3 день | Я стану твоим идолом
Перевод был сделан каналом: What in hell is Bad | Переводы
Михаил выбрал небесный путь, которым могли воспользоваться только ангелы, и спустился в ад. Даже когда ангелы спускались в ад, они не задерживались в мире смертных. Это происходило из-за густой, застоявшейся энергии, окутывающей ад – миазма, который дьяволы не могли ощутить.
Михаил:(Как отвратительно...)
Так думал Михаил, но не остановил свои крылья, уносящие его в Ад.
И наконец, достигнув небес над Потерянным Раем, он превратился в голубя. В облике голубя Михаил восседал на стене дворца «Потерянного рая».
Михаил:(Я впервые подошел так близко...)
Михаил часто «бродил» около дворца «Потерянного рая» под разными предлогами, но не дальше. И вот теперь он был взволнован и полон предвкушения. Сердце его колотилось так сильно, что его голубиное сердечко едва выдерживало.
Михаил:(Так тихо.)
Тишина напомнила ему о Небесах давным-давно, когда Люцифер еще называл их своим домом, и на мгновение беспокойный и нетерпеливый Михаил ощутил мимолетный миг покоя...
Звон, звон-!!
Но неподалеку раздался легкомысленный звонок, и Михаила заставили оторваться от давно забытого спокойствия.
Михаил:(Может, мне выклевать им глаза клювом?)
Охваченный раздражением, Михаил, столь непохожий на себя, представил себе мелкую месть. Именно тогда,
Михаил:(...Я вижу его.)
Люцифер появился в поле зрения. И в этот момент, впервые за долгое время, у Михаила полились слезы из обоих глаз. Этот величественный, точный шаг — как будто сам Бог научил его ходить. Эти сияющие платиновые волосы, похожие на хризантему. Эта ослепительная, безупречная кожа, как будто солнечный свет существовал только для того, чтобы светить на нее.
Михаил:(И этот взгляд, такой равнодушный и в то же время такой нежный...)
Михаил был охвачен ностальгией по всему этому, но затем внезапно он почувствовал что-то неладное.
Михаил:(Нежный...?)
Люцифер шёл по коридору. Рядом с ним шли Гамигин, Моракс и Марбас.
Гамигин: Брат Люцифер! брат Буэр изобрёл ещё один новый чай! Честно говоря, мне кажется, он на вкус точь-в-точь как предыдущий!
Марбас:Попробуй сказать это в присутствии самого Буэра, Гамигин.
Гамигин:Фу!.. Но!.. В прошлый раз ты сказал мне сказать то, что я действительно думаю, перед братом Буэром, и меня за это сильно отругали!
Моракс:Тогда, возможно, пришло время понять, что Марбас снова тебя подставляет.
Спокойный, мягкий голос Моракса произнес суровую правду, и Гамигин запрыгал в знак протеста, словно с ним поступили несправедливо. За всем этим молча наблюдал и рядом с ними шел Люцифер. И на губах Люцифера мелькнула едва заметная улыбка. В этой улыбке Михаил увидел мир, доброту, привязанность. Все, что Люцифер отнял у него навсегда.
Михаил:(.........Что это?)
Ярость Михаила переросла в замешательство, настолько сильное, что у него закружилась голова. В каждой фантазии, за которую он цеплялся на протяжении тысячи лет причиненных самому себе страданий, Люцифер всегда плакал. Сожалея о своих грехах, извиняясь перед Михаилом, Гавриилом, Рафаэлем. Он так сильно тосковал по дням, проведенным на Небесах со своими братьями, что это его душило. Но... Люцифер, которого Михаил увидел сейчас собственными глазами, был совсем не таким.
Михаил:(Не говори мне... это был только я...? Боль, тоска, печаль, ненависть — это всё было только во мне...?)
Это был всего лишь мимолетный момент, но даже этого было достаточно, чтобы Михаил понял. [Люцифер уже принял новых братьев и создал новую семью. Люцифер не страдал, не скорбел, не тосковал по нам.]
Михаил:(В отличие от меня, который делал это более тысячи лет.)
Михаил прижался ко лбу одним маленьким крылом. Сердце сжалось так болезненно, что казалось, будто его маскировка вот-вот разлетится вдребезги, а крылья вышли из-под контроля. Глаза, которые всего несколько мгновений назад смотрели на Люцифера с извращенной тоской и сломанной привязанностью, теперь были затуманены ненавистью, рожденной завистью и предательством. В этот момент несколько молодых демонов, пациентов центрального отделения дворца, вышли на прогулку, чтобы подышать свежим воздухом. Они заметили Люцифера и его спутников. Они были напуганы и в то же время благоговели перед Люцифером и робко приблизились, чтобы поприветствовать его. Люцифер, все еще сохраняя то же отстраненное выражение лица, наклонился так, чтобы его глаза встретились с их глазами на их уровне. Дети покраснели, застенчиво захихикали, и в этот момент уголки губ Люцифера слегка приподнялись. Это была сцена настолько прекрасная и умиротворяющая, что ее можно было бы использовать в качестве иллюстрации к сказке, и все же для одного Михаила она была невыносимо жестокой.
Михаил:(Что я делал... на протяжении этой тысячи лет...)
Ему ничего не хотелось так сильно, как выскочить, схватить Люцифера за горло и задушить его на месте, но это было логово дьявола. Сидевший на стене голубь тихонько вспорхнула и взлетел. Люцифер, уловив этот слабый звук, поднял голову и долго смотрел на пустое место, оставшееся после него.
Гамигин:Что, брат Люцифер, что такое? Что-то там?
Люцифер:Ничего нет.
Гамигин:Тогда почему ты на это смотришь?
Люцифер:Потому что мне бы этого хотелось.
Гамигин:???
Люцифер не понял, что это был Михаил, но по какой-то причине его сердце ощутило странное беспокойство. Точно так же, как после иллюзий, галлюцинаций и кошмаров, которые посещали его каждую ночь. Тем временем Михаил был настолько потрясен, что его маскировка под голубя полностью разрушилась. Едва скрывая свое божественное присутствие, он принял облик дьявола и проскользнул в одинокий переулок Потерянного Рая.
Михаил:(Он улыбнулся. Он... действительно улыбнулся.)
Когда-то давно Михаил почувствовал бы тепло, а может, даже облегчение, увидев такую улыбку брата. Но теперь всё иначе.
Теперь всё его тело было готово взорваться от ярости, предательства и ревности. Если так продолжится, он потеряет контроль и раскроет свою истинную силу. И тут у него внезапно возник вопрос.
Михаил:(Что такого особенного в Аду, что заставляет брата Люцифера оставаться здесь и так улыбаться?)
Видения спокойных дней Люцифера в аду проносились в голове Михаила, пока один образ не заставил все остановиться. В его сознании возникло лицо: дочь Соломона.
Михаил:(Вот именно. Он общается с этим человеком. Будучи ангелом, он отбросил свое целомудрие и связал себя с этим человеком.)
Его ум, изначально неспособный на логику, вскоре привел этот факт к странному выводу.
Михаил:(Если это так, то я тоже должен это знать.)
Потому что только тогда, думал он, он сможет по-настоящему понять Люцифера, и это, по мнению Михаила, было единственным способом простить его.
Михаил:(Даже если за это меня изгонят с Небес.)
Его мысли стали холодными и иррациональными. В этом хрупком состоянии Михаил разрабатывал план изнасилования дочери Соломона. Он еще этого не осознавал, но это было неизбежно. Пустота в глубине его души и разума — отсутствие Бога, бесчисленные годы мечтаний о нарушении главного табу, тоска, настолько сильная, что даже он больше не мог ее сдерживать... все это притупляло его убежденность в том, что табу никогда нельзя нарушать. К сожалению, теперь все вело Михаила по пути к его собственному падению. В этот момент, около переулка, где стоял Михаил, теперь уже переодетый дьяволом, он почувствовал чье-то присутствие. Но Михаил не убежал и не спрятался.
Михаил:Покажите себя.
По его команде из-за угла переулка вышли трое мужчин. Хотя они и выглядели как дьяволы, они без колебаний почтительно склонились перед Михаилом.
Михаил:Вы...
Михаил уже почувствовал, что это ангелы, но когда он увидел, кем они были на самом деле, он не мог не опешить.
Исрафил:Мы преклоняемся перед тобой, великий серафим Михаил.
Сарафииль:Мы — Исрафил, Сарафиил и Сандалфон.
Сандалфон:Мы — ангелы, когда-то служившие Его Величество Люциферу.