Пост 20.06.2026
С самого бан-пика всё пошло не так
ГЛАВА 134
В конце концов Со Джихан сам пошел проталкивать линию. Пока этот ублюдок Надия продолжал переписываться в чате с Кан Гён У, юниты успели спуститься аж к их тыловой башне.
[Команда] Noct7 (Крейса): ㅋㅋ Я сейчас с ума сойду, откуда берутся такие тупые?
[Команда] Марионетка (Свалло): Легендарно. Весь профит испарился, ближник сам толкает линию, пиздец.
[Команда] ЯРыбаФугу (Данте): Надия, блядь, послушай хоть раз! Я же сказал, что прикрою, если что — ульту даже нажму, чтобы спасти. Я же тебя только что так спас! Я успею обеспечить саппорт танка, если ты дашь мне время.
[Команда] Noct7 (Крейса): Я пытался говорить по-хорошему…
[Команда] Noct7 (Крейса): Зачем танк вообще следит за обзором? Не для того ли, чтобы знать, где враги? Если будем двигаться вместе, мы и так всё увидим.
Ах, блядь. Не успели закончить «дрессировку» Надии, а Кусиар уже тут как тут.
Линию полностью не продавили, а Кан Гён У, пытаясь укротить этого зверя, даже нормальную позицию занять не успел.
Вражеский главный танк, которого они недавно срезали, уже воскрес, а до возрождения их дальника оставалось всего 15 секунд. Если бы ситуация на линиях была получше, они бы сразу начали фармить Кусиара, но у них не было стрелка, который мог бы его добить. Но Кусиар стоял в правом верхнем углу вражеской территории, так что ничего не выходило.
Со Джихан как раз только что зачистил линии слева и по центру.
Буфф-монстр появился там, куда вражеская подмога добирается быстрее, а линии, чтобы обеспечить там обзор, нет. Так что, даже получив преимущество, они вынуждены вступать в командный бой за Кусиара.
Более того, они потратили все камни обзора, пока сносили башню, так что даже если ввяжутся в бой, они уже проиграли в битве за обзор. Учитывая, что у врагов осталось несколько камней и у Мириан есть навык открывающий карту, ситуация хреновая.
— Хён, давай уже. Забей на этого ублюдка, иди ставь обзор.
— А что, если у него урона не хватит?
— Даже если он кретин, в командном бою хоть какой-то урон выдаст. Я пригляжу за дальником или вступлю в бой, ты иди вперёд.
[Команда] ЯРыбаФугу (Данте): Надо занять нормальные позиции. Свалло, иди туда.
[Команда] Марионетка (Свалло): Если мы его просто отдадим, игра закончится?
[Команда] ЯРыбаФугу (Данте): Не закончится, но и отдавать нельзя.
Если их команда, которая снесла тыловую башню и сняла больше половины очков одной из вспомогательных башен внутри вражеской базы, возьмет Кусиара — игра закончена. Если же Кусиара возьмут враги, у их команды будет шанс на одну защиту, если только они не вынесут всех.
Позиция неудобная, камней обзора нет, но отдавать Кусиара нельзя, потому что если враги возьмут его и на монеты от сломанных башен полностью закончат прокачку, нельзя будет гарантировать победу в следующем командном бое. Скорее наоборот, вероятность проигрыша высока.
Потому что Мириан раскачалась.
Из-за давления Нокса Мириан таскалась за своим дальником, так что её прокачка явно замедлилась. Даже скорость получения уровней была разной. Но теперь это всё нивелируется. Против полностью «одетой» Мириан их команде нечего противопоставить.
— Они наверняка знают, что у нас нет камней обзора.
— Бьянка ещё успеет прийти, блядь.
Данте поставил свой тотем позже, так что у него перезарядка будет минимум 50 секунд. Саппорт специально берег тотем для командной битвы на Кусиаре, и из-за этого стрелка этот тотем ушел в никуда. Джихана снова накрыла волна ярости.
Единственное, что его сдерживало — если этот ублюдок не будет дамажить, им просто не хватит урона. В такие моменты танк-дамагер-саппорт начинает казаться неплохим вариантом. Если дамагер — долбоеб, ты сам наносишь урон. Если танк — долбоеб, ты надеваешь защиту и становишься танком.
В соло-рейде, где недоверие правит бал, саппорт может оказаться еще тем психом, так что этот вариант вроде как и не вариант, но когда с тобой такой танк, как Noct7, выбор выглядит вполне привлекательно.
Вот почему говорят, что игры — это болезнь.
С кем поведешься, от того и наберешься. Стоит только оказаться в окружении полных психов, как и нормальные люди начинают сходить с ума, а порой доходит до того, что уже не понимаешь, где адекватное решение, а где нет.
Танк-дамагер-саппорт — это изменение меты, которое надо принять? Или это я сам сейчас сошёл с ума и меня тянет в трясину, замаскированную под сладкий соблазн?
Джихан поставил пинги на правой боковой дорожке и на левом проходе. Клавишу Enter у него отобрали, так что он не мог давать точные команды, но это и не важно.
[Команда] Noct7 (Крейса): Свалло, блокируй левый фланг. Я присмотрю за боковой дорожкой, а когда камень обзора откатится, поставлю и пойду в тыл.
[Команда] Марионетка (Свалло): ? а чё это ты за ХанДжа команды раздаёшь?
[Команда] ЯРыбаФугу (Данте): Он что, мут словил? Но его же сразу банят, нет???
Эти долбаные мудилы, они что, сейчас командный бой готовят или хуйнёй страдают?
Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь!
[Команда] Марионетка (Свалло): Не беси его…
Кусиар был огромным каменным роботом. Он давал бафф на урон по башням, сокращение перезарядки, сокращение времени возрождения и увеличение скорости передвижения. У него были и ближние, и средние, и дальние, и АОЕ-атаки, поэтому дамагер не мог убить его в одиночку. Танк обязан собирать на себя его внимание, а ближники и дальники должны вносить урон согласно паттернам атаки.
Поэтому стратегии вроде «отвести его к базе, пока дальник бьёт, танк и саппорт стоят щитом, а ближник заходит в тыл» здесь не работают. К тому же у него довольно высокий запас здоровья, так что быстро слить его тоже нельзя.
Но из-за того, сколько усилий нужно вложить, баффы на урон по башням и откат способностей просто сломаны. Ближник начинает выдавать урон по башням выше, чем дальник, а танк без единого предмета на атаку начинает сносить башни — самое настоящее чудо.
Два самых проблемных противника.
— Ага. Но они где-то рядом. Как только Бьянка подойдет, войдут.
— Наверное, в тумане прячутся.
— Даже если откатится камень обзора, поставить его туда не получится.
Он был прав. Надо было заранее прийти и поставить камень обзора в туманной зоне. Хотя внутри тоже ничего не видно, но, как Джихан уже делал, по звуку можно определить, кто к тебе приближается. Раз враги заняли туман первыми, если лезть туда, они тебя и поймают.
— Блядь, и сколько же мы упустили.
Раз они не могут подойти ближе, они фактически сами дают врагу возможность войти. А из-за отсутствия обзора им остается только ждать, пока вражеский дальник появится, и смотреть на это, как баран на новые ворота.
В поле зрения, направленном на экран ноутбука, внезапно появилась кружка. Кан Гён У протянул ему лимонный чай.
— Там ещё трав немного добавлено, говорят, хорошо помогает от стресса.
Во время игры он пил либо алкоголь, либо банановое молоко. Никогда не стал бы возиться с тем, чтобы растворить заварку в горячей воде и добавить туда лед.
— Попробуй. Если не поможет, придумаем другой способ.
— Я тут исследую кое-что. Можно ли облегчить «болезнь Со Джихана» или нет. Надеюсь, сработает.
— Я тебе что, подопытный кролик?
— Просто интересно. Пей давай.
Со Джихан с недовольным видом взял кружку. Кислый вкус он не особо любил, максимум черный чай, травяные тоже не жаловал, поэтому больших надежд не питал, но сладковатый и холодный напиток оказался довольно приятным.
Кан Гён У наклонил голову, вглядываясь в его лицо.
Уголки губ приподнялись, появилась ямочка на щеке. В оранжевом свете лицо казалось игривым. Высокая переносица, глубокий взгляд, тени ложились на скулы.
Между делом протянутая рука легонько тронула уголок его глаза — и вернулась к клавиатуре. Кан Гён У повернул голову, чтобы посмотреть на карту.
Лимонная кислота, стекая по пищеводу, вызвала в груди незнакомое, щемящее чувство.
Со Джихан непроизвольно провёл рукой по груди и сжал мышку.
Сначала голова повернулась к монитору, а взгляд, который до последнего смотрел на профиль Кан Гён У, медленно последовал за ней.
— Не расслышал. Что ты сказал?
— В следующий раз меда побольше добавлю.
Да пошёл ты, дебил. Ухаживает за мной, следит за моим состоянием — сам же напрашивается на роль раба.
У меня что, рук нет, ног нет? Если захочу пожрать, просто куплю, зачем самому это делать?
В уши ворвался низкий смешок. Кан Гён У, мельком глянувший на карту, развернулся в кресле.
Неожиданно его корпус наклонился ближе. К аромату лимонного чая примешался запах кондиционера для белья.
Чёткая линия челюсти и маленькая родинка за ухом снова оказались в поле зрения.
Раздался щелчок, и выдернутая клавиша Enter встала на место.
— И всё же, постарайся поменьше строчить в чат.
— Если одну игру не выдержал и сразу вставил обратно — нахуя вообще выдёргивал?
— А, я не знал, что лимонный чай сработает так эффективно. Надо было дать его раньше.
Рука Кан Гён У коснулась руки Джихана, лежащей на мышке. Даже под холодным кондиционером кожа была горячей. Предплечья, рельеф которых проступал при каждом движении, на мгновение приковали взгляд.
Кан Гён У развернул шоколадку, снял обертку, положил рядом с мышкой и вернулся на место.
Тот самый шоколад, что мы ели в машине в автокинотеатре.
У вещей есть свойство вызывать воспоминания.
«Это тот самый настоящий жизненный опыт, который ты искал. Как тебе?»
Температура того дня, цветы в клумбе, гамбургеры, темы разговоров, букет, глаза, улыбающиеся при взгляде снизу вверх, напряженное лицо, глупые шутки и их перепалка.
Большой и указательный пальцы щёлкнули прямо перед глазами.
— …Тот шоколад… он же только в машине был?
— Нет, купил. Ты, компьютерно-неграмотный, может, не в курсе, но сейчас если заказать ночью — утром привезут. Целая коробка есть.
Он никогда не видел, чтобы Кан Гён У ел шоколад.
А тот, будто уже достиг цели, смотрел в монитор и нажимал кнопки.
Что за хрень. Куда делось его уставшее лицо? От его профиля, на котором уже бродила лёгкая улыбка, было невозможно оторваться.
Он впустил его к себе домой по личным причинам, без всякого контекста принял его бешеные выходки — и с чего это вдруг у него самого настроение поднялось?
Послевкусие лимонного чая не было сладким. Почему-то терпкий привкус вызвал жажду.
Со Джихан снова взял кружку и сделал большой глоток. Только когда холод, кислота и сладость прошли по языку, он снова смог посмотреть на экран.
— Скажи Данте, чтобы глянул там.
— Я же только что вернул тебе «Enter».
— Ты сам сказал — постарайся поменьше строчить.
— С каких это пор ты начал меня слушать?..