Manufacture Royale. Вольтер, стимпанк и безумства

В первый раз эту компанию основал вольнодумец Вольтер в XVIII веке, во второй — экс-сотрудник не менее вольнодумного Harry Winston в XXI. Новая-старая компания выпустила стимпанковые турбийоны и репетиры, часы с парящим балансом (привет MB&F) и сдвоенными турбийонами (причем один вдесятеро быстрее другого). Ее директор говорит, что в часы бренда либо сразу влюбятся, либо возненавидят, а среднего не дано.

Встречайте: Manufacture Royale.

Компанию Manufacture Royale основали в 1770 году по инициативе… Вольтера. Того самого — мыслителя, вольнодумца и собеседника Екатерины II по переписке. В период расцвета мануфактура изготовила более 4000 часов, ориентированных в основном на европейских королевских особ и элиту. Среди его первых выдающихся мастеров был Жан-Антуан Лепин, часовщик французского короля Людовика XV. Однако во времена Французской революции мануфактура исчезла.

В 2010 бренд Manufacture Royale был возрожден группой единомышленников и сейчас принадлежит семье Гутен (Gouten). Глава компании, Дэвид Гутен, вырос в семье часовых мастеров — его отец некоторое время управлял Piaget и Cartier. Сам Дэвид сначала занялся автопромом, но потом перешел в часовое дело и с 2001 работал над серией Harry Winston Opus вместе с Максом Бюссером.

Штаб-квартира возрожденного бренда разместилась в Юре — одном из самых «часовых» регионов Швейцарии. Производством механизмов занималась в основном родственная компания TEC Ebauches. И как и «предок», мануфактура сосредоточилась на ограниченных партиях сложных наручных часов.

А началось возрождение с удивительной модели Opera.

Начало. Opera по-сиднейски

Для молодой, недавно возрожденной компании, которая претендует на статус изготовителя сложных часов, важен весомый дебют. Поэтому, например, Lange сразу показала модель Tourbillon pour le Merite с турбийоном и фузеей, а Moser — фирменный вечный календарь. Вот и Manufacture Royale начала громко: дебютная модель Opera — сложнейшие часы с минутным репетиром и турбийоном.

Впрочем, положа руку на сердце, начала компания не просто громко, а эпично: сложный калибр разместили в раздвижном корпусе — настолько стимпанковом, как будто часы создали в 1860, а не в 2010.

Вообще в раскладном корпусе есть практический смысл. Две проблемы современных репетиров — это герметичность, необходимая для хоть какой-то водонепроницаемости, и плотные прочные материалы, как золото или платина. Первое повышает практичность, второе — ценность часов. Но тогда корпус гасит звуковые колебания, и репетир получается тихим. У «Оперы» водозащита на уровне «можно жить во влажных регионах», но даже WR10 официально не заявлено. Зато корпус сделан из золота или платины. Поэтому над звучанием пришлось поработать вот таким вот необычным образом. И репетир действительно звучит звонко и хорошо. Часы отбиваются на ноте ля, минуты — до-диез.

Циферблата у Opera нет, потому что механизм с турбийоном и репетиром интереснее любого циферблата. Роль часовых меток играют 12 винтов в безеле; простые часовая и минутная стрелки в форме мечей позволяют понять, который час, но не отвлекают от механики внутри. Opera дает владельцу редкую возможность видеть работу традиционного механизма репетира — рычагов, колес и кулачков — во всех подробностях, тогда как обычно он скрыт под циферблатом.

Несмотря на общую стимпанковость, современным технологиям место в часах тоже нашлось: узел спуска кремниевый. Баланс свободный, как и принято в часах такой ценовой категории. Платина и мосты — латунные, с разными вариантами отделки плоских поверхностей и англажем. Вся отделка полностью ручная.

Обратите внимание на нумерацию на изображении выше: не «ХХ из ХХ экземпляров», а просто «ХХ». Такова индивидуальность, выкрученная на максималки. А еще на каждую номерную «Оперу» распространяется пожизненная гарантия от Manufacture Royale, и производитель заранее готовит для экземпляра комплект запасных деталей.

Androgyne. Самая долгая линейка

Следующая модель — Androgyne — появилась в 2011, сразу после Opera. Разные вариации модели производились в 2010-х и 2020-х гг. Она унаследовала от Opera форму корпуса и прозрачный циферблат, однако корпус «схуднул» до 43 мм и 52 деталей — часы стали комфортнее и практичнее. Подвижные ушки позволяют лучше «обнять» запястье, а толщина — всего 10,2 мм. Но сложная форма с выступающими осями и безелем с крупными винтами делают часы визуально крупнее. Почему же они названы Androgyne, хотя выглядят однозначно мужскими? — Не знаем; возможно, это очередная провокация бренда.

В первых вариантах использовался калибр MR02. Он сохранил 108-часовой запас хода и ручной завод первой модели, однако из двух ключевых усложнений осталось одно — турбийон. Зато механизм получил другу фишку — симметрию и визуальную простоту. Однако в 2016 бренд обновил линейку Androgyne моделью Royale Skeleton Tourbillon. На борту был обновленный механизм с парящим турбийоном MR-06. В целом сохранив облик версии 02, он стал еще более открытым и эффектным.

Корпус здесь — из нержавеющей стали вместо благородных металлов первой модели. Однако отличная зеркальная полировка и ручная сборка выполняются ничуть не хуже.

Плавно изогнутые мосты получили современный дизайн благодаря ярко-синему PVD-покрытию Royale Blue. Оно сочетается с ручной шлифовкой плоских поверхностей со стороны циферблата и зернением с обратной стороны, а также ручным англажем. Это создает контраст со скелетонизированными стальными стрелками.

1770: Voltige и Micromegas

Линейка 1770, названная в честь года основания компании, объединяет очень разные модели. Возьмем 1770 Voltige. По сравнению с большинством прочих Manufacture Royale, часы просты: ни турбийона, ни репетира… Зато тончайший баланс подвешен под высоким мостом и таким образом вознесен высоко над циферблатом, а-ля MB&F. Спуск также вынесен на лицевую сторону часов, таким образом делая весь узел трехмерным.

Объемный узел спуск/баланс — не единственная фишка часов. Если присмотреться, будет видно: циферблат разноуровневый. Основание моста и симметричная ему табличка с названием находятся в углубленной секции, а секундный манеж выделен гильоше. Оно контрастирует с гладкими матовыми поверхностями остальной части циферблата. А для того, чтобы вместить объемный, вертикально выстроенный узел баланса, циферблат сделан очень глубоким. Эта глубина используется для необычного вертикального фланца, на котором разместились двенадцать объемных пирамидок — часовых меток.

Дизайн корпуса серии 1770 кардинально отличается от предыдущих моделей Manufacture Royale — потому, что его создавал Эрик Жиру, известный как автор дизайна многих MB&F. Ццентральная часть корпуса «подвешена» двумя изогнутыми опорами, концы которых служат ушками. А сзади виден калибр, разработанный TEC Ebauches.

Чуть позже появилась новая версия — 1770 Haute Voltige. На месте малой секунды, как в базовой версии, у них манеж второго часового пояса с независимой настройкой.

Напротив, конструкция 1770 Micromegas — максимально сложная. Здесь целых два турбийона, причем один — минутный, а второй — сверхбыстрый 6-секундный! А чтобы выровнять скорости вращения двух турбийонов, конструкция включает стабилизатор крутящего момента.

Cложный танец турбийонов дополняется колебаниями изящного микроротора, который также виден с лицевой стороны. Часы отображаются на отдельном манеже, как у регулятора, а минуты читаются по скелетонизированному колесу с помощью указателя. Ход секунд же отмеряет «медленный» турбийон.

ADN. «Обновление ДНК»

Именно такими словами компания анонсировала новую линейку. Собственно, ADN — это и есть «ДНК» по-французски.

Это возвращение к истокам с учетом пройденного за годы пути. Снова архитектурный, ажурный механизм с ручным заводом, но теперь в смелом ярком цвете. Снова симметрия осей заводного барабана, стрелок и баланса, но теперь со строгими симметричными дугами мостов. Вновь скелетонизированная колесная передача и свободный баланс, совместное движеие которых делает течение времени видимым. Логотип бренда и люминесцентные часовые метки в этот раз расположены на полупрозрачных сапфировых вставках «на 12» и «на 6».

Форма корпуса тоже напоминает первые линейки — здесь и подвижные ушки, и стимпанковые очертания, и 12 винтов на безеле, и даже увеличенный 46-мм размер. Но теперь корпус не такой стимпанковый, как у Opera — скажем так, это «современный гражданский стимпанк».

Однако выход ADN не сделал «прежнюю ДНК» устаревшей. Модели других линеек продолжали создаваться. Например, вот самая свежая версия Androgyne:

Manufacture Royale смело ворвалась в мир haute horlogerie и столь же смело проложила свой путь. Компания не раз и не два говорила о своих моделях: «Их можно сразу полюбить или возненавидеть, но нельзя отнестись нейтрально».

И это действительно так. Узнаваемые, непривычные и яркие часы понравятся не всем, но с учетом эксклюзивности (мануфактура выпускала максимум несколько сотен экземпляров в год) это вполне нормально. Тем более сейчас, когда Manufacture Royale обратила свое внимание прежде всего на кастомные часы — единичные экземпляры по индивидуальному заказу.

Что ж, индивидуальность и эксклюзивность всегда были частью ее пути!