Пост 07.06.2026
Мир окончательно сошёл с ума после открытия психических заболеваний
ГЛАВА 122
Шэнь Цзюньюнь обратил свой взор на этого видавшего виды исследователя.
Он мог видеть Ло Иншэна, но Ло Иншэн не мог ощутить его.
Закупив предметы первой необходимости в ближайшем городке, Ло Иншэн разбил лагерь у подножия Затерянных гор и периодически отправлял письма.
Ночью у подножия горы было холодно. Он зажёг свет и в палатке записывал свои недавние наблюдения, в том числе странные явления в городке.
— ...У местных жителей странные черты. Я даже подозреваю, что они не чистокровные люди. Это не голословное утверждение — некоторые особенности их внешности это подтверждают.
— Жители городка не одобряют моего намерения идти к «Священной горе», но меня это уже не волнует. За отпущенный мне срок я хочу выполнить последнее желание.
Написав последнюю строку, он погасил аварийный свет, забрался в спальный мешок и заснул в тишине у подножия горы.
Сон был беспокойным. Возможно, из-за близости к горам, пейзажи в снах Ло Иншэна становились всё отчётливее.
В глубине гор, раздвинув тяжёлые ветви, он увидел извилистую лестницу и величественный храм. В свете звёзд от них веяло древней, таинственной силой.
Он был потрясён неописуемыми барельефами на стенах и почти жадно вглядывался в величественный храм, пытаясь определить, когда он был построен.
Трепет, охвативший его душу, невозможно было описать словами. С первого взгляда он понял, что это не творение рук монстров, а реликвия Древних Богов, оставшаяся с незапамятных времён!
Ло Иншэн заставил себя успокоиться. Он не мог определить, какому Древнему Богу принадлежал храм — они исчезли много веков назад и жили лишь в легендах.
Он не отчаялся и приблизился к храму, но сон оставался сном. Словно невидимый барьер отделял его, не позволяя войти внутрь.
Проснувшись, Ло Иншэн умылся и почувствовал необычайный прилив сил. Сердце его билось от волнения.
— Если это действительно Божество, не смогу ли я с Его помощью узнать неизведанные тайны Земли?
Любой другой исследователь на его месте держался бы подальше, не искал бы и не смотрел, избегая скрытой опасности.
Но он отказался от такого пути.
Одевшись, взяв компас и фонарик, он без колебаний вошёл в лес и отправился на поиски храма из своих снов.
Он бродил в горах, много раз проходил мимо храма, но так и не мог его найти. Он несколько раз терялся и чуть не лишился возможности вернуться в лагерь.
Болезнь прогрессировала. Он чувствовал, как гниль проникает в кости. Он понимал, что дни его сочтены.
— Боже, прошу... укажи мне путь, — прошептал Ло Иншэн.
В нём кипело отчаяние. Дыхание было тяжёлым. Он уже не мог покинуть палатку.
В таком отчаянии, когда он снова погрузился в сон, он взмолился Божеству в храме, надеясь на Его благоволение.
В том месте, которое он не мог видеть, серебряноволосый юноша, подперев рукой подбородок, сидел на троне. Серебряные пряди упали на лоб, в глазах мелькнул огонёк.
Воля Ло Иншэна была сильна. Она превратилась в светящуюся точку в море сознания, сделав его последователем.
Когда Ло Иншэн в отчаянии закрыл глаза, ожидая тишины, он снова погрузился в сон. Но на этот раз, глядя на величественный храм, он услышал чей-то голос.
Он не мог описать словами то потрясение.
Затем он увидел, как время на его теле пошло вспять. Дряхлое тело помолодело, словно сухое дерево дало новые ростки. Он понемногу возвращался к молодости!
Но это было временно. Голос сказал ему, что это лишь способ продлить жизнь. Обратный отсчёт не остановится до самой смерти. У него есть всего три года.
— Три года... Хватит! — воскликнул Ло Иншэн, дрожа от волнения.
Поблагодарив великое Божество за благоволение, он проснулся и обнаружил, что его болезнь действительно отступила.
От старости к среднему возрасту, затем к молодости. Время на его теле стремительно шло вспять. Теперь, поднимаясь в горы, он не задыхался, а шёл легко и быстро, полный сил.
Наконец, в детском возрасте, он нашёл каменную лестницу, скрытую в глубине гор. Она вела на вершину — это были следы Древних Богов, оставленные несколько эпох назад, и она была в идеальном состоянии.
Отослав последнее письмо в городок, он ни с кем не попрощался. Ему было всё равно на странные взгляды жителей. Он вернулся в горы и начал подъём. Эта сцена была знакома ему по снам. Он знал, что в конце пути его ждёт величественный храм.
— Время почти вышло, — прошептал Шэнь Цзюньюнь.
Чтобы его «прошлое» сомкнулось, он не мог изменить уже случившееся. Он должен был всё воссоздать.
Чтобы обеспечить своё «рождение», он создал духовное воплощение, стёр его память, оставив чистый лист.
Затем он соединил иное пространство, где хранились сознания Древних Богов, с этим воплощением. Перед ним появился «Шэнь Цзюньюнь» с закрытыми глазами и спокойным лицом.
Воплощение выглядело как подросток лет десяти с небольшим. Назовём его Младший Шэнь. Сознание его было смутным, он помнил лишь язык и ничего не знал о внешнем мире.
Младший Шэнь был в духовной форме. Его тело в то же время находилось в экспериментальной капсуле в какой-то лаборатории и в любой момент могло соединиться с духом.
Всё было готово. Оставалось только ждать, когда эти исследователи совершат свою глупость.
Их так называемый «ритуал» был по сути продвинутой алхимией, позволяющей Внешнему Богу безопасно вселиться в сосуд.
...Ах да, это были потомки тех самых алхимиков, исчезнувших тысячу лет назад.
Вот почему даже исследователи не могли их найти — они построили лабораторию в Антарктиде, в глуши.
— И как тебе только такое в голову пришло? — с неопределённой усмешкой спросил Шэнь Цзюньюнь.
Он не знал, с кем разговаривает.
Обладая властью над временем, для Шэнь Цзюньюня на Земле больше не было секретов.
Сознание Земли хотело спасти себя. Оно тысячу лет назад сплело сеть, сделав выдающихся алхимиков своими последователями, дало им бесконечные ресурсы, чтобы они создали «идеальный сосуд», а затем использовало его в сделке с Первоисточником.
Откуда у обычной планеты взялся такой гениальный план? Вероятно, она вспомнила то, что случилось сотни миллионов лет назад.
Тогда Шэнь Цзюньюнь, явившийся из глубин времени, одним движением изгнал могущественного Внешнего Бога Гхрота, а рядом с ним стояло воплощение Первоисточника. С такой силой и поддержкой можно было не бояться никого во Вселенной.
Это произвело неизгладимое впечатление на юное сознание Земли.
Как говорится, что посеешь, то и пожнёшь. Если бы тогда Гхрот столкнулся с Землёй, Шэнь Цзюньюня в будущем не существовало бы.
— Чудо... Вот оно, чудо!! — прошептал Ло Иншэн, стоя за пределами храма.
Он с трудом держался на ногах. Глаза его затуманились, голос дрожал. Ему было всего несколько лет, он снова был на пороге смерти.
Но он был безмерно счастлив. Он не боялся неописуемых барельефов. Он был потрясён этим величественным древним миром, глядя, как Древние Боги, словно звёзды, окружают храм, охраняя некое невыразимое, могущественное Божество.
Когда Ло Иншэн подошёл к статуе, его сознание угасло. Кусок кожи Древнего Бога, который он носил с собой, упал на землю. Его тело снова изменилось, превратившись в младенца.
Он увидел. Фигура спустилась с трона и явилась перед ним. Её облик невозможно было разглядеть. Душа её была необъятна, окутана бесчисленными слоями времени. Стоило взглянуть на Неё, и тебя охватывал невыразимый трепет.
— Боже... — прошептал он. — Монстры... будущего... Мы... победили?
Он думал, что Ло Иншэн спросит о чём-то, касающемся его самого, — о жизни или знаниях. Но он спросил об этом.
Всего через пять лет появятся пробуждённые. Монстры из охотников превратятся в добычу, в пищу для эволюции пробуждённых.
Услышав ответ, Ло Иншэн наконец успокоился. Он с удовлетворением закрыл глаза и мирно встретил смерть.
Если у него и были какие-то сомнения, то теперь они рассеялись.
Он больше не говорил. Его тело скрутилось в клубок, превратившись в зародыш.
Шэнь Цзюньюнь молча смотрел на это. Он чувствовал радость и благодарность, исходящие от светящихся точек в его море сознания.
— ...Ритуал начинается, — сказал он, подняв голову.
Антарктида. Место, куда не добирались даже экспедиции Мискатоникского университета.
Безлюдная, покрытая горами и снегом, никто не знал, что здесь существует лаборатория.
— Получится? — прошептал кто-то.
【Жизненные показатели в норме. Пульс в норме. Температура в норме. Конечности развиты】
Резкий механический голос разнёсся по пустому пространству. Холодные стены отражали напряжённые лица.
— Друзья! У нас всё получится! — крикнул кто-то, пытаясь поднять боевой дух.
Его длинный рабочий халат отражался на стене, как бледный призрак.
— Будущее человечества, дело всей нашей жизни! — воскликнул он.
Глаза его за толстыми стёклами очков бешено вращались, в них читался фанатизм, одержимость.
В центре всеобщего внимания стояла бледная, высокая экспериментальная капсула.
За толстым стеклом внутри спал подросток. Его лицо было спокойным, кожа — бледной, словно выточенной из яшмы.
Худой, маленький. Бледная грудь едва заметно вздымалась, доказывая, что это не замороженное тело, а живой человек.
Сосуд, пятнадцать лет выращиваемый в лаборатории.
— Наконец... Наши труды не пропали даром! — воскликнул кто-то.
— Мы начинаем новую страницу в истории!
Все зааплодировали, охваченные общим настроением.
В холодной, пустой лаборатории царила непривычная атмосфера радости и воодушевления.
【Обратный отсчёт до «ритуала»】
Шэнь Цзюньюнь, прячась за спинами людей, наблюдал за всем как сторонний зритель.
Проекты, которыми занимались эти исследователи, были запрещены во всём мире — клонирование людей, попытки сшить человека с монстром. Создание сосуда для Внешнего Бога было лишь одним из пунктов обвинения.
Но скоро всё закончится. Колесо судьбы начало вращаться. Стекло капсулы треснуло, не выдержав нагрузки. Под ликующие крики толпы что-то заняло это тело.
«Он» медленно открыл глаза. Сверкающие золотые зрачки были нечеловеческими. Лаборатория была уничтожена в одно мгновение.
Люди умирали, продолжая славить чудо.
«Он» установил связь с этим новым телом, превратив ритуал в прочные узы, выжженные в душе. Неразделимые.
Затем, среди руин, «Он» поднял голову и посмотрел в угол. Казалось, «Он» смотрит сквозь измерения на перенёсшегося во времени Шэнь Цзюньюня.
【Но неважно — сейчас, в будущем или в прошлом】
【Где бы ни властвовало время, я буду с тобой】