Залечи моё израненное сердце
Снова дождь. Холодные капли с шумом падали на асфальт, образуя огромные лужи. В жилых кварталах ни единой души, люди отдыхают после долгого трудового дня. Такая погода лишь разжигала желание сладко уснуть, закутавшись в одеяло или объятья партнёра, под барабанное звучание ливня по кровле дома. Для некоторых людей дождливая погода — это катализатор для настоящего удовольствия. Они наслаждаются шумом капель, ароматом земли и свежестью воздуха, которые появляются во время дождя. Но так было далеко не всегда, далеко не у всех...
Несколько лет тому назад, на пустынной планете Сигонии, полной жизни и благословения, произошла кровавая бойня. Невинные авгины были повержены. Проделав огромный путь, выжил лишь мальчик с прелестной внешностью — Какавача.
«Мы воссоединимся при следующем сиянии Какавы» — нежные, но столь терзающие сердце слова сорвались с уст старшей сестры.
Но не осталось выбора, как двигаться вперёд, уверяясь в своей удаче и благословении Матери. Увы, получив новое имя, связанное с неколебимым везением, прошлое не было забыто.
Словно учуяв усталое, как физическое, так и психологическое состояние Авантюрина, на зло начался сильный ливень. Парень бесчувственно поднял взгляд на тёмное небо, и ледяные крупные капли попадали на лицо, стекая вниз, моментально промокая всю одежду.
Снова. Воспоминания, как пластинка в граммофоне, заиграли с новой силой. Голова блондина невольно опустилась, взирая на асфальт, где образовались огромные лужи. Его взгляд был устремлен на свое отражение — пустые, замученные глаза, в глубине желающие обрести покой. Клеймо ярко отсвечивало в воде, вынуждая появиться кривой улыбке на лице, прежде чем парень с гневом наступит на свой отблеск. Дождь раздражал, заставляя думать о прошлом, об этих холодных, жестоких взглядах, о чужих прикосновениях и о страшных кошмарах, которые не отпускают его. Каждый раз он чувствовал отвращение к самому себе.
— Это прожито. — вместо уверенного голоса возникает дрожащий, непонятно лишь, из-за холода или собственных эмоций. — Меня ждут... Дома.
Среди грязной лжи самому себе просачилась истина.
Добравшись до жилища, Авантюрин стоял перед дверью, пытаясь заставить себя сделать шаг и открыть ее, но не мог. Почему он нервничал? Воспоминание промелькнуло в голове, чувствуя себя недостаточно чистым. Недостаточно достойным тебя, недостойным твоей любви и заботы.
Парень коснулся ручки, поколебался. Постоял так еще несколько секунд, прежде чем взяться за нее, все еще не в силах заставить себя отворить дверь. Сделав глубокий вздох и нацепив обычную улыбку, он шагнул в дом. Сразу же приятное тепло и свет наполнили его уставшее тело, по которому он скучал. Авантюрин снял пальто, с которого скатывались капли воды на пол. Среди звуков дождя, который стучал по кровле дома, послышались тихие шаги. Т/И. Твой взгляд нежно прошёлся по его мокрому виду, постепенно становясь озабоченным. Фальшивая улыбка разлилась по его лицу, когда он заметил твой силуэт.
— Я думал, что ты спишь. — сказал блондин неловко, удивлённо, поднимая взгляд на тебя, стоящую в проёме гостиной.
Ты молчала, прежде чем вздох сорвался с твоих губ. Парень чувствовал, как твой обеспокоенный взгляд анализирует его внешность, замечая скованное поведение, которое пыталось что-то скрыть. Оттолкнувшись от двери, ты встала рядом с ним, не давая пройти вперёд. Руки ласково потянулись к его щекам, пальцы проскользнули по скулам. Твоё тёплое прикосновение к его лицу, твой сосредоточенный взгляд, но такой родной... Это вызвало у него желание просто выплеснуть все накопившиеся наружу. Поддаться этому чувству внутри себя и позволить тебе узнать все, но нет, сама мысль об этом заставляла его застывать на месте, казаться оленем перед волком. Он дрожал, его тело было холодным, одежда промокла, а с волос капала холодная вода. Дрожащими пальцами Авантюрин схватил твои руки, пытаясь отвести их от своего лица, но не смог заставить себя сделать это.
— Я в порядке, милая. — он издал сухой, болезненный смешок. Трудно сказать, было ли это выражением сарказма, отрицания или нервной реакцией. На его лицо натянулась улыбка.
— Не лги. — твердо сказала ты, не опуская рук. Он врал. Это был четвертый раз, когда ты слышала от него эту фразу. — Авантюрин.
Он ненавидел это. Твои озабоченные вздохи, серьёзный взгляд, ловящий на лжи. Ненавидел то, что ты оказывала на него такое воздействие, ненавидел, как могла заставить его открыться, независимо от того, как сильно он пытался отгородиться. Он боялся впустить тебя.
Авантюрин попытался избежать твоего взгляда, но прекрасно понимал, что это бесполезная попытка.
Напряжённо молчание. Блондин разрывался между тем, чтобы сказать правду и спрятать ее глубоко внутри, потому что так было легче. Последовал тяжелой вздох, прежде чем ему пришлось сдаться. Его вымученная улыбка исчезла.
— ... Ты слишком хорошо меня знаешь. — пробормотал он, глядя вниз.
Ты осознавала, что нужна ему, но он не признавался в этом добровольно. Какавача предпочитал скрывать свою боль за улыбкой и притворяться, что все в порядке. Но ты не позволила бы ему продолжать страдать молча. Твои руки нежно, но решительно притянули его ближе к себе, обвивая его шею. Ты не собиралась позволить ему так легко сбежать. Авантюрин невольно наклонился, жаждая ее прикосновения, как растение нуждается в солнце. Легкая дрожь пробежала по его спине, и ему захотелось мысленно проклясть себя. Он должен был быть сильным мужчиной, богатым человеком, но сейчас выглядел, как дрожащий осиновый лист от твоих прикосновений... От твоей заботы.
Авантюрин обладал железным контролем над собой. Человек, который мог прожить день, не выказав ни капли эмоций, с улыбкой на лице. Но перед тобой он был совершенно беззащитен. Каждый раз... у него не хватало сил оставаться сильным, каждый раз его трясло, дышать становилось все тяжелее. Парень закрыл глаза, чувствуя, как к ним подступают слезы. Он прижал тебя крепче, его пальцы зарылись в ткань твоей футболки. Тихий судорожный всхлип вырвался из его груди.
Ты еще крепче обняла его, начиная перебирать пальцами его волосы, нежно поглаживая их, пытаясь успокоить. Ему не нравилось проявлять слабость, но прямо сейчас был необходим кто-то, на кого можно опереться, и ты была этим человеком.
Какавача хотел сказать что-нибудь что угодно, но слова застряли у него в горле, как будто ему не хватало воздуха, он хотел убежать. И в то же время ему хотелось быть еще ближе, крепко обнимать, выпуская то, что гложило так долго.
Единственным звуком в комнате было ваше дыхание и стук ночного дождя по окнам. Авантюрин долго стоял так, молчаливый, неподвижный. Он не хотел, чтобы его девушка волновалась, не хотел снова видеть этот взгляд в ее глазах, и в то же время отчаянно хотел быть рядом. И ты тоже молчала. Ни один из вас не произнес ни слова, но ты знала, что ему нужен этот момент, чтобы успокоиться, собраться с мыслями.
Он ненавидел это. Как сильно он ненавидел. Как сильно он любил тебя.
Блондин крепче зажмурил глаза, его руки переместились с твоих плеч на талию, вцепившись в ткань твоей одежды. Ему не хотелось отпускать, он не хотел видеть твоего лица, не тогда, когда был сломлен, когда слезы текли по его щекам.
Мягкий голос и заверения, что все будет хорошо, как бальзам на его израненную душу. Он знал, что этого не будет. Все было далеко не хорошо, но... Ты была упрямой, но в то же время очень любящей и заботливой. У него находилась тысяча причин не подпускать к себе, возвести стены... Он был грязным, рабом, сломленным, ущербным человеком, но было ли это важно? Его руки крепко сминали ткань в кулаках. Это первый раз, когда Авантюрин позволяет себе быть слабым. Впервые он такой открытый и уязвимый, впервые с того дня проливает слезы при ком-то.
Постепенно дыхание замедлилось, тело согрелось и пропала дрожь. Парень прильнул к тебе, крепко прижимая к себе, наконец-то освободившись от всех эмоций, которые сдерживал. Он позволил себе быть уязвимым перед тобой, чувствуя себя в безопасности и понятым. Рыдания медленно стихли, оставив после себя волну усталости и изнеможения. Какавача глубоко вздохнул и поднял голову, чтобы взглянуть в твои глаза. Обычная искусственная улыбка исчезла, сменившись выражением уязвимости и доверия. Он нежно коснулся пальцами твоей щеки, все еще прижимая ее к себе. Слабая, но искренняя улыбка появилась на его губах. После всех ужасных дней, полные крови, насилия и страха, Авантюрин обретал покой в твоем присутствии.
Ты же, в свою очередь, помогала ему излечить шрамы, идущие с самых ранних лет, что больше никогда не назовёшь детством. Это момент, менявший жизнь, давая понять... У него снова есть дом, в котором будут ждать с нежными объятьями и поцелуями. А если невзгоды и станут на пути, Т/И поддержит и выслушает парня.
Боль медленно стала исчезать, наполняя дни чистыми, радостными воспоминаниями. Стало легче.