Пост 24.03.2026
С самого бан-пика всё пошло не так
ГЛАВА 40
Романтика была худшим вариантом.
Заметил ли он его недоверчивый взгляд? Кан Гён У неловко почесал щёку.
Видимо, он подумал, что человек, который выглядит как заядлый любитель романтических фильмов, вряд ли может вызвать доверие, рекомендуя постапокалиптическую научную фантастику.
— Тогда вы сами сказали, Джихан-сси. Что вам не нравится что-то затянутое и сложное с эмоциями, а нравится то, во что легко погрузиться. Это как раз такое.
Доверие по-прежнему не вызывало. Но раз всё равно смотреть было нечего, Джихан решил хотя бы сделать вид. Он кивнул и улыбнулся.
И Со Джихан погрузился в это с головой, потеряв счёт времени. Дорама, которую порекомендовал Кан Гён У, была чертовски интересной. Настолько, что Джихан даже выключил ненужные субтитры, которые только мешали обзору, и сосредоточился.
Это была не какая-то затянутая романтика. Это была жестокая история выживания, этическая ловушка, сотканная из осколков выбора и сожаления, экспериментальная площадка, показывающая, насколько отвратительным может быть человек, когда рушатся устои.
Твою мать. Этот ублюдок совсем чокнулся? Зачем он убил Клару, ублюдок! Отрежьте ему член. Нечего больше делать, как из-за нехватки еды первыми убивать женщин?
Никаких затянутых сцен, персонажи действовали, основываясь не на эмоциях, а на логике, системе и стратегии — они были настолько увлекательными, что сразу захватывали внимание. Когда в конце первой серии, после стремительного развития сюжета, умерла Клара, Джихан искренне разозлился и сжал кулаки.
Хотя на экране появилось сообщение, что следующая серия начнётся через 3 секунды, Джихан не стал их ждать и несколько раз нажал кнопку подтверждения на пульте. Быстро пропустив краткое содержание предыдущей серии, он уставился на экран, надеясь, что этот ублюдок, убивший Клару, поскорее сдохнет.
Но у ублюдка оказалась крепкая жилка. Чтобы монополизировать еду, он вызвался быть часовым и начал воровать из общих ящиков с припасами. И когда этот ублюдок вытащил нож, чтобы убить охранника, который был поставлен из-за него…
Джихан застыл, жилы на шее вздулись. Ему захотелось отрицать реальность. Это был сон? Да, не могло же быть, чтобы он наяву, в чужом доме, смотрел дораму.
Но этот голос тоже не мог быть сном. Такого мягкого, щекочущего уши голоса, как у Кан Гён У, не могло быть два.
Вынырнув из краткого мгновения самовнушения, он лишь сейчас почувствовал, как по спине побежали мурашки.
Он ведь слышал? Даже если не расслышал ругательства, сам тон голоса был другим. Он говорил не настолько тихо, чтобы его нельзя было услышать.
Джихан глубоко вздохнул. В горле пересохло, пальцы слегка дрожали. Нужно было вести себя естественно. Как обычно. Как ни в чём не бывало. Он взял пульт. Перемотав уже закончившуюся сцену на несколько секунд назад, он, стараясь быть спокойным, произнёс:
— Это так интересно. Постановка отличная. …И погружение тоже.
Кан Гён У некоторое время молча переводил взгляд с экрана на Джихана.
— …Да. Хорошо, что вам понравилось.
Блядь. Услышал. Ну как тут не услышать? Пиздец.
В голове лихорадочно крутились мысли. Как это исправить? Он и представить не мог, что настолько увлечется какой-то дорамой.
— Этот Пин… у него такой характер. Есть за что выругаться.
— Да. Похоже, я немного переборщил с погружением.
От напряжения голос сорвался. Джихан, делая вид, что не заметил, поднялся с дивана. Раз он уже снял фартук, значит, всё готово, и он решил использовать это как предлог, чтобы кое-как сгладить ситуацию.
Но Кан Гён У, ничуть не смутившись, улыбнулся, прищурившись.
— Вы так сосредоточились, а я бестактно заговорил. Надеюсь, это ругательство было не в мой адрес?
— Ну и хорошо. Если бы вы мне такое сказали, я бы, наверное, несколько ночей не спал.
Голос Джихана был мягким, но напряжённым. Это была неприятная тема. Парень должен был сделать вид, что ничего не слышал, а не вести себя так невоспитанно. Он не понимал, почему тот так себя ведёт.
— Может, из-за того, что у вас хорошая дикция. Звучало очень реалистично.
В конце концов, Джихан стиснул зубы.
— Кто же не ругается. Это было по-человечески, мне понравилось. Кухня справа.
Он попросил его заткнуться, а этот гад продолжил сыпать комплиментами. Решив сбежать, Джихан направился туда, откуда пришёл Кан Гён У, но, услышав его тихий голос, сменил направление.
На кухне был накрыт богатый стол. Взглянув на него, Джихан даже забыл о неловкости из-за того, что его впервые поймали на нечаянном ругательстве, и с недоумением повернулся.
— Вы всё это сами приготовили?
Это уже не просто увлечение. Можно было бы на продажу выставлять.
На столе были стейк, украшенный чипсами из чеснока и запечённой спаржей, жареная говядина с ростками бобов, араббиата, запечённый авокадо с ментайко, овощное ассорти. Было и корейское, и европейское, но при этом не было ни огурцов, ни моркови, ни баклажанов — тех овощей, которые, как он сказал в «Скажи, что ты имеешь в виду?», не любит.
Джихан некоторое время смотрел на стол, а затем протянул пакет, который принёс.
Кан Гён У удивлённо захлопал глазами.
— Вино. Известный бренд, вы не знаете?
— Это тогда… Нет, не то… Зачем вы это принесли?
— Да? Нет… Вы же пришли из-за моей ошибки, зачем вы…
Для Кан Гён У это было важно, но для Со Джихана ситуация выглядела иначе.
— Я об этой ошибке и не думал.
Если бы его это хоть немного бесило, он бы, несмотря на свой социальный имидж, просто заплатил за выпивку и заблокировал контакт, чтобы больше не связываться. А если бы это его сильно бесило, он бы вообще его уничтожил. Таких он уже похоронил целую кучу. То, что он не заблокировал Кан Гён У, который его раздражал и не был даже из той же сферы, означало, что он не был настолько раздражён, чтобы блокировать.
Поэтому Со Джихан разделял эти вещи.
То, что случилось тогда, осталось в прошлом, а сегодняшнее приглашение — это приглашение, и идти в гости с пустыми руками невежливо.
И, честно говоря, хотя он и понимал, что Кан Гён У чувствует себя виноватым, если бы он знал, что тот собирается сам готовить, он бы не пришёл.
Теперь, наоборот, он чувствовал себя обязанным. Это он, когда Кан Гён У сказал, что не сможет забронировать столик, предложил прийти сегодня, а не завтра или послезавтра, по своей сугубо личной причине — завтра он будет играть.
Коробка весом меньше двух килограммов не могла быть тяжёлой. Если взрослый мужчина не может её поднять — значит, у него проблемы. Кан Гён У, который знал это, изобразил, что ему тяжело, и Джихан, не скрывая растерянности, всё же передал пакет. Но тот так и стоял, тупо глядя на него, поэтому Джихан первым выдвинул стул.
— Да? Ах, да. Конечно. А то остынет.
Поставив вино на стул, Кан Гён У сел напротив.
— Не знаю, придётся ли вам по вкусу. Я не знал, что вы любите, так что готовил наугад.
— Вы же смотрели передачу. Я немного привередлив в овощах, а в остальном — нет.
— В передачах всегда есть преувеличения.
Похоже, он имел опыт работы на телевидении. Кан Гён У, судя по удостоверению, было… тридцать три? Или два? Или четыре? Или один?
— А когда обычно заканчивают карьеру пловцы?
Кан Гён У, который накладывал салат, склонил голову. У него была привычка медленно моргать.
Джихан взял нож и разрезал стейк пополам. Стейк, приготовленный medium rare, как он и просил, даже для Джихана, который не испытывал особого интереса к еде, выглядел аппетитно.
— Обычно в конце двадцати или начале тридцати…
Понятно. Значит, Кан Гён У либо уже ушёл, либо скоро уйдёт.
Когда Джихан был маленьким, плавание было на подъёме. Видимо, оно сохранило свою популярность. Если это был такой популярный вид спорта, его лицо, наверное, часто мелькало в разных передачах, поэтому у него и был опыт работы на телевидении.
Ах. Возможно, ему было неприятно, что он так прямо заговорил об уходе. Надо было спросить, сколько лет он занимается. Он поспешно предположил, что тот уже ушёл, и сболтнул лишнее. Возможно, после инцидента с ругательством его маска стала ослабевать, и он говорил, не задумываясь. Он и сам удивлялся этому.
— Просто вы так хорошо разбираетесь в телевидении, я подумал, сколько лет вы уже в этом деле. Мой вопрос был немного… резким, да?
— Я в этом деле уже 15 лет… Но какое это имеет отношение к уходу из плавания?
— Извините. Я был немного бестактен. Я думал, вы уже ушли и работаете на телевидении.
Джихан остановил руку с ножом.
Ему казалось, что они говорят о разном. Он поднял голову. Кан Гён У смотрел на него, на лице его был написан огромный знак вопроса.
Кан Гён У никогда сам не говорил о своей профессии.
Похоже, Кан Гён У тоже пришёл к похожему выводу. В его чёрных, казалось, не пропускающих свет глазах было то же недоумение.
— Джихан-сси, вы не пользуетесь интернетом…?
Раз речь зашла об интернете, значит, если вбить его в поисковик, его лицо точно появится первым.
пп: пу-пу-пу... интрига)) кто-то догодался?