Германская армия в годы Первой мировой войны и в дни великих потрясений: краткий очерк
Немецкое общество в начале войны
— Третья рота — смирно! По отделениям, правое плечо вперед, шагом марш! Стой! Рота, шагом марш!
Заиграла музыка. Литавры гремели у стен казармы. Я маршировал в переднем отделении. Перед воротами казармы толпился народ — нам дали дорогу.
— Эмиль, не подкачай! — крикнул кто-то.
— Ура! — орали мальчишки.
— Как в тысяча восемьсот семидесятом году! — услышал я негромкий голос и увидел какого-то старого господина: на меня глянули приветливые серые глаза. — Тогда я тоже так выступал, — сказал он мне, но я уже шагал дальше, и передо мной были другие люди...
Людвиг Ренн. Война, 1928 г. С. 23.
1 августа 1914 г. в Германии была объявлена всеобщая мобилизация, под грохот литавр и общественного ликование Германский рейх вступил в войну. Многим в ту пору казалось, что эта война будет короткой, вроде тех, что были в 1866 или 1871 гг. Никто и представить себе не мог, что это война затянется на долгих 4 года. За это время будет мобилизовано 60 миллионов солдат, 8.5 из них погибнет, 21 миллион получат ранения. Самим немцам придется мобилизовать 13 млн человек и вести военные действия против 28 наций. И если немецкая экономика очевидно не была готова к такой затяжной войне, то подобного нельзя сказать об армии.
По части боевой морали и воинской дисциплины немцам в 1914-1918 гг. уступали большинство противников. Примером может служить эпизод из первой битвы при Лангемарке в Нормандии 24 октября 1914 г., когда в ходе наступления 4-ой германской армии на позиции сил Антанты пошли в атаку мало обученные подразделения, состоящие из добровольцев, студентов и гимназистов. Атака была произведена без подобающей артиллерийской подготовки и превратилась в бойню, погибло около 11 тыс. молодых людей.
В целом в ходе Первой мировой войны немецкая армия больше побеждала, чем проигрывала, однако уже далеко не полководческое искусство определяло исход войны, теперь значительную роль играли человеческие и материальные ресурсы. Если к боевому духу немцев вопросов не было, то экономика Германии оказалась беспомощной в Первой мировой войне. С самого начала ее лишили импорта из-за океана, а затем Германия отстала в производстве самолетов, автомобилей, артиллерии, танков. Дефицит боевых машин, без которых невозможно было вести новые войны, сказался на общих успехах. Со временем в рейхе стала ощущаться нехватка продуктов питания и жизненно необходимых товаров. Немцы не рассчитав свои силы, хоть и вели военные действия почти все время на территориях противника, с каждым днем приближали свой крах. Но в какой бы критической ситуации не была экономика, человеческая составляющая Германии продолжала оставаться самой эффективной до конца военных действий. Но важно также отметить, что и комплектование армии человеческими ресурсами в 1916-1918 гг. уже не отвечали тем запросам, которые были нужны для дальнейшего удержания фронта.
План Шлиффена
В первые месяцы войны немцы действовали согласно плану, который был разработан генеральным штабом графа Альфреда фон Шлиффена в конце XIX - начале XX вв. Суть плана сводилась к молниеносной войне на двух направлениях: сначала на западе планировалось решительным ударом вывести из войны Францию, в то время как Россия будет разворачивать своего военного гиганта, а затем переключиться на восточный фронт и нанести поражение России. Разработчики плана вдохновлялись романтизированными историями о войнах на два фронта прусского короля Фридриха Великого и потому сильно недооценили боеспособность своих противников. Немецкое наступление на Францию развивалось через Бельгию, - план Шлиффена подразумевал обойти французские оборонительные линии через соседнее с Францией государство и выйти во фланг и тыл французской армии. Поначалу немцы продвигались успешно и стремительно, но затем столкнулись с серьезными проблемами. Российская императорская армия начала военные действия раньше, чем подразумевал план Шлиффена и атаковала Восточную Пруссию, в результате немецкому военному командованию пришлось перебрасывать ряд дивизий на восточный фронт, это сократило силы, сузило фронт и замедлило продвижение немецкой армии на западе. В начале сентября началась знаменитая битва на Марне, где немцы потерпели серьезное поражение от англо-французских сил и в результате план Шлиффена был окончательно провален, а военные действия вступали в новую фазу - позиционная война.
Окопные будни
Никто не ожидал, что буквально через несколько месяцев военных действий фронт застопориться и миллионные армии годами будут вести выживание в грязных окопах и блиндажах. Повседневность на линии фронта красочно описаны в романах немецких писателей-фронтовиков Эриха Марии Ремарка, Людвига Ренна, Эрнста Юнгера. В качестве примеров окопной жизни хотелось бы привести несколько фрагментов из их произведений:
Так со временем появилась в моем дневнике своего рода хроника участка С, — маленького, изрезанного углами куска линии фронта, где мы обосновались, знакомого нам до каждого заброшенного окопа, до каждого разрушенного блиндажа. Здесь под возведенными из глины холмиками покоились тела павших товарищей, здесь на каждой пяди земли разыгрывалась драма, за каждым бруствером поджидал рок, днем и ночью выхватывающий без разбору свою жертву. И все же все мы ощущали свою принадлежность нашему участку, срослись с ним. Нам был известен он, тянувшийся черной лентой по заснеженному ландшафту, пропитанный в полуденный час одурманивающими запахами царящего вокруг цветочного буйства или окутанный в проникающий до самых темных углов призрачный свет полной луны, в котором попискивающие шайки крыс вели свою тайную жизнь. Веселые, сидели мы долгими летними вечерами на его глиняных завалинках, и теплый воздух уносил к противнику деловитый стук или песни родины; мы кидались через завалы, рубили заграждения, когда смерть молотила по окопам своей стальной дубиной и дым вяло выползал из разоренных глиняных стен. Полковник не однажды собирался направить нас в более спокойную часть позиции, и каждый раз рота как один человек просила разрешения остаться на участке С.
Эрнст Юнгер. В стальных грозах, 1920 г. С. 83-84.
В начале июля наш батальон был снят с передовой и направлен в тыл, примерно в тридцати километрах от линии фронта, чтобы мы могли восстановить свои силы. Все мы привыкли ходить, ссутулившись, так как в низких блиндажах и окопах, где часто встречались балочные перекрытия и повсюду висели телефонные провода, все время приходилось нагибаться.
Непривычный марш по жаре с полной выкладкой был очень утомителен. Ночная жизнь в темных и сырых блиндажах словно бы выпотрошила нас.
Людвиг Ренн. Война, 1928 г. С. 125.
Осветительные ракеты все еще взлетают в небо и бросают свой беспощадный свет на окаменевший пейзаж — облитые холодным сиянием кратеры, как на луне. В мои мысли закрадываются страх и беспокойство, их занесла туда бегущая под кожей кровь. Мысли слабеют и дрожат, им хочется тепла и жизни. Им не выдержать без утешения и обмана, они путаются при виде неприкрытого лика отчаяния.
Я слышу побрякивание котелков и сразу же ощущаю острую потребность съесть чего-нибудь горячего, — от этого мне станет лучше, это успокоит меня. Я с трудом заставляю себя дождаться смены.
Затем я иду в блиндаж, где мне оставлена миска с перловой кашей. Каша вкусная, с салом, я ем ее не торопясь. Но я ни с кем не говорю, хотя все повеселели, потому что огонь смолк.
Эрих Мария Ремарк, На Западном фронте без перемен, 1929 г. С. 82.
Возвышение связки Гинденбург-Людендорф
Наступление Российской империи на восточном фронте заставили немцев менять изначальную тактику, перестроение планов шло очень тяжко, так как управлять гигантскими воинскими соединениями оказалось не из легких, у генерального штаба и Верховного главнокомандующего Вильгельма II такого опыта не было. Начальник генерального штаба Хельмут Мольтке младший (1906-1914 гг.) и сменивший его Эрих фон Фалькенхайн (1914-1916 гг.) выполняли скорее функцию консультантов у кайзера и были не из тех военачальников, кто был способен на волевые решения. Сам Вильгельм II не особо контролировал хаотичное наступление армейских корпусов. В результате это привело к ряду тактических ошибок и даже отступлению на отдельных участках фронта. Кроме того постепенно угасала вера в кайзера и со стороны народа, ему приписывали все тяготы войны, поэтому Вильгельма II стал постепенно уходить с авансцены.
В августе 1916 г. происходит важное событие, начальником Генерального штаба назначается генерал-фельдмаршал Пауль фон Гинденбург, а его первым генерал-квартирмейстером генерал от инфантерии Эрих Людендорф. Невероятную славу эта связка генералов получила после битвы при Танненберге на восточном фронте, где они остановили отступление немцев и нанесли серьезное поражение Российской императорской армии. Авторитет этих военачальников был настолько велик, что Верховный главнокомандующий Вильгельм II их во всем слушался и никогда не пререкался. Так верховное главнокомандование (Oberste Heersleitung, далее - ОХЛ) оказалось в руках Гинденбурга и Людендорфа, фактически вся власть в Германии оказалась в руках военных, некоторые историки стали называть этот период "военным социализмом" и первым этапом революции. Хотя в политике, кроме внутренней, ОХЛ не были столь искусны, чего стоит неограниченная подводная война (потеряно 78 субмарин, при 87 построенных), грабительский Брестский договор с Россией (отторгались территории с населением 56 млн человек), текучка канцлеров (с 1916 по 1918 гг. сменилось четыре человека).
В военном отношении дела шли лучше, тут стоит отметить талант Людендорфа, ведь он смог изменить ход войны. К концу 1916 г. удалось стабилизировать положение Германии, была прекращена беспощадная мясорубка под Верденом, оказана поддержка австро-венгерской армии на восточном фронте, выведена из войны Румыния. В ведении военных действий главной заслугой Людендорфа является отказ от лобовых атак в пользу гибкой оборонительной войны с созданием резервов и регулярного отвода солдат в тыл на отдых. 7 отдельных армий рейхсвера подчинявшихся кайзеру были переформированы в группы армий и с 1916 г. стали подчиняться напрямую Людендорфу, так постепенно была ликвидирована "каша" в управлении. Кроме того Людендорф сформировал ведение активных контратак при помощи штурмовых групп. В историографии считается, что именно с этого момента начинается история штурмовых подразделений.
Суть штурмовиков сводилась к универсальным бойцам, которые самостоятельно владели гранатой, пулеметом и карабином, были энергичны и самостоятельны, а также очень эффективны для гибких наступательных действий, одним из таких штурмовиков был и будущий писатель лейтенант Эрнст Юнгер, который красочно описывает одну из атак своей штурмовой группы:
Ровно в 5:05 мы рванулись из штольни наружу к намеченным дорогам через заграждения. Я мчался впереди, высоко подняв гранату, и видел в ранних сумерках штурмующий патруль справа. Вражеское заграждение было слабым; я в два прыжка перемахнул через него, но, споткнувшись о протянутую за ним проволочную спираль, свалился в воронку, из которой меня вытащили Клоппман и Мевиус.
«Пошел!» Мы спрыгнули в первую линию, не встретив сопротивления, тогда как справа завязался гранатный бой. Не обращая на него внимания, мы перебрались через сложенную перед ближайшей траншеей баррикаду из мешков с песком и, прыгая из воронки в воронку, добрались до рогаток, двумя рядами отделявших нас от второй линии. Поскольку и она была совершенно разбита и не давала никакой надежды взять пленного, мы заторопились по выкопанному ходу дальше. Я сразу же послал вперед саперов очистить путь, но так как мне все время не хватало темпа, сам возглавил их.
Внезапно перед нами скользнули тени каких-то фигур. Мы кинулись туда и оказались в тупике, в стене которого был разрушенный вход в штольню. Бросившись туда, я закричал: “Montez!”. Вылетевшая граната была мне ответом. Это был, вероятно, снаряд с дистанционным взрывателем; я услышал легкий хлопок и успел отпрыгнуть назад. Снаряд разлетелся на высоте моей головы у противоположной стены, в клочья изорвав мою шелковую фуражку, осколки в нескольких местах задели мою левую руку и оторвали кончик мизинца. Стоящему возле меня унтер-офицеру саперов пробило нос. Отступив на несколько шагов, мы закидали опасное место гранатами. Кто-то чересчур рьяный метнул зажигательную трубку прямо во вход, сделав тем самым дальнейшую атаку бессмысленной. Мы вернулись и последовали третьей линией в противоположную сторону, чтобы наконец захватить противника. Всюду лежали брошенное оружие и предметы снаряжения. Вопрос, куда девались хозяева такого множества винтовок и где они затаились, вставал все мучительней. И все же мы, с гранатами наготове и снятыми с предохранителя пистолетами, торопливо двинулись по пустынным, завешенным пороховым дымом траншеям.
Эрнст Юнгер. В стальных грозах, 1920 г. С. 224-225.
В конце 1916 - начале 1917 гг. Гинденбург и Людендорф смогли провести организацию и оптимизацию военной промышленности, в ходе которой был налажен строгий контроль над расходованием скудных оставшихся ресурсов. Большую роль в этой оптимизации сыграл крупнейший немецкий промышленник Вальтер Ратенау. В результате немецкая экономика пошла на подъем, было создано 90 артиллерийских батарей, производство минометов выросло в 4 раза в 1917 г. по сравнению с 1916 г., а пулеметов - в 5 раз.
Тем не менее людские ресурсы уменьшались с каждым днем в катастрофических масштабах - 100 тыс. в месяц гибли на фронте. Восполнять эти потери удавалось только на 75 %. В марте 1917 г. на западном фронте Людендорф провел операцию "Альберих" - тактическое отступление к линии Зигфрида, что позволило значительно сократить фронт и высвободить 400 тыс. солдат, а также нарушить планы Антанты на серьезную атаку.
В ходе всех преобразований ОХЛ удалось выравнять ситуацию и даже местами превосходить силы Антанты, немецкое сообщество было довольно. Однако эти эффективные решения носили всего лишь временный характер, даже Гинденбург и Людендорф понимали, что вести войну бесконечно невозможно, потому в обществе и в ОХЛ начинались разговоры о возможности завершения войны.
Ноябрьская революция и окончание военных действий
К концу войны у немцев имелось 184 дивизии и 17 резервных дивизий, у Антанты 205 дивизий и 103 резервных. Несмотря на численный перевес в 1917-1918 гг. немцы успешно вели оборону и контрнаступательные действия. Фронт держался, тыл был укреплен, в связи с чем Германское командование предприняли амбициозную наступательную операцию "Михаэль", которая, несмотря на успешное продвижение в начале, потерпела неудачу. Со вступлением в войну США перевес вооруженных сил Антанты оказался очевиден, возникла угроза прорыва западного фронта, в этой ситуации немецкое командование приняли верное решение: 20 сентября 1918 г. Гинденбург и Людендорф заявили кайзеру о необходимости немедленно заключить перемирие.
Далее происходят события, которые можно расписывать по дню, мы же поверхностно отметим, что в начале ноября происходит восстание матросов в портовом городе Киль, это выступление на флоте было спровоцировано приказом адмирала Рейнхарда фон Шеера о выходе "замученного" флота на последний морской бой с англичанами. Боеспособность германского флота была уже давно подорвана и воинственных настроений у военнослужащих матросов не было. Накал страстей и недовольства дошел до такой степени, что матросы решили ослушаться приказа и поднять бунт. В считаные дни восстание перекидывается на другие прибрежные города, где располагался германский флот, попытки локализовать эти выступления ни к чему не привели, революция распространилась на другие города. Примечательно, что не только флот, но и армия отказались поддерживать кайзера, желающих бороться против революции даже в офицерском корпусе оказалось не много.
28 октября 1918 г. под давлением военного командования был введен принцип ответственности правительства перед рейхстагом, то есть парламентом, а не кайзером.
9 ноября кайзер подписал отречение от престола и покинул ставку Верховного главнокомандующего, отправившись в сторону голландской границы. Новое правительство сформировал либерал принц Макс Баденский, пользовавшийся доверием рейхстага. Однако общественная ситуация в Германии была сильно накалена, революция охватила города на севере Германии, бунтовали в Мюнхене, бунтовали в Рурском бассейне, причем количество участников революции исчислялись сотнями тысяч.
В этой ситуации Макс Баденский отказался брать на себя роль лидера временного правительства и предложил пост рейхсканцлера человеку из сильнейшей социал-демократической партии, который мог взять под контроль революцию и ею управлять, этим человеком стал Фридрих Эберт. Откровенно говоря, социал-демократам внезапно упала власть и вся ответственность за события, которые происходили в Германии. Основной задачей Эберт поставил перед собой - недопущение гражданской войны по примеру России, для этого он пошел на непопулярное решение и вступил в контакт с ОХЛ. Чтобы стабилизировать ситуацию в государстве, необходима силовая опора, в этой опоре Эберт видел военных. В конце октября 1917 г. на посту первого генерал-квартирмейстера при Гинденбурге встал генерал-лейтенант Вильгельм Грёнер, Людендорф после неудачной наступательной операции и разногласий с Гинденбургом ушел в отставку. Генерал Грёнер был более демократических взглядов и сговорчивее с представителями левых сил.
В это время во всю шли приготовления к завершению войны, немецкое правительство сформировало делегацию во главе с членом партии Центр Маттиасом Эрцбергером. 8 ноября делегация получила от французского маршала Фердинанда Фоша условия для перемирия. Эти условия сводились к разоружению Германии, освобождению всех оккупированных территорий, в том числе Эльзаса и Лотарингии, а также занятию французскими войсками стратегических германских городов на западе, речь шла о Кобленце, Майнце и Кёльне. Условия тщательно изучил и генерал Грёнер и принял решение убедить Гинденбурга, что идти подавлять революцию может обернуться гражданской войной и продолжением войны с Антантой одновременно, что в действительности значило абсолютную анархию и тяжелое поражение. Генерал-фельдмаршал прислушался к своему подчиненному, он был нацелен на сохранение армии, ее имиджа и не желал брать на себя ответственность за попадание кайзера в руки бунтующим. 9 ноября 1918 г. Грёнер в разговоре с кайзером Вильгельмом II произнес знаменитую фразу:
Войска вернутся на родину в спокойствии и порядке под руководством своих командиров и генералов, но не по приказу Вашего Величества, поскольку они больше не поддерживают Ваше Величество!
Винклер Г. А. Веймар 1918-1933: история первой немецкой демократии. М., 2013. С. 38.
10 ноября генерал Грёнер по секретной связи связался с Фридрихом Эбертом и заключил с ним пакт о сотрудничестве.
11 ноября во французском регионе Пикардия недалеко от города Компьен в железнодорожном вагоне маршала Фоша между Антантой и Германией было подписано Компьенское перемирие, завершившее Первую мировую войну.
10 декабря на основании пакта Эберт-Грёнер под овации, крики и аплодисменты жителей в Берлин вступили первые фронтовые части. Это событие стало фактором притязания ОХЛ на внутренний порядок. 11 декабря Фридрих Эберт выступая перед вернувшимися солдатами произнес судьбоносную фразу: "Враг вас не одолел". Таким образом германская армия приняла самое непосредственное участие в стабилизации общественного порядка в государстве, а СДПГ возглавила не только государство, но и революцию.
Расформирование армии и добровольческие корпуса
К концу первой мировой войны в рядах германской армии находилось около 10 миллионов человек, уже в декабре 1918 г. ее численность стала постепенно сокращаться, а 28 июня 1919 г. был подписан, шокировавший немецкое общество, Версальский мирный договор. В одном из пунктов договора устонавливалось сокращение многомиллионного рейхсвер до 100 тыс. человек, кроме того Германии запрещалось иметь серьезные морские силы и вооружение. такое серьезное ограничение армии ставило под угрозу сохранение внутреннего порядка. К сожалению, в 1918 г. политические катаклизмы в Германии не закончились, то и дело вспыхивал огонь в разных ее частях. Против молодой немецкой республики были настроены радикально как правые, так и левые силы, чья деятельность ставила под угрозу существование государства, разбить эту угрозу правительство могло только силовыми методами.
Сокращение армии шло постепенно, вскоре после подписания Версальского мирного договора в отставку ушли генерал-фельдмаршал Гинденбург и генерал-лейтенант Грёнер, были ликвидированы ОХЛ и германский Генеральный штаб. Верховное командование рейхсвер возлагалось на военного министра, ему подчинялся командующий сухопутными войсками рейхсвер, которому в свою очередь был подчинен начальник войскового управления (аналог запрещенного Версалем генштаба) при военном министерстве. Армия делилась на 2 генеральных командования со штабами в Берлине и Касселе и включала в себя 10 дивизий, 3 из которых были кавалерийскими.
Пока происходила официальная реструктуризация рейхсвер, возникла другая проблема, очень тяжело происходила реинтеграция в гражданское общество демобилизованных фронтовиков, некоторые молодые люди шли воевать сразу после школьной скамьи и посчитали, что ничего кроме этого делать они не умели, потому, попадая под демобилизацию, вчерашние солдаты шли на службу в формирующиеся добровольческие корпуса (нем. Freikorps, далее - фрайкоры). Таких фрайкоров было больше десятка, возглавляли их офицеры и численностью они были от роты до батальона, примерно 100-600 человек. Фрайкоры как и официальные правительственные войска несли внутренню службу в Германии, возвращали общественный порядок в Рурском бассейне, свергали красные республики в Баварии и Бремене, подавляли революционные выступления красной армии в Саксонии и городах северной Германии. Среди них можно выделить фрайкор Морская бригада корветтен-капитана Эрхардта, это было самое боеспособное формирование и знаменито оно стало, благодаря своему участию в монархическом путче Каппа-Лютвица в марте 1920 г. Тогда фрайкор боевым маршем вошел в Берлин, занял правительственный квартал и объявил о рестоврации монархии, несмотря на такой яркий политический ход, попытка переворота не принесла нужного результата, немецкая общественность не поддержала путч монархистов.
Были и другие фрайкоры, например, Оберланд, принимавший участие в защите Верхней Силезии от посягательств польского государства, Балтийский Ландесвер, воевавший против коммунистов в образовавших прибалтийских государствах. Наиболее красочно эпоха фрайкоров описана в романе участника и будущего знаменитого немецкого писателя Эрнста фон Заломона "Отверженные"\"Вне закона" (1930 г.).
Изначально фрайкоры финансировались правительством Веймарской республики, однако союзники настояли на их роспуске, обвеняя гермнаское государство в нарушении пункта о численности армии. В результате финансирование фрайкоров приостановилось и постепенно к 1921 г. все они были расформированы. Характерными чертами участников фрайкоров были националистические взгляды, ненависть к большевизму, западным демократиям и к самой Веймарской республике. В дальнейшем бывшие участники этого явления стали организовывать полувоеннизированные союзы, организации, кто-то ушел в подполье и радикализировался, например, организация "Консул", известная своими убийствами веймарских политиков, основные участники организации были бывшие офицеры. Некоторые пошли по пути интеллектуальной рефлексии эпохи и выступали драйвером знаменитой консервативной революции, кто-то пошел в более радикальные движения и в будущем стали родоначальниками коричневой чумы...
Говоря о судьбе фрайкоровцев стоит сказать и о бывших фронтовиках в целом. Не все шли в радикальные движения и пытались что-то изменить силовыми методами, кто-то демобилизовался и пытался дальше жить простую жизнь: пошел на биржу труда и устроился на завод, в бюро, банк, преуспел в легальной политической деятельности, как, например, капитан Генрих Брюнинг, занимавший пост рейхсканцлера и министра иностранных дел в 1930-1932 гг., кто-то стал известным писателем или теоретиком. Каким бы сложным не был этот процесс, военное поколение интегрировалось в обычную спокойную жизнь, но, к сожалению, из-за тяжелых условий Версаля, непродуманной веймарской конституции, мирового экономического кризиса, спокойной жизнь оказалась недолго.
1. Винклер Г. А. Веймар 1918-1933: история первой немецкой демократии. ‒ М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2013. – 878 с.
2. Гёрлиц В. Германский Генеральный штаб 1657-1945. История и структура. М.: ЗАО Центрполиграф, 2005. — 478 с.
3. Мёллер Х. Веймарская республика: Опыт одной незавершенной демократии. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. – 312 с.
4. Пленков О. Ю. Мифы нации против мифов демократии. − СПб: Издательство Русского Христианского гуманитарного института. 1997. – 571 с.
5. Белая гвардия Германии – «дикая свора» фрайкоровцев. Дилетант. URL: https://diletant.media/articles/45271090/