Микки 17
Был я жнецом, палачом, гусаром, Барышней, женщиной роковой. Замкнутый круг — колесо сансары — Вечно вертелся над головой. Шел за черникой с большой корзиной, На неприятеля шел войной — Круг переливчатый в небе синем Точно привязанный, плыл за мной. Раз — оборот: я сижу на троне. Раз — оборот: я вишу в петле, Я, ничего не хотевший, кроме Памяти долгой и долгих лет. В храмы не глядя входил, не видел — Что там за купол и что за знак, Крест, полумесяц, звезда Давида, — Значит, молился не тем, не так. Вслед за еще одним поворотом, Прямо в лицо мне пуская дым, Шепотом хриплым промолвил кто-то: «Лучше быть мертвым, чем быть крутым»*. Я рассмеялся в ответ устало — Видно, тяжелый был день и век. А колесо… да не то чтоб встало, Просто замедлило свой разбег. Так и остался в начале, в доме, В замкнутом круге, дающем сбой, Я, ничего не хотевший, кроме Быть человеком и быть собой.
Качественная ироничная научная фантастика. Не знаю, кто и за что первым назвал самоиронию — черной комедией, но в ярлычках жанров и такой есть у этого фильма. У меня есть еще одна категория, называется «Story of My Life» — и Микки как раз своими закадровыми комментариями происходящего в нее точно вписался.
По моему убеждению, мистицизм и наука — соседи, а не оппоненты. Наивный землянин Микки совершил ошибку и в поисках защиты или возможности бегства подписал не глядя кабальный контракт. Несомненно стоит прочесть роман, но в фильме создается впечатление, что на корабле переселенцев только Микки — расходник, лабораторная мышка, чье тело даже не рождено, а печатается из переработанных отходов жителей корабля. Убегая от своего страха быть распиленным на части вживую, он попадает в цикл смертей и перерождений, проживая каждую свою смерть и неся воспоминания о ней дальше в новый цикл, при этом чуть-чуть меняясь сам.
И однажды смерть его отвергает довольно смешным способом. Он возвращается в поселение, где уже напечатали нового Микки, 18-го, который уже не просто бесится от вопроса «А каково это — умирать?», но уже переплавился в психопата. А двум Микки в этой жизни места нет по людским законам (почему — тоже есть флэшбек), чтобы выжить, один должен убить другого. В схватке напрямую псих-Микки-18 победил, но:
- Ты умирал много раз. Чего ты так боишься?
- До сих пор я умирал и я просто… рождался заново. Понимаешь, это ощущалось как… продолжение. Ну, а теперь, если я умру, для меня все кончится. ТЫ продолжишь жить дальше. Понимаешь, о чем я?
И в общем-то даже искреннее признание Микки 17 не спасло от убийства «злобным близнецом», спасло только стечение обстоятельств.
В фильме много моментов, которые можно назвать моралью. Можно сказать, что он в чем-то неправдоподобен и у Микки 18 куда больше шансов выжить. Можно набрать там много архетипов. Но, кажется, этот фильм не яркая бабочка-однодневка. Может и правда, что Роберт Паттисон на абы какие роли не соглашается)
