Пир, что всегда с тобой — 4 "Бессознательная охота"
Страж порядка: Семья Тавернье неизбежно столкнется с несчастьями из-за поиска сокровищ. Близких, или тех, кто получит сокровище, постигнет та же участь. Но ты ведь не веришь в это предсказание, не правда ли? Адель Тавернье, или же мисс "Брюм"?
В допросной не было никаких звуков, кроме легкого шума камеры.
Каждое слово показаний молодой девушки было схвачено записью, превращаясь в холодные сигналы на магнитной ленте.
Брюм: При таких обстоятельствах, не могу сказать, что совсем не верю.
С беспомощной улыбкой она опустила взгляд на свою ладонь.
Брюм: Если и сбудется, то что? Очевидно, что в итоге мы все умрем, но ведь все равно продолжаем жить. Пока этот судьбоносный поворот еще не наступил, я не собираюсь жить в постоянном страхе.
Брюм: Иными словами, даже если финал нельзя изменить, я не хочу жить по предопределенному сценарию. В тот день я отвезла Селию к ее дому... и вот что я ей ответила. Оглядываясь назад, думаю, что все начало меняться именно с того момента.
Адель: Ммм... вкуснятина! Я не знала, что картошку можно приготовить так вкусно!
Селия: На самом деле, качество примерно на том же уровне, что и в школьной столовой. Так как ты сама почти не готовишь, для тебя она особенно вкусная.
Адель: Ага, в конце концов, когда я была ребенком, мой незадачливый батек только и приносил консервы, говоря "В джунглях и за такое спасибо скажешь". Но я же даже не покидала Париж!
Селия улыбаясь покачала головой и приняла пустую тарелку подруги, давая ей еще одну порцию картофельного пюре.
Селия: Ты сама сделала выбор, сказав, что не станешь охотницей за сокровищами.
Адель: Я отказываюсь жить по предопределенному сценарию... К тому же, не забывай, что ты тоже приняла в этом участие, выбрав страницу в брошюре с вакансиями!
Селия не смогла переспорить, поэтому она выложила еще две ложки тушеного мяса на картофельное пюре, сложив их в небольшую горку, и поставила ее перед Адель.
Селия: Ну и хорошо, но глянь на себя, красноречивия хоть отбавляй... Наша мисс шоферша встретила что-нибудь занятное?
Адель: Ага. Но это было скорее "странное", чем "занятное".
Прикусив ложку она начала вспоминать недавнюю ситуацию. Выражение гадалки отчетливо запечаталось в ее голове.
Адель: Я фигею, приехала в Салон гадания на квартале Марэ, а гадалка там — шарлатанка, которая еще и меня обмануть пыталась! Бредятину какую-то предсказывала, на уровне "проклятия Тавернье"... а потом как рухнула, так и... умерла.
Глаза Селии расширились, и вилка в ее руке невольно ударилась о тарелку.
Адель: Полиция уже занялась этим, не волнуйся. Что же о предсказаниях, ты ведь знаешь, что я в них не верю.
Селия: Тогда зачем ты поехала в Салон гаданий?
Адель: Я? Еще бы я туда ехала. Это старая клиентка моя, леди Фелисьен, вдруг решила туда поехать. Еще и сегодняшняя авария... ну и ладно, что ж все о работе и работе. А ты как? Есть что-нибудь интересное?
Селия не стала следовать вопросу Адели и развивать другую тему. Вместо этого она остро подметила несколько слов в ее фразе.
Селия: Старая клиентка? Я не слышала чтобы ты о ней говорила. Я что, настолько давно торчу в школе?
Адель: Да ладно тебе, хватит вопросов! Если исчезнешь еще на несколько месяцев, этот малыш вовсе забудет твой запах.
Маленький дракон на плече Адель издал рев, похожий на протест, и Селия не прикасаясь, будто бы хлопнула его по голове.
Селия: Этот "малыш" вызван твоим семейным арканным навыком, как дух-хранитель. По идеи, если помнишь ты — будет помнить и он. Его память — твоя память. Он даже может читать твое подсознание, а ты этого и не заметишь.
Адель: Не могу понять и запомнить эти сложные теории... Это твоя нынешняя тема исследований?
Селия: Да. Профессор Розо вдохновился опытом швейцарского психолога и теперь возглавляет всю исследовательскую группу, чтобы добиться прорыва. Наши исследования уже дали первые результаты.
Адель: Опять это... собира… что-то там... сознание?
Селия: Коллективное бессознательное!
Отличница сурово поправила очки, открыв тетрадь. Двоечница поняла, что дело пахнет жареным.
Адель: Ага, я запомню! Обещаю...
Селия: Бессознательное гораздо сложнее, чем ты думаешь, Адель. Возможно, в нем может содержаться ключ к переменам в Париже.
Селия: Каждый из нас подобен небольшому острову в озере, этот остров и есть наше сознательное "я". А наши бессознательные воспоминания хранятся в этом озере, соединяющем нас всех По мнению Юнга, именно это и есть коллективное бессознательное, общее для всех. И война, разрыв между богатыми и бедными, бесконечная борьба между арканистами и человечеством... Они как деревья на острове. Сколько бы ты не рубила их, пока есть корни, они появятся снова.
Увлеченная ученая закрыла тетрадь и вопросительно глянула на Адель в ожидании ответа.
Адель: Сейчас всем живется нелегко, это факт... Но какое это имеет отношение к нашему бессознательному? Неужели мы сами хотим этих конфликтов?
Селия: Конечно нет! Но это действительно часть нашего коллективного бессознательного, и это будет повторяться на протяжении всей истории. Чтобы устранить деревья, символизирующие конфликты, их нужно вырвать с корнем. Это почти невозможно. Но что, если бы мы могли повлиять на озеро внизу, влив в него потоки мира и равенства? Даже струйка воды, поглощенная корнем дерева, может изменить его. Наши исследования сосредоточены на том, как воздействовать на коллективное бессознательное более научным и наглядным способом, тем самым изменяя массы. Это эффективнее любого реформаторского закона!
Адель почесала голову. У нее не было таких высоких амбиций, и она не собиралась никого менять.
Адель: Таким образом, вы исследуете... контроль мыслей каждого человека?
Селия: Конечно нет! Индивидуальные мысли по-прежнему будут сохранены. Мы оставили только идею. Если заложить прекрасное видение в коллективное бессознательное, то даже без быстрых результатов возможность уже будет существовать. Гюго не знал, как может наступить тот прекрасный день, но все же записал свои мечты в книги и донес их до каждого француза. Мы поступаем так же, только не полагаемся на столь неконтролируемые вещи, как литературное творчество, а прибегаем к более научным методам.
Адель: А Винсент? Похоже он фанатик Наполеона. В ваших исследованиях есть какой-то риск?
Селия: ...Я не могу сказать "рисков точно нет". Коллективное бессознательное хранит примитивные образы цивилизации. Чем универсальнее искусство, легенды и сны, общие для людей, тем сильнее их воздействие на коллективное бессознательное. Винсент, должно быть, заражен "Наполеоном". ...По секрету говорю, подобные наклонности у него были и раньше. В конце концов, любое вмешательство в человеческое сознание всегда несет риск умопомешательства. Пока мы не найдем безопасный метод, Винсент явно будет не единственным подобным случаем…
Адель: Универсальность… распространённые легенды… умопомешательство…
Внезапно Адель пришла в голову мысль.
Госпожа Леманн: И вот оно очнулось от столетнего сна, явившись в нашей эре чтобы навлечь страдания на людей! Это мы пробудили его...
Адель: Например, "Жеводанский зверь"?
Адель назвала имя, что услышала в Салоне гаданий.
Селия: Ты о том, о котором весь город только и говорит? Но исторически, "Жеводанского зверя" никогда не существовало... Стой, а это имеет смысл. Семя страха перед "Жеводанским зверем" через слухи попадает в коллективное бессознательное, затем усваивается отдельными людьми и, наконец, прорастает... Это имеет смысл!
Подруга подпрыгнула со стола, бросилась к тетрадке, лежавшему рядом, и начала что-то записывать и рисовать.
Сесия: Спасибо тебе, Адель! Ты всегда даешь мне совершенно новую порцию вдохновение! Нужно снова вернуться к фреске "Пляска смерти"... возможно, все это связано! Как только результаты моего исследования будут опубликованы, я обязательно куплю тебе самое красивое удачливое ожерелье на свой гонорар!
Адель: Тогда выбирай тщательнее, ведь я буду носить его каждый день.
Когда дело доходит до исследований, ее подруга проявляет в разы больше энтузиазма, чем обычно. Адель уже привыкла к этому.
Адель: Уже планируешь делать что-то особенное?
Сесия: Точно, но пока сохраню в секрете. Я скажу тебе первой, как только окончательно решу. Я гарантирую тебе... нет, возможно, весь мир будет потрясен этим открытием. Но не смейся надо мной. Иногда я ощущаю себя городским искательницей приключений… с бумагой и ручкой в руках, исследую сокровища, скрытые в слоях истории. В каком-то смысле — как и твои родители.
Сесия: Прости, погарячилась... Перегнула палку.
Адель: Они вряд ли ответственные люди, Селия. Недавно я получила письмо от них. Там постоянно говорилось о находках ценных руд, древних фресках и тому подобном.
Сесия: О, ты уже читала? Круто! Я имею ввиду... мне очень нравятся рассказы об этих авантюрах...
Внезапный наплыв энтузиазма подруги вызвал у Адель смесь смех и слез.
Адель: Мне иногда кажется, что ты больше подходишь на члена семьи Тавернье.
Сесия: Ха-ха... вот и хорошо. Куда ты планируешь ехать завтра с постоянной клиенткой?
Адель: В хрустальную мастерскую на улице Мира. Есть вещи, которые хочу проверить.
Сесия: Размышляешь над пророчеством гадалки? Не позволяй бессознательному поработить тебя, Адель…
Адель: Опять я попала в твою сферу компетенции, да?
Сесия: Как я и говорила, корень большинства проблем лежит глубоко в человеческом разуме...
Друзьям в давней разлуке всегда есть о чем поговорить. Вскоре звезды заполонили все небо, ярко сияя в ночи.
Адель: Селия, как ты думаешь, судьба действительно существует? А? Селия?
Подруга уже погрузилась в мир сновидений, где она еще не соединилась с Адель в "океане коллективного бессознательного".
Адель: Ладненько, сладких снов... Пусть завтра у нас двоих все пройдет благополучно.
Страж порядка: Итак, на следующий день вы отправились в хрустальную мастерскую Берилл Буаниш.
Страж порядка: Ты сказала, что получила там "странное предсказание".
Брюм: Берилл Буаниш... она предвидела мой визит. Точно так, как она заранее предвидела все, что случилось после этого.
В недавно опубликованном опросе "Городов, где арканисты предпочитают селиться", первое место в рейтинге занял Париж. Большинство опрошенных признали, что жизнь в крупных городах, населённых преимущественно людьми, непроста. Арканнные навыки нередко, как активно, так и пассивно, нарушают устоявшиеся социальные нормы, что предопределяет ненужный хаос и проблемы. Тем не менее Париж с давних времен отличается высокой толерантностью к различным этническим и социальным группам. Здесь человеческие художественные объединения порой воспринимают арканные практики, как удивительное и романтичное искусство, а арканисты нередко становятся почетными гостями салонов. Для человечества это рассадник искусства, а для арканистов — плодородная почва для творчества.
Сообщается, что в этом году многие известные предприниматели в области Арканума открыли филиалы в Париже, и их доверие к городу привлекло еще больше внимания. Этот исторический город непрерывно привлекает арканные ресурсы со всей Европы. Несмотря на продолжающиеся опасения людей относительно распространения Арканума, мы уверены, что все больше городов будут брать Париж в пример.