Тот, кого называли сыном Маммона

Восседая на троне, Метатрон посмотрел на Бимета сверху вниз и удовлетворенно улыбнулся.
Метатрон: Итак, тебе есть что мне сказать. Я дам тебе возможность высказаться.
Он говорил доброжелательно, и Бимет тоже сиял, словно был тронут. А несколько ангелов, которые смотрели на Бимета сверху вниз, были очарованы этой прекрасной улыбкой и покраснели...
Бимет: Как долго ты собираешься держать свою грязную задницу приклеенной к трону? Ты будешь сидеть там все время, между твоими ягодицами будет сыро, а твой трон будет пахнуть как демон, умерший от пролежней. Ты, отвратительный ублюдок.
Вместо нимбов над головами всех присутствующих — ангелов — возвышались вопросительные знаки.
Даже сам Метатрон замер, не в силах понять услышанное.
Бимет: Было так трудно стараться быть вежливым. Черт, ты знал? Его Величество Маммон тоже мне это говорил. Он сказал, что ему все равно, говорю ли я в его присутствии, но он хотел, чтобы я произносил только половину своего проклятого языка, а остальное замолкал, когда был с его сыном.
Ах. У Бимета была безупречная дикция и произношение. Казалось, он был рожден для этой речи (?) именно в этот момент.
Бимет: Наверное, было приятно охотиться на демонов в прекрасной стране и благородном дворце, построенном Его Величеством Маммоном. Хотя от тебя пахнет как от гнилого ангела, утонувшего и пролежавшего в воде три месяца, я терпел это ради Тартара.
Ангелы: Э-э-это что, дьявол сошёл с ума?!!
Ангелы слишком поздно пришли в себя и набросились на Бимета, сбив его с ног и избивая сверху, но фристайл-рэп Бимета не прекратился.
Бимет: Я подумал, что если я отрежу тебе член и приклею его тебе на лоб, чтобы ты выглядел как единорог, то, может быть, Богу стоило бы снова взглянуть на то дерьмо, которым ты являешься. Если бы я был Богом, создавшим тебя, я бы повесился вниз головой на кресте и покончил с собой. Потому что я бы чувствовал себя ещё большим неудачником за то, что создал тебя. Знаешь, почему Бог создал тебя, а потом и нас? Потому что Он был так недоволен тобой. Он считал тебя неудачником. И всё же ни одно существо в мире никогда не полюбило бы тебя, потому что ни одно существо не захотело бы дважды переспать с таким чудовищем, как ты, и если бы не это, ты был бы... Ужас...!
Тирада Бимета была прервана, когда Метатрон лично спустился со своего трона и начал топтать его шею сзади, раздробив её.
Метатрон: Ты... Мерзкий... Неудачник... Как ты смеешь оскорблять меня... Сына Божьего...? Эта земля всегда была моей. Бог создал её, поэтому вполне справедливо, что я, его законный сын, должен унаследовать её.
Бимет: Уф...! Черт... Смешно...! Это страна дьяволов, и если бы не это, ею бы вечно правил Его Величество Маммон...
Метатрон: Да. Именно поэтому я это и сделал...!
Бимет: ....Что?
На мгновение Бимет не только замолчал, но и задохнулся. Несмотря на отсутствие протеста со стороны Бимета, Метатрон зарычал про себя, ещё больше разволновавшись, словно слова «Божественная неудача» вывели его из себя.
Метатрон: Кеке. Я убил его. Короля Маммона, того, за кого даже смерть не стоило терпеть. Мне потребовалось три дня, чтобы убить его, сколько бы раз я ни стрелял, но в конце концов он умер.
Глаза Бимета покраснели, а вены на веках лопнули.
Бимет: Ты...!!! Ты...!!! Мусор!!!! Нет!!! Ты даже не Божья ошибка!!! Ты — Божье злодеяние и Божье ДЕРЬМО!!!! Ты — Божья рвота!!!!
Когда Бимет впал в ужасающую ярость и закашлялся кровью, даже ангелы с неохотой отступили. Ему это показалось странным. С тех пор, как у него появилась проблеск надежды, что принц жив. Нет, может быть, задолго до этого, когда они потеряли Маммона. Как ангелам и Метатрону удалось так быстро и без особых усилий захватить контроль над Тартаросом?
Бимет: (Вероятно, это потому, что они всё это спланировали заранее...!!)
Когда Бимет повернул голову и попытался укусить Метатрона за лодыжку, гигантская ступня Метатрона грубо ударила Бимета ногой в лицо.
Метатрон: Я спас твою никчемную жизнь...! Ты даже не представляешь, как ты мне благодарен...!
Когда Метатрон в ярости наступил ему на шею, казалось, что в любой момент он раздавит ключицу, но Бимету удалось заговорить, несмотря на то, что его лицо было ярко-красным, из носа шла кровь, и он задыхался. Он сходил с ума, но не боялся. Мысль о том, что он наконец-то сможет выполнить свою часть работы, наконец-то сможет следовать за своим хозяином, даже заставляла его смеяться.
Бимет: Какакакакакахахахаха!! Вид того, как ты пытаешься убить меня своими спагеттиобразными руками, заставит весь Тартарос так сильно смеяться, что мои барабанные перепонки лопнут, и я убью себя первым!! ХАХАХА!!!
Метатрон: Ты... Твой рот... Просто умри.
Бимет: Кекеке...! Ты такой чертовски тяжелый, свинья...!! Да, убей меня! Умру ли я здесь от сломанной шеи или от удушья, не потому что ты сильный, а потому что ты... тяжелый...
Голос Бимета наконец дрогнул. Вместе с ним дрогнуло и дыхание.
Метатрон: Фух... Фух... Фух...
Напротив, Метатрон был в ярости и не мог успокоиться. Именно Метатрон приказал остальным оставить Бимета в живых, поскольку тот был полезен, но убил его собственной ногой. Ангелы колебались, не зная, следует ли им убрать тело Бимета или оставить его у ног Метатрона, пока он не закончит изливать свою злость. Вот почему никто из присутствовавших там ангелов этого не заметил. Как слабый свет поднялся от тела Бимета, погас, с багровыми глазами и лопнувшими венами, подобно ангелам самоуничтожения, и исчез, мерцая. Свет души Бимета с молниеносной скоростью устремился к знакомой подземной тюрьме. Чистые существа, не способные покончить с собой. Это была смерть в тот момент, когда он этого хотел. Всё было ради Тартара.
Бимет: (Я беспокоюсь за своего маленького сына... Но наверняка он умнее меня и поймет, что я имею в виду.)
Он умело прятался возле факелов, чтобы скрыть свой свет, когда присутствовали охранники, а когда они уходили, пробирался в одну из камер. Это была та же камера, где Бимет находился несколько часов назад. Пол, на котором лежало его еще живое тело, разумеется, был лишен всякого тепла. Но у Бимета не было времени на сентиментальность, он собирался спуститься туда...
Элигос: А, Бимет? Ты здесь...?
Голос Элигоса доносился откуда-то.
Валефор: Бимет ушел раньше, я не слышал, чтобы он вернулся.
Элигос: Да, но... Почему-то мне кажется, что Бимет находится где-то поблизости...
Когда Элигос уныло произнес эти слова, в камере снова воцарилась тишина. Бимет сжал кулаки. Если подумать, он даже не потрудился попрощаться с ними двумя, чтобы не показаться подозрительным.
Бимет: (...Надеюсь, вы меня поймете.)
Слабый свет на мгновение вспыхнул, словно от влаги, а затем исчез под полом. Камера перед келией принца сегодня снова плохо охранялась. Это было вполне объяснимо, поскольку заключенный внутри не проявлял ни малейших признаков бунта, не говоря уже о попытках побега за последние годы. Бимету невероятно повезло. Он поспешно подошел к принцу и радостно окликнул его.
Бимет: [Ваше Высочество! Ваше Высочество! Это я, Бимет... Аааа.]
У Бимета от удивления отвисла челюсть, и он, полагаясь на слабый свет, исходящий от него, смог разглядеть лицо принца сквозь растрепанные волосы. Пухлые, очаровательные щеки исчезли, уступив место твердым костям, а некогда гладкая кожа покрылась мышцами, которые, казалось, вот-вот лопнут. Руки, едва державшие пачку денег, разрослись и удлинились настолько, что закрывали лицо Бимета, а его конечности стали длинными и толстыми, каждая из них — настоящим колоссом.
Бимет: Разве он не... оказался в ловушке в этом месте...?
Даже у Валефора, который постоянно тренировался, не было такой идеальной фигуры. Но...
Бимет: [Ваше Высочество...?]
Принц даже не открыл глаз, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться, хотя Бимет уже долгое время сверкал перед ним. Из тела принца вырвались лучи света, подобные душе Бимета, и окружили его душу. Сначала их было всего пять или шесть, потом их становилось все больше и больше, пока их не стало достаточно, чтобы осветить комнату.
Бимет: [Ты...?]
Души: [Мы все — демоны Тартара. В тот момент, когда мы закрыли глаза, мы подумали: «Я хочу быть рядом с Его Величеством Маммоном и Принцем», и нас всех привели сюда. Если бы я знал, что принц жив, я бы боролся сильнее...Ничего не могу поделать, он единственный, кто остался в живых и может общаться с душами.]
Бимет: [...? Но я вдруг услышал голоса душ...!]
Души: [Ах... Наверное, это чудо, сотворенное им самим.]
В густом сиянии душ печально мелькнула одинокая искорка, которая произнесла свою мысль.
Души: [Был один, кто первым рассказал нам об этом… О том, что наши души могут отдать свои жизни вместо Принца…]
В этот момент воспоминания Бимета напомнили ему еще об одной важной зацепке. Среди обитателей демонического мира тихо циркулирует странный слух о том, что под землей живет чудовище, которое не умирает, сколько бы раз его ни убивали...
Бимет: (Значит, принц до сих пор не умер... Потому что души его защищали...?)
Бимет содрогнулся, осознав, что пока они, царская свита, впадали в отчаяние, ничего не зная, обычные демоны Тартара защищали принца даже после своей смерти.
Бимет: [......Спасибо за то, что защитили принца и дали мне подсказку.]
Души: [Неважно, он здесь не для того, чтобы его приветствовали, он первым исчез. Он время от времени появляется, словно в видениях, на подобные темы и витает где-то поблизости. Думаю, я знаю. Как это стало возможным. Они просто не могли перестать наблюдать, как он растет и в конце концов становится счастливым. Жизнь внутри него сделала нас тоже жадными.]
Бимет чувствовал себя так, словно его душат. Все чувствовали то же самое. Он не был исключением. Все любили принца, очаровательного мальчишку, будущего короля. Принца, слабого, но жадного. Бимет подлетел обратно к носу принца и заговорил с ним, словно успокаивая ребенка.
Бимет: [Ваше Высочество... Приношу свои извинения за то, что на днях сказал: «Нам не нужен такой король, как вы», и за то, что на днях сказал: «Если бы вы стали королём, золотая река Тартара потекла бы вспять».]
Души: [Эх... Ты сказал что-то настолько резкое...?]
Не обращая внимания на болтовню душ, душа Бимета продолжала свой путь.
Бимет: [Я беру свои слова обратно. Пожалуйста, стань королём. Тем королём, которым ты всегда хотел быть. Знаете ли вы? Что ангелы разграбили все остальные места, но они еще не разграбили Его Величество Маммона и сокровищницу Вашего Высочества. Поэтому сокровища внутри остаются нетронутыми. Это только начало. Золотой трон, этот величественный замок и эта страна — всё будет твоим. Если бы только ты снова стал нашим королём...]
Принц: Этот голос... Это Бимет?
Все вокруг заблестели, словно испугавшись.