Решающая битва

.. Император велел своим верным примархам ждать во дворце его возвращения с боевой баржи Хоруса. Дорн и Сангвиний этого не одобрили. Возможно, в первый и последний раз они отказались подчиниться приказу своего господина.

Первым заговорил Сангвиний.

— Милорд, я не буду здесь сидеть, сложа руки, пока вы подвергаетесь опасности на корабле Хоруса. Хотя я ослабел после битвы с великим демоном, у меня все еще достаточно сил, чтобы помочь вам. Мой меч будет на вашей стороне.

Дорн был таким же непреклонным.

— Чего бы мы здесь ни достигли, это окажется бесполезным, если вы погибнете. Я просто не позволю вам сделать это в одиночку. Предатель коварен, и вы должны получить всю защиту, которую мы можем предложить. На тот случай, если у него в запасе еще есть пара трюков.

— Очень хорошо, вы оба сопровождаете меня! — сказал Император. — Но знайте оба, что моя способность предвидеть будущее ослабела, я не могу сказать, как все это закончится. Я верю, что это единственный шанс встретиться с Хорусом и покончить с его безумием. Смерть идет за «Духом мщения» — это я знаю точно. Может, Воитель обречен, но его голод огромен и я сомневаюсь, что мы все вернемся….

Решающая битва

… Что-то было не так – это Дорн понял сразу. Он телепортировался на одну из нижних палуб большой боевой баржи, которая была флагманом Хоруса. Но Императора с ним не было. Как не было и Ангела Сангвиния. Вокруг него занимали оборонительные позиции Кустодианские Стражи, верные телохранители Императора.

— Что случилось? – спросил один из них Дорна. – Где Император?

— Кажется, нас провели. Хорус использовал какую-то мерзкую магию, чтобы разделить нас, — ответил примарх и добавил. – Мы должны найти Императора любой ценой, и сделать это надо быстро.

Не успело прозвучать последнее слово, как маленький отряд был атакован. Из лабиринтов, проходов и кают «Духа мщения» на воинов-лоялистов набросились бесчисленные орды. Таких существ ни Дорн, ни кустодианцы раньше не видели. Мутанты, чудовища и до неузнаваемости изменившиеся космодесантники стреляли, пронзали и разрывали когтями попавшихся на их пути людей. Воздух наполнился пламенем и криками, выстрелы разрывали броню, когти раздирали плоть под доспехами.

Нападавшие легко сокрушили бы и уничтожили обычных солдат, но кустодианцы продолжали сражаться, даже после гибели нескольких своих братьев. Под командованием примарха Дорна отряд лоялистов был неутомим. Они скашивали нападающих болтерными зарядами, силовыми клинками и своей силой воли. В этой огненной буре были убиты сотни. Орда Хаоса была не просто остановлена храброй обороной и свирепостью Кустодианских Стражей – она была разбита наголову.

Когда враги отступили, Дорн приказал кустодианцам двигаться вперед. Они должны были найти Императора, а драгоценное время уходило, минута за минутой. Лоялисты направились вглубь пропитанного зловонием корабля. На каждом повороте они подвергались нападению свежих вражеских сил и каждый раз успешно отбивались. Как будто сам корабль ополчился против них: из стен появлялись отравленные щупальца, из чешуйчатых пор вылетали шипы, а из вентиляционных отверстий клубился ядовитый дым. Погибло еще несколько кустодианцев, но Дорн и Стражи продолжали пробиваться к своей цели.

Казалось, они сражались целую вечность. Но неожиданно все прекратилось, и корабль затих. Рогал Дорн и уцелевшие кустодианцы в отчаянии бросились в командный центр «Духа мщения», большой отсек, где сражались Хорус и Император.

Войдя в зал, Дорн увидел изувеченное тело Императора, высохшие останки внутри доспехов Воителя и ужаснулся. Он проклинал себя за то, что так долго пробивался через полчища Хаоса. Теперь примарх Имперских Кулаков понял, почему прекратились атаки, а на корабле воцарился покой. Хорус был мертв, он думал, он надеялся, тот должен был быть мертвым; о другом исходе Рогал Дорн не мог заставить себя думать. Но Император – что с ним?

— Он жив? Наш господин, он жив?! – воскликнули кустодианцы, бросаясь к Императору.

Мгновение Дорн колебался. Он не знал, что делать, если его любимый повелитель и отец был мертв. Без него мир для примарха превратился бы в место тьмы и отчаяния. Окружившие своего павшего повелителя кустодианцы хранили молчание и не скрывали слез печали и ярости.

— Наш повелитель еще жив! – неожиданно выдохнул один Страж. – Хотя его дыхание неглубоко, а сердце бьется слабо.

Дорн взял себя в руки и подошел к Императору.

— Милорд, какими будут ваши приказы? – тихо спросил он.

Голос Императора был слаб и полон боли.

— Трон… Золотой Трон… Доставь меня туда сейчас же!

Дорн активировал свой телепортационный передатчик. Два Кустодианца осторожно подняли Императора, и телепортационный луч перенес всех обратно во Дворец. Там их уже ждал Джагатай Хан. Примарх был измазан кровью и грязью, его доспехи были погнуты и в нескольких местах разодраны. За пределами Дворца все еще шла битва, но шум постепенно стихал. Хан и Дорн обменялись быстрыми приветствиями. Дорн был мрачным; таким же стал Джагатай, когда увидел безжизненное тело Императора..

— Рогал, Дворец спасен, скорее всего, победу празднует вся Терра. Предатели поспешно отступили перед напором Кровавых Ангелов. Сейчас они бегут к своим кораблям, а их флот разбит…. Что с Императором? – Хан боялся услышать ответ.

— Друг Хан, Император все еще в опасности. Он в одиночку дрался с Архипредателем Хорусом, и хотя победил, сейчас он близок к смерти. Мы должны доставить его к Золотому Трону – это единственное, что может его спасти.

— Тогда не мешкаем. Сию минуту идем к Трону!

Они пришли прямиком к Золотому Трону, где сидел измученный и истощенный Малкадор. Вокруг иссушенного тела бывшего Сигиллита метались струи энергии, силовые разряды разрезали кабели и изоляционные трубки великой машины, с которой он был соединен. Малкадор был практически мертвым, лишь ничтожная искорка жизни теплилась в нем и только сверхчеловеческая воля Сигиллита поддерживала ее.

— Как такой механизм может спасти Императора? Он скорее прикончит его! Поместить его туда – безумие! Этого нельзя делать! – воскликнул примарх Белых Шрамов.

— Слово Императора – закон. Он приказал еще раз подключить его к машине – его Золотому Трону. Мы не знаем всех тайн этого артефакта, который Император создал собственными руками. И должны верить ему, как всегда верили, и поместить его туда. Немедленно! – Дорн был настойчив.

Ожидавшим техножрецам было приказано произвести замену. Тело Малкадора осторожно извлекли из внутренностей машины, и Император снова взошел на Золотой Трон – на это раз на веки вечные. Как только Малкадора отсоединили от машины, жизнь в нем угасла. Он умер, а его тело превратилось в прах, который рассыпался на каменном полу. В этот момент Император очнулся – как будто его разбудил громоподобный залп.

— Бедный, смелый Малкадор Герой… – заговорил он чуть слышным слабым голосом. – Он сохранил часть своей силы для меня. Это дало мне немного времени, чтобы отдать последние распоряжения вам. Если вы сделаете все, как я скажу, я не умру полностью. По крайней мере, выживет мой дух. Я получил тяжелые раны – более тяжелые, чем надеялся, но не такие, как опасался. Мои силы псайкера вернутся, но тело никогда не восстановится. Больше я среди вас ходить не буду. Я навеки соединен с этой машиной. Мои верные телохранители и техники знают, что для этого требуется. Делайте так, как попросят они!

— Дорн и Джагатай, вам нужно многое сделать. Хотя голова змеи уничтожена, ее тело еще долго будет душить человечество. Вы и ваши верные братья должны сражаться дальше. Смойте позор предательства с наших звезд. Мы не должны предоставить разрушительным силам Хаоса такой шанс снова. Никогда.

— Теперь все идите. Свои обязанности вы знаете. Выполняйте их хорошо. У вселенной найдется еще немало ужасов для нас. Это не конец нашей битвы. Это только начало нашего крестового похода во спасение Человечества. Будьте верными! Будьте сильными! Будьте бдительными!

Больше Император не говорил