"Фигура посреди кольца"

Тима Прямоушкин - талисман, который выбрал нелучший путь и разуверился в своём призвании.

"И удивительным показалось вдруг - это в какую же сторону кот начал думать однажды, что буйство его совершенно погасло? Ведь всё в его далёком детстве было. Нет, разумеется, Эквалюниум был тогда куда ниже, куда шершавее и куда кровавее… Но всё-таки? Те же сакуры, та же плазма… Да и люди изменились не настолько, насколько могли бы. …А не начал ли он в один момент обращать слишком много внимания на суть тех, кому должен был помочь?..- ... Что ж… Ста-а-ало быть, они того заслуживали! - яростно отогнал Прямоушкин наваждение и слишком поздно понял, что снова произнёс всё вслух." Глава 11.

"Квай-У цокнула каблуком, приняла боевую стойку и увела фонарь направо - такой традиционный призыв к поединку. Прямоушкин остановился, поглядел немного вопросительно и утомлённо пропустил воздух. Но вызов всё-таки принял. Резкими выверенными порывами он подходил к скоморошке. Он должен был захватить спектральный шлейф обручем и погасить фонарь. Девушка увела фонарь повыше и умело уклонялась, когда кот обступал её и совершал прыжки. Прямоушкин мотал два обруча на предплечьях, а остальные сжимал в лапах - он выбирал момент, атаковал, и проворачивал их, чтобы собраться с мыслями. Девушка прижимала рукоять к груди и отходила назад. Минимальный наряд её ловил отблески. В момент Прямоушкин ринулся к ней, перескочил через голову, и захватил шлейф в полёте. Он закрутил обруч и стал медленно отходить. Девушка же обхватила рукоять покрепче и посильнее дёрнула - шлейф вырвался из солнечного захвата и раздался вспышкой. Николай и Маргарита прибежали поддержать кота. Не каждый день такое увидишь. Подходили посетители и присоединялись. Скоморошки же болели за свою. Прямоушкин опомнился. На потеху публике он сменил пары обручей в воздухе и сделал ещё один прыжок. Квай-У же решила его провести, “приманить” - она специально взяла фонарь так, чтобы достать его казалось просто, и резко убрала его, когда кот находился в полёте. Плавным движением шлейф нарисовал дугу. Кот же перегруппировался, приземлился на ноги и в одно сальто долетел до фонаря. Он захватил шлейф, провернулся и погасил-таки иллюзию. Квай-У уронила рукоять, показала пустые ладошки и улыбнулась. Прямоушкин сценически вскинул ладонью и присел на пол. Он уменьшил обручи и теперь устало их тасовал." Глава 9

"Прямоушкин машинально перенял планшет и будто бы поплавился. Он отвернулся, окинул гостей взглядом, полным ужаса, и прочитал на открытой странице:
“Спектр послал вестника. Хочу надеяться, что ты это предвидел. Исполни просьбу этого вееранта. Если всё произойдет так, как я того ожидаю, тебе точно будет, чем заняться в ближайшее время. Так что, планов не строй. Ты, надеюсь, помнишь: понадобишься - я тебя из под земли достану. С наилучшими пожеланиями Дядя Трилли, Неподражаемый или Многоликий (в твоём случае Многоликий, я всё помню)”
Вот так. Беспокойство оправдалось. Спектр всё-таки очень ироничен. Прямоушкин это знал с пелёнок, и всё же каждый раз удивлялся его жестокой изобретательности. Кто бы знал, что ему, в его весьма почтенные годы, придётся так вот просто встать и принести на звездолёт целую новую эпоху…. Не десятилетиями ранее, когда каждому бы впору стать героем, а вот прямо сейчас - когда и форма уже заметно подрастерялась, да и, чего греха таить, возвращать её и не хочется.- ”Глупо спорить со Спектром - он сведёт тебя с ума, но своего добьётся…” - вновь вспомнились наставления. Вообще-то Тёмный Талисман много говорил о характере Спектра. Но Прямоушкин предпочитал пропускать мимо ушей то, что считал бесполезным. Его, в своё время, куда больше интересовало, как бы на этом самом Спектре поднять себе репутацию. И не сказать, что он не был тогда по-своему прав… Но теперь он безуспешно пытался вытрясти из бездны памяти хотя бы крупицы утерянной мудрости. Вот бы выплыло хоть что-нибудь полезное…" Глава 3

"Кот устроился поудобнее и положил руки под голову. Чудесный инструмент аккуратно переносил его на ближайшую крышу. Издалека донёсся голос:- Сахарочи не оставит тебя! За плазмопадами, среди зелёных травинок и в стволах деревьев. Мы всегда будем здесь. Мы всегда тебя слышим. Так прими же нас! И дождись меня, пожалуйста. Научи меня ещё чему нибудь…- ...Надо будет почаще оглядываться, - пошутил Прямоушкин."