были ещё и ярко выраженные складки века, это могло бы быть слишком, но внутренние складки делали его взгляд глубоким. Высокая переносица была прямой, кончик носа не вздёрнут — приятно для глаз.
Со Джихан неподвижно замер, разглядывая его, как вдруг уловил какое-то странное изменение и опустил взгляд ниже.
«Чего это он так дышит?.. А, блядь».
Резко отпустив его ворот, Со Джихан отодвинулся и обнял Руче.
«Эй, Руче. Похоже, твой хозяин — грёбаный извращенец».
И ведь даже плакать перестал — хотя, казалось бы, что вообще произошло.
— Поэтому я и говорил, чтобы ты перестал смотреть.
Кан Гён У судорожно взъерошил волосы и, видимо, решив утопить стыд в алкоголе, снова принялся глушить стопку за стопкой.
— Я просто посмотрел на лицо, и из-за этого такой скандал?
— Меня это тоже бесит, так что давай закончим. Думаешь, мне самому это нравится? Я тоже не хочу давать такому психу с ужасным характером новый повод надо мной издеваться. Ещё и этим теперь играться будешь?
Ему за тридцать, а он так себя ведёт?
— За кого ты меня принимаешь? У меня нет желания играть с этим. Сходи лучше в туалет или что.
— Ты хоть понимаешь, что сейчас несёшь?
— А ты, бля, так и будешь в таком виде сидеть?
— Просто оставь как есть, пожалуйста. Ха… я сейчас реально с ума сойду. Просто, блядь, сделай вид, что ничего не заметил.
Совсем спятил? Есть же пределы тому, насколько можно «не замечать».
— Не говори ерунды. Хён, если я сделаю вид, что ничего не заметил, думаешь, ты сам об этом забудешь? Ты же будешь нервничать и стесняться, поэтому я решил сразу всё прояснить, а ты, блядь.
— Характер у тебя, конечно… Сейчас в обморок грохнусь.
Со Джихан раздражённо швырнул в него подушку. Прикрылся бы хоть. Не то чтобы это было уродством, но, бля, какого хера оно такое огромное?
Вдруг он вспомнил, как когда-то спрашивал АкашаДолженБытьВБане, есть ли у него член. А ещё — как ляпнул, что с ростом под метр девяносто без тренировок тот наверняка похож на телеграфный столб. Или как, услышав про диету, он представил мужчину с обвисшим животом и посоветовал худеть заранее, чтобы не заболеть подагрой. В тот момент он разозлился, представив эту ужасную картину. Говорил ещё, что голос у него наверняка мерзкий, поэтому слушать не хочется. И нес какую-то чушь вроде: «Ты чё выпендриваешься, жить надоело? морду набью…»
«И что он думал, когда слушал всё это?» Эта мысль немного зацепила и самого Со Джихана. Все бесчисленные перлы, что он успел наговорить за это время, пронеслись в голове, и его накрыло чувство стыда примерно на 0,5 секунды.
Впрочем, он быстро пришёл в себя.
Кан Гён У, прикрывший бёдра подушкой, бросил на Джихана виноватый взгляд и пододвинул к нему полную рюмку.
Только что психовал, бесился и даже расплакался из-за того, что с ним якобы игрались, — и тут же делает такое? Он реально лох, что ли?
— Ну и? Что теперь делать будешь? — спросил Гён У.
— Ты ведь понял, что я тот самый, с кем ты ругался. Что дальше? Ты ведь не просто так меня выводил.
— Никакой причины. Я хотел посмотреть на реакцию. Слышал про такое слово — дофамин?
— Ха… Я же не об этом спросил. Какой, к чёрту, дофамин… Чёртов извращенец-гедонист. Ты теперь меня игнорить будешь?
Это же пиздец как весело, зачем мне кидать хёна в игнор? Даже если бы он захотел, чтобы я его игнорировал, я бы всё равно к нему приставал.
— Даже после всего, что я тебе наговорил?
— Не понимаю. Ты же злился, потому что я тобой игрался. С чего ты теперь передо мной лебезишь?
— Я даже если злюсь, не могу представить, что перестану с тобой общаться.
— Хён. Если бы я хотел тебя игнорировать, зачем бы я сюда приехал?
Движущей силой для Со Джихана всегда были три вещи: работа, семья и интерес. Кан Гён У не был ни семьёй, ни коллегой. А значит, все эти заморочки с перепиской, покупка водки и шоколада, поиски лакомств для собаки и сама поездка сюда — всё это держалось исключительно на мощнейшем интересе. Хотя всё пошло не по плану, честно говоря, так было даже веселее.
Кан Гён У, изучавший лицо Джихана, с выражением полного недоумения снова провёл руками по лицу.
— У тебя реально помойный характер. Ты просто безнадёжен. Псих? Нет, хуже. Ты хоть сам это знаешь?
— Хён, ты только сейчас понял?
Ты уже давно попался. Проницательности у тебя ноль.
Твоя жизнь, хён, теперь окончательно в жопе.
Вернувшись домой в изрядном подпитии, Со Джихан принял душ и завалился на кровать. Странно, они провели вместе всего несколько часов, а ему уже не хватало этого огромного пушистого комка рядом. Руче, которая всё время терлась мордой о его бедро, просила, чтобы её гладили, была невероятно мила.
После этого было ещё два пропущенных звонка.
Коротко ответив, Со Джихан небрежно отбросил телефон. Закрыв глаза, он начал по порядку прокручивать в голове всё, что произошло дома у Кан Гён У, а потом вытянул на поверхность воспоминания ещё более ранние. Всё из-за слов Гён У о том, что он слишком жестоко играл его чувствами.
Ну… пару-тройку дней он им действительно игрался. И поскольку этого ублюдка было хрен проймёшь, Джихан подсознательно цеплял именно чувства настоящего Кан Гён У.
Наверное, его пропитанный дофамином мозг выдал иррациональное решение.
— Ну, в чём-то я реально виноват.
Зная, что Кан Гён У испытывает к нему чувства, он хотел посмотреть, как тот отреагирует, когда узнает, что он и есть Хан Джихан Джан.
Сам Джихан никогда никого искренне не любил, так что даже если он пытался поставить себя на его место, он всё равно не понимал, из-за чего тут можно было расстроиться аж до слёз.
Но раз уж пострадавший говорит, что ему больно — значит, больно.
Только вот тогда получалось странно: человек, который до последнего упрямо делал вид, будто ничего не знает, лишь бы не растоптать собственную гордость, в итоге всё-таки расплакался от обиды… и при этом всё равно даже не думал прекращать общение?
К моменту, когда Джихан вызвал трезвого водителя и собрался уходить, Кан Гён У был уже в стельку пьян — спасибо тому количеству алкоголя, что он в себя влил.
Со Джихан терпеть не мог, когда кто-то трогает его вещи, поэтому редко пользовался услугами водителя. Идея остаться с ночёвкой была заманчива, но у него была совесть. После всего, что произошло, он не мог остаться, не дав ему времени подумать.
В таком состоянии Гён У должен был отрубиться сразу же, как только за Джиханом закрылась дверь. Да и атмосфера между ними вовсе не была тёплой — весь вечер прошёл в непрерывном противостоянии, от которого воздух искрил.
И всё же он не спал, ждал, написал сообщения и даже звонил, лишь бы убедиться, что Со Джихан нормально добрался домой?
Да насколько же сильно он его любит? И за что? Прошёл всего месяц с небольшим.
Было смешно и то, как Гён У послушно позволял держать себя за ворот, несмотря на весь свой характер. И то, как, наревевшись вдоволь, всё равно раздражённо огрызался и украдкой следил за его реакцией.
Телефон завибрировал, хотя режим «не беспокоить» был включён. Мысли прервали, и Со Джихан раздражённо нахмурился.
Только недавно виделись — чего ещё звонить?
Чего? Это было не «Джихан-а», а что-то вроде «Джихааан». Если он настолько пьян, что у него заплетается язык, пусть спит, зачем он звонит?
— Надо калибровку пройти… Чем быстрее поднимем ранг, тем проще потом будет.
— У тебя там мозги в алкоголе растворились, какая ещё калибровка?
— Не растворились. Ты же знаешь — когда я напиваюсь, я обычно сплю.
— Да у тебя слова в кашу размазываются, «не растворились» у него. Идите спать уже. Бля, ну и бред…
— Тебе интересен Noct7 больше, чем я. Если бы не игра, ты бы со мной не общался. Я буду танком… м?
Он чё, реально с ума сошёл? Что с ним вообще такое?