Рыцари одной модели: Haute Rive, Rémy Cools и Berneron

Haute Rive, Rémy Cools и Berneron — молодые бренды, в портфолио которых пока всего по одной модели. Но зато какой!

Haute-Rive Honoris I: рекордные 1000 часов

Рекорды по запасу хода для механических наручных часов можно устанавливать по-разному. В частности, абсолютный чемпион — вечник Vacheron Constantin Traditionelle Twin beat Perpetual Calendar: запас хода — 65 дней! Его секрет — возможность переключаться между двумя вариантами частоты: 36 000 или 8 640 пк/час. А 58-дневник Rebellion T2M zenvo — чемпион среди часов с несколькими заводными барабанами (у него их целых 8).

Ну а модель Honoris I молодого бренда Haute-Rive поставила мировой рекорд автономности для наручных часов с одним барабаном и турбийоном: 1000 часов, или 41 день.

Ателье Haute Rive основал швейцарец Стефан фон Гюнтен. Его прапрадед Ирене Обри (Irénée Aubry) владел часовой мастерской в местечке От-Рив (Haute-Rive) и специализировался на «долгоиграющих» часах. В 1889 он запатентовал карманные часы с 8-дневным запасом хода — его патенты выкупила компания Graizely Frères и на их основе создала бренд Hebdomas. А в 1888 Обри изготовил карманные часы для Папы Римского (Montre du Pape) с 40-дневным запасом хода.

Часы Обри вдохновили его праправнука. Стефан фон Гюнтен около 20 лет проработал в других часовых компаниях — в частности, в Patek Philippe и в Ulysse Nardin, где стал директором по исследованиям и разработкам. Потом создал собственную, назвал ее в честь местечка, где была мастерская прапрадеда, и посвятил себя созданию часов Honoris I со сверхбольшим запасом хода: тоже 1000 часов, как у Обри.

Чтобы обеспечить чудовищный запас хода, в часах предусмотрена чудовищная 3-метровая заводная пружина (сайт компании предполагает, что это самая длинная пружина в наручных часах). Она занимает весь объем корпуса с обратной стороны, и в роли заводного барабана тут вся платина. Мощнейшая пружина снабжена скользящим фланцем. Он обеспечивает плавную передачу крутящего момента и защищает механизм, когда пружина полностью взведена.

Такое размещение пружины позволило сохранить комфортные размеры часов: 42,5 х 11,95 мм при WR30. Однако с тыльной стороны осталось очень мало места, и часть механизма буквально «выдавлена» на лицевую сторону — на циферблат.

Фон Гюнтен сделал перенос компонентов на циферблат не только технической, но и дизайнерской фишкой часов. У колесной передачи и стрелок высокий ажурный мост с 4-точечной опорой, чуть ниже над поверхностью циферблата поднимается объемный турбийон, а выше — «колесо времени». Фоном для них служит великолепный эмалевый циферблат grand feu, который проходит пять последовательных обжигов. Вся эта красота, конечно же, отделана вручную.

Заводить 1000-часовую пружину с помощью заводной головки было бы сущим мучением. Поэтому для завода вращают против часовой стрелки сам безель — для этого на нем и предусмотрено рифление. Кнопка «на 2 часа» переключает режимы работы часов: завод или перевод времени, — а для управления ими используется видимое со стороны циферблата колонное колесо.

С релиза модели прошло два года, но пока новых премьер не анонсировано. Однако когда и если они будут — вероятно, это также будет нечто невероятное!

Турбийон Rémy Cools

Если за плечами фон Гюнтена к моменту основания своей компании был 20-летний опыт работы на серьезнейших игроков индустрии, то француз Реми Кулс (Rémy Cools) открыл свое ателье в 2019 году в возрасте всего 22 лет. К этому моменту он успел окончить часовой/ювелирный лицей Эдгара Фора в Морто (Франция) и только несколько месяцев поработать в Greubel Forsey. Его ателье находится в Анси — французском городе в 40 км от Женевы.

«Дипломным проектом» Реми в лицее стали часы с турбийоном. Колесную передачу он взял у Unitas 6497, заменив осциллятор большим минутным турбийоном. Спуск Реми модифицирован, а колесо баланса взял из карманных часов начала XX века. Остальное — даже спираль баланса! — молодой мастер сделал сам, вручную. В 2020 году на основе «лицейских» часов Реми создал серию Tourbillon Souscription, доступную только по подписке.

У часов объемная, трехмерная архитектура циферблата с высокими ступенчатыми мостами турбийона и манежа времени. Часам потребовалось высокое купольное стекло, а толщина достигла целых 15 мм при скромном диаметре 40 мм. Но поскольку ровно треть толщины приходится на прозрачный купол, часы не воспринимаются слишком массивными. Чистая, простая эстетика обеспечивает акцент на глубине и размере. Часовая и минутная стрелки смещены, чтобы продемонстрировать во всей красе крупный турбийон. Ручная отделка изысканная, но сдержанная.

Надо сказать, что оснастки ателье Rémy Cools достаточно для ручного изготовления практически всех компонентов. Серебряный циферблат получил пескоструйную обработку, гравирован и отшлифован вручную. Все видимые и невидимые части механизма изготовлены и/или обработаны вручную (англаж, зеркальная полировка, зернение и т.д.).

Механизм не ставит рекордов по ТТХ. У него ретро-частота — 18 000 пк/час — и совсем не впечатляющий по нынешним временам 36-часовой запас хода. Однако степень эксклюзивности зашкаливает. Баланс с переменной инерцией (точность хода можно регулировать с помощью грузиков) разработан самим Реми. Многие детали сделаны вручную, некоторые — на ЧПУ-станках, а часть — например, камни и заводная пружина — поступили от сторонних поставщиков. Однако все получают великолепную ручную отделку, и в целом механизм сделан красиво и эффектно.

У часов нет заводной головки. Вместо нее две симметричных откидных то ли кнопки, то ли головки — в общем, две откидных крутилки, расположенных заподлицо с задней крышкой. Одна — для завода, вторая — для установки времени.

Реми, похоже, предпочитает не распыляться: найдя отличную идею еще в лицее, он постепенно доводит ее до совершенства. Tourbillon Souscription — это эволюция лицейских часов, а следующая серия, Tourbillon Atelier — это усовершенствованное технически и эстетически продолжение Souscription, а также «работа над ошибками».

Во-первых, часы стали меньше: 39 х 12 мм (против 40 x 15 мм в «подписной» версии), в том числе сапфировый купол «схуднул» с 5 до 3 мм. Корпус, кстати, теперь платиновый.

Во-вторых, заводная головка стала традиционной — «на 3 часа». Так привычнее для покупателей, да и часы стали тоньше.

В-третьих, хотя часы сохранили дизайн и компоновку первой серии, механизм был очень сильно переработан — фактически создан заново. Как следствие, запас хода вырос до более серьезных 50 часов (где-то здесь усмехнулся Стефан фон Гюнтен, чьи часы обладают 20-кратно большим запасом хода и парящим турбийоном при меньшей толщине).

Все детали по-прежнему обрабатываются вручную в мастерской Реми. Поскольку ателье следует принципам устойчивого развития, все драгметаллы, используемые в производстве, поступают из переработки.

Rémy Cools обещает выпустить 36 экземпляров этих часов за три года: по 12 ежегодно. По идее, ателье должно завершить работу над проектом в течение ближайшего года — и, возможно, представить новую модель.

Неужели это будет еще один турбийон со смещенным циферблатом? :)

Berneron. Когда креативность не умещается в Breitling

Будучи креативным директором Breitling, Сильвен Бернерон задумал создать собственные часы — бескомпромиссные, полностью уникальные, не скованные существующими дизайнерскими традициями. В Breitling его поддержали, дав возможность заняться своим проектом — и он такие часы создал. Да так создал, что на GPHG 2024 модель Berneron Mirage Sienna получила Audacity Prize — премию за выход из рамок часовых инноваций и вызов традиционным представлениям.

Дизайнерская фишка часов очевидна: это сложный, асимметричный, будто оплавленный корпус, размером 33,5 х 37,5 мм, напоминающий часы Дали и Cartier Crash. Он создан с использованием принципов золотого сечения и производится из белого или желтого золота, в зависимости от версии. Заводная головка — смещенная, овальной формы, как бы вытянувшаяся вдоль корпуса. Размещение причудливо изогнутых стрелок — нестандартное: более короткая часовая стрелка расположена над минутной, а обычно наоборот. Это позволило придать купольному стеклу чуть более выпуклую форму. Циферблат тоже золотой; его дизайн, вплоть до шрифта, тоже разработан Сильвеном Бернероном.

Внутри стоит калибр с ручным заводом, частотой 21 600 пк/час и 72-часовым запасом хода. Но его главная техническая фишка не в характеристиках. Главное — что инженеры Le Cercle de Horlogers (ателье также работает с Louis Vuitton, Trilobe и Armin Strom) создали механизм той формы, которая соответствует корпусу. Ну, или корпус механизму: похоже, их разрабатывали параллельно, с оглядкой друг на друга. В нем 135 компонентов, а высота — всего 2,3 мм (поэтому и сами часы тонкие — всего 7 мм).

Часть компонентов — спуск, пружина баланса, винты и т.д. — общая с другими калибрами Le Cercle de Horlogers, но большинство уникальные, спроектированные и изготовленные только для Berneron.

Выпуск Berneron также ограничен: от 24 до 48 экземпляров в год, причем сейчас очередь на 37-мм версии расписана вплоть до 2028 года, а на 34-мм — до конца 2027. К 2035 компания планирует постепенно нарастить ежегодный выпуск до 500 штук — и, скорее всего, это будут уже не только Mirage. Из всех трех наших сегодняшних «рыцарей одной модели» Berneron наиболее определенно говорит о своих планах: до конца 2025 года должна выйти вторая коллекция, в 2026 — третья. Какие именно, пока не анонсировано.

***

Возможно, однажды мы вернемся к этим маркам с «сольными» подробными обзорами их расширившегося модельного ряда. Мы с нетерпением ждем этого, потому что первая (и пока единственная) модель каждой из них получилась великолепной!