Кровавая ночь перед тобой.
Появление в мир существ (имеется ввиду как появился Веровольф)
Более пятисот миллиардов лет назад, в недрах далекой галактики, вспыхнул свет небывалой мощи, окрасив пространство в багряные тона. Семья Версфельда, хранители древнего галактического рода, ожидали этого момента. Согласно многовековой традиции, родители передали новорожденного сына на воспитание Вер Верховному Хранителю, своему отцу, после чего покинули эту реальность, дабы не нарушить нить судьбы, предопределенной их потомку.
Версфельд рос под строгим надзором деда, постигая премудрости воинского искусства и неустанно овладевая мощью алой и чёрной ауры, унаследованной им от предков.
Однажды в его жизни возник Вольф – сущность, неотличимая от Версфельда, словно его отражение, сотканное из энергии, частица его самого. Несмотря на предостережения деда, Версфельд, ведомый наивностью юности, подружился с Вольфом, всецело доверяя ему.
Спустя несколько недель Веровольф начал слабеть, его тело покидала жизненная сила, будто на его плечи легло время непосильной тяжести. В отчаянной попытке выяснить причину недуга, Веровольф отправился в запретные области галактики, где и обнаружил ужасную картину: Вольф был заточен в энергетический куб, пульсирующий зловещим черным и алым светом.
Преисполненный решимости спасти друга, Веровольф направил свою энергию на ослабление оков. После освобождения, Вольф оттолкнул Версфельда и исчез в вихре тьмы, оставив в груди своего двойника нестерпимую боль.
Спустя годы, Веровольф, унаследовав титул Верховного Хранителя, взошел на трон и начал править вселенной, не забывая о предательстве того, кого когда-то считал частью себя. А целыми веками находился именно там, долгие годы.
Кровавые отражение луны.
Детство Веровольфа очень строгое было отмечено неординарными методами со стороны родителей, регулярно запиравших его в темной комнате. Семейство, обладая определенным достатком, отличалось суровым нравом. Отец покинул их, когда Версфельду исполнилось двенадцать лет, и с тех пор о нем не было никаких известий. Мама хотела поднять своего сына на высший уровень, и думала что его сын слишком опасный. В школьные годы Версфельд Рауль подвергался травле и оскорблениям из-за его веры в оборотней. В 11 классе, не выдержав насмешек, он ответил агрессией, за что одноклассники дали ему дозу неизвестного препарата.
Рауль значительно превосходил обычных людей ростом. Позднее в семье появился младший брат. Трагический инцидент произошел, когда Версфельд Рауль, пригласив друга в дом, случайно убил его своим неконтролируемым агрессией. После этого происшествия его мать приняла решение о помещении Веровольфа в психиатрическую лечебницу.
Его нестабильное состояние и представляемая им опасность для окружающих стали решающими факторами для принятия такого решения. Врачи и специалисты предприняли попытки установить причину его недуга и оказать необходимую помощь. Найдя диагнозы ДРИ (Диссоциативное расстройство идентичности) и ПСТР (Посттравматическое стрессовое расстройство) , не подтвердив, Версфельд не до конца понимал откуда у него такие диагнозы?.
В стенах психиатрической лечебницы Версфельд столкнулся с новой реальностью, где его внутренние демоны сплетались с попытками врачей понять и исцелить его. Он подвергался различным методам терапии, но ни один из них не принес ощутимого облегчения. Чувство изоляции и непонимания лишь усиливало его душевные страдания. Версфельд ощущал себя подопытным кроликом, за которым наблюдают и изучают, но не стремятся по-настоящему помочь.
Трансформация привела к немедленному и неконтролируемому всплеску агрессии. Версфельд, потеряв всякий контроль над собой, вырвался из лаборатории, где проводились эксперименты, и оказался в основной части психиатрической больницы, где содержались другие пациенты. В последовавшем хаосе он напал на медицинский персонал и пациентов, разрывая их на части с невероятной силой и скоростью.
За считанные минуты Версфельд, находясь в состоянии нечеловеческой ярости, убил более ста человек. Крики ужаса и предсмертные стоны заполнили коридоры больницы, в то время как обезумевший оборотень продолжал свою кровавую расправу. Служба безопасности больницы оказалась совершенно не готова к встрече с подобной угрозой, и их попытки остановить Версфельда оказались тщетными. Тяжело отдышавшись, он покинул это место навсегда, тогда она стала полностью заброшенной. Он поменял своё имя на "Версфельд Веровольф" чтобы его реже знали, а также скрывая свои моменты.
02.04.2007 день появления Кента.
2 апреля родился маленький комочек, по имени Кент. Он ещё не осознавал ничего, похлопывая своими голубыми глазами при белом свете, в палате его матери.
Так и начинается его история. Родители Кента, движимые нездоровым стремлением к обогащению, рассматривали своего сына как потенциальный козырь, объект, способный принести им огромные деньги. Охваченные маниакальной идеей, они вынашивали план по продаже Кента на аукционе, рассчитывая выручить за него баснословную сумму в 5 миллионов.
Их безумные амбиции не ограничивались только материальной выгодой. Они мечтали о славе и влиянии, которые, по их мнению, пришли бы вместе с таким необычным предприятием. Они представляли, как станут знаменитыми благодаря своей "гениальной" стратегии, как их будут обсуждать в светских кругах и на телевидении.
Однако их планы были обречены на провал. Кент, несмотря на свой юный возраст и отсутствие жизненного опыта, интуитивно ощущал исходящую от родителей угрозу. Он подслушал их разговоры, пропитанные цинизмом и алчностью, и осознал, что является лишь разменной монетой в их корыстных играх.
Решив во что бы то ни стало избежать уготованной ему участи, Кент разработал дерзкий план побега. Воспользовавшись моментом, когда родители отвлеклись, он покинул дом, навстречу неизвестности. В скитаниях по городу, полном опасностей и соблазнов, судьба свела его с Веровольфом.
Веровольф, мужчина средних лет с проницательным взглядом и добрым сердцем, сразу же почувствовал в Кенте родственную душу. Он предложил мальчику кров и защиту, став для него не только другом, но и заменил отсутствующего отца.
Когда Кент становился взрослым подростком, он чувствовал себя в комфорте вместе со своим отцом.
Кент преуспевал в учебе, проявляя особый интерес к литературе и истории. Веровольф всячески поддерживал его стремления, обеспечивая всем необходимым для развития.
Однажды спокойствие их жизни было нарушено страшным известием. В школе, где учился Кент, произошел пожар. Весть о трагедии мгновенно облетела город, повергнув всех в ужас и смятение. Веровольф, услышав о случившемся, почувствовал, как сердце его оборвалось. Не теряя ни секунды, он бросился к месту происшествия, охваченный страхом за жизнь Кента.
Прибыв к школе, Веровольф увидел охваченное пламенем здание. Из окон вырывались языки огня, а густой дым заволакивал все вокруг. Среди обезумевшей толпы родителей, в панике и отчаянии, Веровольф пытался узнать хоть что-нибудь о судьбе Кента. Но никто не мог дать ему вразумительного ответа.
Не дожидаясь помощи спасателей, Веровольф, движимый отцовской любовью и отчаянием, решился на отчаянный шаг. Он бросился в горящее здание, готовый на все, лишь бы спасти своего приёмного сына.
Веровольф пробирался по коридорам школы, взывая к Кенту. Сердце его сжималось от каждой секунды, проведенной в этом огненном аду. Он знал, что времени остается мало, и с каждой минутой надежда на спасение сына таяла.
Наконец, в одном из классов, среди обломков рухнувшей крыши, Веровольф обнаружил Кента. Тот был без сознания, завален обгоревшими балками. Не теряя ни секунды, Веровольф расчистил завал и, подхватив сына на руки, поспешил к выходу. Держа его, он увидел что был без сознания и весь в ожогах. Сразу доставили в больницу дабы помочь первой помощи.
После случая с Кентом ожогов обнаружено не было, но воспоминание о произошедшем глубоко врезалось в память. Даже спустя годы, малейшее повышение температуры или яркий свет вызывали у него непроизвольную дрожь. Детское сознание интерпретировало событие как нечто мистическое, необъяснимое, оставившее неизгладимый след.
Когда Кенту исполнилось восемнадцать, его отец, Веровольф, начал проявлять странное поведение. Напряжение в доме нарастало с каждым днем, а атмосфера становилась все более угнетающей. Однажды ночью, когда луна висела особенно ярко в небе, в доме раздались странные звуки – рычание, скрежет зубов, будто кто-то мучился от нестерпимой боли.
Кровавая ночь перевернула жизнь Кента. Он стал свидетелем трансформации своего отца в нечто ужасающее, в зверя, которого он никогда не смог бы себе представить. Веровольф, охваченный первобытной яростью, крушил все вокруг, и лишь проблески разума в его глазах указывали на присутствие человеческой души.
Кент, в ужасе, бежал из дома, пока тот на него среагировал. Веровольф пытался его догнать, но тот убежал в глубину леса.
Бежавший в панике Кент не мог оторваться от преследующего его ужаса. Ветка хлестнула по лицу, царапая кожу, но страх гнал его вперед, не позволяя остановиться. Он спотыкался о корни деревьев, продирался сквозь колючий кустарник, но рычание отца не утихало, оно звучало все ближе и ближе.
Внезапно, споткнувшись о выступающий корень, Кент рухнул на землю. Темная фигура нависла над ним, и в лунном свете он увидел искаженное яростью лицо Веровольфа. Отец, или то, что от него осталось, стоял над ним, огромный и чудовищный. Кент попытался отползти, но было поздно.
В едином порыве неконтролируемой агрессии, Веровольф бросился на сына. Его клыки сомкнулись на шее Кента, пронзая плоть. Боль была нестерпимой, оглушающей. Кент закричал, но звук утонул в рычании зверя. Кровь хлынула из раны, окрашивая землю багряным цветом.
Веровольф отпрянул, словно опомнившись. Ужас и отчаяние отразились в его глазах, на мгновение вернувших себе человеческий облик. Но было слишком поздно. Кент лежал на земле, бездыханный, его жизнь оборвалась от смертельной раны, нанесенной собственным отцом. Луна, свидетельница этой трагедии, безмолвно наблюдала за тем, как тьма поглощает лес.
Спасибо тем кто прочитал основной сюжетного фандома! Задаётся вопрос " а где ещё персонажи такие как Мирабель, Вера и т.д? "
— На этот вопрос есть два ответа ;
- Они не входят в основную сюжетную часть, разве что с истории Веровольфа.
- Это будет, но не совсем скоро.