Огонь души 28 глава
Ли Джуёль вернулся на скамейку ожидания, как его имя прозвучало из динамиков. Мать, измученная ожиданием, торопливо повела его в кабинет рентгена. Джуёль, сидя перед кабинетом врача, нервничал. Вскоре после рентгена лица и грудной клетки мать и сына немедленно вызвали к врачу. Точный диагноз должен был быть поставлен по результатам обследования.
В больнице было много людей, поэтому Месани, по просьбе Чонджу, ожидал в машине на парковке. Пока он ждал, он достал телефон из кармана. "Когда же вы приедете, все ждут сонбэ-нима..." Чонджу вздохнул, просмотрел сообщения от менеджера и агентства, и вскочил.
"Джуёль, мадам."
Дверь кабинета врача открылась, и появились мать и сын. Чонджу быстро направился к ним. Несмотря на актерскую карьеру, беспокойство на его лице было заметно невооруженным глазом.
"Когда назначена операция?"
"..."
"..."
Ли Джуёль уклонился от осторожного вопроса Чонджу. Чонджу, заметив реакцию Джуёля и растерянность матери, которая неохотно отвечала, медленно склонил голову. На лице, скрытом под маской, появилась едва заметная улыбка, как распускающийся цветок. Голос Чонджу, звучавший тяжело и грустно, не соответствовал этой улыбке.
"До дня операции, на всякий случай... Джуёлю лучше оставаться в больнице. Как я уже говорил, я оплачу все расходы..."
"В этом нет необходимости."
Мать Ли Джуёля ответила спокойно, в отличие от своего поведения ранее. В голове она переживала о случившемся недавно.
"Хм? Странно. Лицо и грудь в порядке?"
Врач, смотрящий на рентгеновский снимок, опешил. Он снял и надел очки. Мать и сын, в глубине души уверенные в переломе, раскрыли глаза в удивлении, увидев нежданный результат.
"Так странно? Я уверен, что его нос был перекошен еще недавно?"
Врач неверяще переводил взгляд с экрана на Ли Джуёля. Затем он пододвинул стул и протянул руку к Джуёлю, сидящему напротив. Внезапно опухоль исчезла. Врач нажал на сторону груди и спросил: "Болит? Как чувствуешь?" Ли Джуёль покачал головой, сбитый с толку. Еще недавно его болело все тело, но сейчас, что бы ни делал врач, он не чувствовал никакой боли.
"Хм, хм, видимо, я был полусонным раньше. Никогда ничего подобного не видел..."
Добавил доктор с ноткой недоверия.
“Кроме как небольшие синяки и ссадины… никаких проблем больше нету”
Мать Джуёля встретила диагноза доктора недовольным выражением лица.
“...На снимках в носу и рёбрах нет никаких трещин, так что вы можете быть спокойны.”
Услышав эти слова Чоджу раскрыл глаза от шока, а точнее притворился, что делает это.
“А? Что вы говорите? До этого доктор говорил, что точно есть перелом.”
"Вот о чем я и говорю, он же шарлатан чистой воды! То он говорит, что у меня сломан нос, то он говорит, что все в порядке..."
Мать вздохнула с раздражением. До этого момента она вымещала свою ярость на Чонджу, а теперь она переключилась на врача.
Чонджу понял. Мать и сын краснели от стыда. Они пытались делать вид, что все в порядке, но положение было крайне неловким. Им повезло, что он не получил серьезных травм, но они не хотели извиняться.
Однако, поскольку было установлено, что Джэгём и Ли Джуёль получили только незначительные синяки, Чонджу больше не намеревался терпеть их поведение. Чонджу улыбнулся и кивнул головой.
"Я так рад. Я очень переживал, что Джуёль может получить серьезные травмы."
"Я- Я пришел сюда, потому что это центральная больница, но врач..."
"Врачи тоже люди, они могут ошибаться. Дети естественным образом растут, дерутся. Джэгём и Джуёль должны принять сегодняшний день как урок и надеяться, что это больше не повторится".
Закончив свою речь, Чонджу посмотрел на Ли Джуёля. Когда их взгляды встретились, Ли Джуёль озабоченно отвел взгляд. Он казался неловким, но старался контролировать выражение своего лица.
"Ну, если есть лучший врач в мире... Перед ним даже самые лучшие врачи были бы считаться шарлатанами. Это естественно."
(это он говорит о Месани)
"... К- какой врач?"
"Ха-ха, ничего. Джуёль."
Чонджу достал кошелек из заднего кармана. Затем он достал четыре купюры по 50 000 вон, аккуратно сложил их пополам и протянул Ли Джуёлю.
"Это покроет расходы на лечение, да? Это же небольшие синяки."
В то время как озабоченная мать и сын оставались неподвижными, Чонджу, смотрящий на Ли Джуёля с купюрой в руке, вспомнил что-то и сказал: "А, точно," и попытался разрядить атмосферу.
"Если задуматься, Джуёль кажется хорошо умеет притворяться. Разве не так? Ты выглядел так, будто у тебя сильная боль от простого синяка. Ты обманул всех. Похоже, у тебя есть некоторый талант к актерскому искусству... Если ты задумаешься о карьере актера в будущем, пожалуйста, свяжись со мной."
"... Ч- что?"
"Если хочешь, я могу устроить тебе прослушивание. Ну, это моё личное мнение. Думаю, Джуёль отлично бы подошёл для роли гангстера или хулигана. Ты хорошо притворяешься, что тебе больно, когда это не так... Ты был бы идеален для роли "подставного" бойца. У тебя характер задиристый и смелый."
Двое недоуменно смотрели на Чонджу. Чонджу ещё раз сложил купюру, которую держал в руке, и положил её в карман школьной куртки Ли Джуёля.
"А, не думай об этом плохо. Это комплимент. Комплимент. Просто говорю... как человек из этой сферы."
Чонджу очаровательно улыбнулся и опустил маску, скрывавшую нижнюю часть лица, до подбородка, снимая шляпу. Тогда их взгляды расширились, словно вот-вот вылезут из орбит. Судя по выражению лица, они ещё не видели его раньше.
"Тогда я попрощаюсь."
Чонджу легко поклонился и снова надел шляпу.
Он сразу повернулся к ним спиной и быстрым шагом направился к фойе больницы. Знаменитости самые интересные люди в мире. Как злые духи. Из-под маски донесся приятный визг лисы. Его лёгкие, прыгающие шаги казались такими лёгкими, словно он танцует степ.*
Чонджу, с восторгом выбежавший на парковку, порхал как бабочка к месту, где стоял фургон. Когда он вошел в больницу, Месани, боявшийся людей, заскулил от страха. Однако, как его успокаивал Чонджу, "Это для твоего господина", Месани закрыл рот и кивнул.
Действительно, он был очень хорош.
Чонджу заранее приказал оставить наружные раны мальчика нетронутыми, но вылечить все внутренние раны. Было бы проще использовать свою силу, чтобы излечить его, но им нужно было быть осторожными, чтобы их не заметили. После некоторых раздумий Месани попросил у Чонджу чашку. Когда он вручил бумажную чашку, которую обычно кладут в машину, Месани взял чашку и на некоторое время ушёл в медитацию.
'Пуеееек'.
Месани открыл глаза и вырвал в бумажную чашку.
'...'
Чонджу был так удивлен неожиданным зрелищем, что у него из головы вылезли два лисьих уха. Ему потребовалось некоторое время, чтобы засунуть их назад.
'Хорошо, что я выпил много росы этим утром. Хе-хе. Это очищенная вода, сделанная из росы, которая накопилась в моем теле. Даже если я не использую силу, если он выпьет это, его раны заживут, словно их промыли'.
Действительно, все было так, как сказано. Ли Джуёль, видимо, встретился с Месани, когда он был один. Если бы была небольшая задержка во времени, начался бы первоначальный результат.
Когда он вспомнил смешные выражения лица двух людей перед ним, он не мог удержаться от ухмылки. Жаль, что он не мог выпалить ещё несколько слов из-за своего социального положения. Чонджу засмеялся и энергично открыл черную тонированную дверь со стороны пассажира.
"Эй, наш великий травник! Все прошло хорошо..."
Удивленный, Чонджу опустил маску, сомневаясь в своих глазах.
"... А?"