Безнадежный выпускной
Выпускной в Академии Пик Надежды подразумевался как мероприятие только для основного курса, в то время как для резервного курса этот день закончился на вручении дипломов и затем всех разогнали по домам. Хотя Хадзиме оказался на удивление коммуникабельным с Абсолютами и, как итог, прямо сейчас он находился на этом грандиозном мероприятии в основном отделении. Изначально его пригласила Чиаки и он долго отказывался, но услышав и от других учеников 77-B класса, что они хотели бы увидеть Хадзиме на мероприятии, ему пришлось согласиться.
За 3 года обучения в академии, ему удалось подружиться с большей частью 77 класса, хотя некоторые все еще вызывали у него проблемы. Среди "проблемных", был Нагито Комаэда, Абсолютный Везунчик. Этот парень больше других высказывал свое негативное отношение к статусу Хадзиме, так что напрочь отказывался иметь с ним хоть какой-то контакт.
Но думать об этом сейчас, когда празднование выпускного шло в самом разгаре, было последним о чем мечтал Хадзиме.
Огромный актовый зал вместил в себя сразу 3 класса Абсолютов, каждый из которых так и норовился показать свои таланты, как будто они не делали это последние 3 года, если не больше. Абсолюты из области кулинарии накрыли стол и даже подписали каждое блюдце и бокал своим именем, чтобы все знали автора, спортсмены ушли в спортзал, чтобы показать свои умения, а остальные по вызову выходили на сцену и показывали какое-то выступление связанное со своим талантом. Некоторые, имеющие таланты, которые трудно было показать в одной из этих сфер, просто развлекались как могли.
Хадзиме стоял у стены с бокалом какого-то легко-алкогольного напитка, на дне которого было написано "Ойши Номиномо | Абсолютный Бармен" и смотрел то на консоль Чиаки, которая стояла рядом, то на сцену, понемногу выпивая эту сомнительную жидкость. Зачем администрация вообще разрешила алкогольные коктейли на выпускной?
Где-то из динамиков громко играла музыка, которую судя по всему играли Абсолютные Музыканты. Басы очередного шедевра были, конечно, лучшим что слышал Хадзиме когда либо, но все же когда они играют уже полтора часа без остановки...
Вдруг Хадзиме кто-то подтолкнул вбок и повернув голову он увидел Казуичи.
— Эй, Хината.
— А, Сода? Что такое?
— Слушай, э-э... Юкизомэ-сенсей попросила меня сходить в кладовку, потому что для выступления какого-то актера нужны были декорации, но... сходи вместо меня, а?
— С чего я должен?
Казуичи огляделся вокруг, прежде чем наклониться ближе к Хадзиме.
— Скоро начнется медленный танец, и я не хотел бы упустить шанс пригласить мисс Сонию на танец!
Хадзиме вздохнул. Нужно было действительно быть сильно глупым влюбенным, чтобы так сильно верить, что Сония вообще в теории могла бы согласиться на медлячок с ним. Ну, к сожалению, он и был глупым влюбленным, и Хадзиме знал это, как никто другой, потому что его Абсолютный Механик использовал как "жертву для дейдриминга о мисс Соние" ну уж слишком часто.
— ... Ладно. – Хадзиме в последний раз хлебнул из бокала, опустошая его – Так уж и быть.
— Спасибо, братан, ты лучший!
Было заметно, как Казуичи воспылал от счастья. Он сложил руки в замок и убежал к Фуюхико.
Ну, ничего ведь не произойдет, если он просто зайдет в кладовку и вытащит эти декорации.
Уже в кладовке, Хадзиме понял, что кое-что произойти всё-таки может.
Нагито, чертов, Комаэда. Он стоял там и лазил во всяких коробках.
— Какого чёрта ты здесь делаешь, резерв-кун?
По правде, Хадзиме не до конца понял, говорил Нагито о кладовке или о выпускном в целом... кажется, он был единственным, кто незнал о том, что все одноклассники позвали Хадзиме.
— ...Казуичи попросил меня зайти в кладовку и помочь Юкизомэ-сан.
— Ах, ну конечно, мне стоило догадаться, что Абсолюты позвали тебя, чтобы ты был их мальчиком на побегушках. Что ж, тогда ты должен гордиться, что они выбрали именно тебя. Может быть, тебе стоит заплатить и за это тоже.
Вот оно. Эта ненависть к статусу резервного курса в каждом его слове. Хадзиме требуется мгновение, чтобы сжать волю в кулак и не ударить Нагито с размаху.
Вместо этого, он подошел к другим полкам и тоже стал ковыряться в коробках. Только сейчас он понял, что понятия не имеет что конкретно нужно было.
— Эй, Комаэда, а что здесь делаешь ты?
— Я не обязан отчитываться перед резервным курсом, но, так уж и быть. Юкизомэ-сенсей позвала меня, чтобы я пошел и нашел декорации, потому что Сода-кун выглядел разочарованным, когда она сказала ему это. Так что мы ищем одно и то же.
Нагито какое-то время продолжил возиться с коробкой, а затем закончил с ней и встал с пола.
— Но раз ты занимаешься тем же, я просто пойду к сенсею и скажу ей, что ты скоро все принесешь.
Он подошел ближе к двери, но прежде чем взялся за ручку, стеллаж с коробками около него начал трястись и в конце концов сломался, вывалив все коробки на Нагито.
— ...Я такой невезучий... – через полсекунды послышалось из-за груды коробок – ... И это всё из-за того, что нахожусь рядом с резервным курсом.
— Вообще-то, я собирался тебе помочь, но если ты винишь во всём этом меня...
— Мне не нужна помощь от человека, который пользуется чужой надеждой, заткнись.
— Ты заткнись. ... Я помогу тебе всё равно.
Хадзиме встал с пола и прошел к кучке коробок у двери. Он убрал пару коробок и вскоре увидел недовольное лицо, обрамленное белыми волнистыми волосами.
— Академия Пик Надежды вызывает Резерв-куна. Некрасиво так пялиться на человека в беде, но вас, наверное, этому не учили на резервном курсе.
Хадзиме ничего не ответил, но убрал еще несколько коробок и затем протянул руку Нагито, чтобы тот встал. Вместо этого он цокнул и поднялся на локтях. Хотя Хадзиме и заметил, как они тряслись, он все же встал и вышел из коробок. На теле Нагито осталось пару ссадин и форма изрядно помялась, да и сам он трясся.
Учитывая, что в коробках веками хранились все вещи Академии, Хадзиме боялся даже представить, что могло там быть, что Нагито так потрепало.
А еще Хадзиме только сейчас заметил, что Нагито был в школьной форме. Как и сам Хадзиме, в принципе. Но если у второго было не слишком много денег, да и праздник был не его, то у Нагито, как ходили слухи, было довольно много денег, да и выпускной предназначался и для него в том числе.
— Нет, серьезно, прекрати пялиться на меня. Я ухожу.
Он потянулся рукой к ручке, но она не поддалась.
— Аргх. Ну конечно моя неудача не закончилась на сломанном стеллаже и том что мне пришлось быть жертвой спасения резервным курсом.
— Разве ты не Абсолютный Везунчик? – Хадзиме решил на этот раз проигнорировать уничижительные комментарии – Какая у тебя вообще может быть неудача.
— Таким глупым людям с минимальным уровнем надежды никогда не понять, что удача циклична. – Нагито спустился на пол, продолжая копаться в коробках. Он так быстро смирился – Сегодня многим нужна была удача, так что логично, что я отдал достаточно своей. Возможно, настолько много, что я могу даже умереть.
— Не. Не преувеличивай. Не может быть, что твоя неудача может привести к смерти. Это слишком абстрактная вещь для таких размышлений, Комаэда.
— Как и следовало ожидать от резервного курса. Ты никогда не сможешь понять это, поэтому оправдываешься тем, что удача абстрактна.
Хадзиме закатил глаза, но вновь решил игнорировать это. Он взял коробку из кучи на полу. Как и следовало ожидать, от такого удара большинство вещей разбилось... Постой, это что коробка с кучей утюгов?
Хадзиме покосился на Нагито, оглядывая его снова.
— Тебе неплохо досталось. Тут коробка с утюгами, пара мешков стеклянных шаров... бильярдные шары...??
— Хаха... это следовало ожидать от моей удачи. Я же говорил, что могу умереть.
— Какого черта ты смеешься с этого?
— Разве это не забавно, что такой, как я, может умереть из-за того, что прямо сейчас кому-то повезло?
— Э-э... нет? Что ты имеешь ввиду под "такой, как я"?
— О, ничего такого, забудь, не та сторона, которую должен видеть кто-то из резервного курса.
— Комаэда, какого черта.
— А?
Нагито остановился и поднял голову вверх, держа в руке какую-то картонную статуэтку в виде медведя.
— Почему ты так ко мне относишься?
— Почему ты думаешь, что другие должны относиться к тебе по другому?
— Эй, я первый спросил.
— Ах, ты такой надоедливый, странно что тебя не пригласили в академию с таким талантом.
Нагито опустил голову и продолжил рыться в коробке, пока Хадзиме не подошел и не схватил его за запястье.
Наверное, алкоголь все таки был не легкий, потому что Хадзиме ни в жизнь не сможет адекватно объяснить, какого черта он решил что поцеловаться с человеком, который его ненавидит, отличная идея. По большей части сыграло роль то, что эта навязчивая мысль преследовала его довольно долго. Он не сможет сказать, почему так часто думал о том насколько мягкие губы Нагито или умеет ли он целоваться. Это... просто было одной из тех мыслей, которая однажды мельком проскочила в нем, и он пытался ее подавить, но чем больше подавляешь что-то, тем больше этого становится.
Отстранившись от нехватки кислорода, Хадзиме понял что Нагито мог бы его оттолкнуть, если бы захотел, но почему-то не сделал. Вместо этого, он прямо сейчас смотрел на Хадзиме, борясь со смешанными чувствами, в попытке отдышаться.
— Я... эм...
Не успев закончить мысль, Хадзиме прервали тем, что Нагито решил дать отпор и напал на губы с новой силой, хватая того за голову.