16 июля 1941. ГИТЛЕР УЖЕ ДЕЛИТ ТЕРРИТОРИЮ СССР. ПОДЧЕРКИВАЕТ, ЧТО ГЕРМАНИЯ НИКОМУ НИЧЕГО НЕ ОБЕЩАЛА.

16 июля 1941 г. Протокол совещания А. Гитлера с руководителями рейха о целях войны против СССР.

Ставка верховного главнокомандующего.

Секретно. Особой важности.

Протокол

По распоряжению фюрера сегодня в 15 час. у него имело место совещание с рейхслейтером Розенбергом, рейхсминистром Ламмерсом, фельдмаршалом Кейтелем, рейхсмаршалом и со мною.

Совещание началось в 15 час. и длилось приблизительно до 20 час. с перерывом на кофе.

Во вступительном слове фюрер подчеркнул, что он хочет установить несколько основных положений. В настоящее время необходим ряд мероприятий. Об этом свидетельствует высказывание одной бесстыдной газеты из Виши о том, что война против СССР является войной Европы. Таким образом, война должна якобы вестись в интересах всей Европы. Этим высказыванием газета из Виши, очевидно, хочет добиться того, чтобы пользу из этой войны могли извлечь не только немцы, но и все европейские государства.

Теперь является важным, чтобы мы не раскрывали своих целеустановок перед всем миром. Это к тому же вовсе не нужно. Главное, чтобы мы сами знали, чего мы хотим. Ни в коем случае не следует осложнять наш путь излишними заявлениями. Подобного рода объяснения являются излишними, ибо мы можем все сделать, поскольку у нас хватит сил, а что лежит за пределами нашей силы, мы все равно сделать не можем.

Мотивировка перед миром наших действий должна, следовательно, исходить из тактических соображений. Мы должны поступать здесь точно таким же образом, как в случае с Норвегией, Данией, Голландией и Бельгией. И в этих случаях мы ведь ничего не говорили о наших намерениях, и мы впредь также будем умными и не будем этого делать.

Итак, мы снова будем подчеркивать, что мы были вынуждены занять район, навести в нем порядок и установить безопасность. Мы были вынуждены в интересах населения заботиться о спокойствии, пропитании, путях сообщения и т.п. Отсюда и происходит наше регулирование. Таким образом, не должно быть распознано, что дело касается окончательного регулирования. Все необходимые меры – расстрелы, выселения и т.п. мы, несмотря на это, осуществляем и можем осуществлять.

Мы, однако, отнюдь не желаем превращать преждевременно кого-либо в своих врагов. Поэтому мы пока будем действовать так, как если бы мы намеревались осуществлять мандат. Но нам самим при этом должно быть совершенно ясно, что мы из этих областей никогда уже не уйдем.

Исходя из этого, речь идет о следующем:

1. Ничего не строить для окончательного урегулирования, но исподтишка подготовить все для этого.

2. Мы подчеркиваем, что мы приносим свободу.

В частности:

Крым должен быть освобожден от всех чужаков и заселен немцами. Точно так же австрийская Галиция должна стать областью Германской империи.

В настоящее время наши взаимоотношения с Румынией хороши, но никто не знает, как эти отношения сложатся в будущем. С этим нам нужно считаться, и соответственно этому мы должны устроить свои границы. Не следует ставить себя в зависимость от благожелательства третьих государств. Исходя из этого, мы должны строить наши отношения с Румынией.

В основном дело сводится к тому, чтобы освоить огромный пирог, с тем чтобы мы, во-первых, овладели им, во-вторых, управляли и, в-третьих, эксплуатировали.

Русские в настоящее время отдали приказ о партизанской войне в нашем тылу. Эта партизанская война имеет и свои преимущества: она дает нам возможность истреблять все, что восстает против нас.

Самое основное:

Создание военной державы западнее Урала никогда не должно снова стать на повестку дня, хотя бы нам для этого пришлось воевать сто лет. Все последователи фюрера должны знать: империя лишь тогда будет в безопасности, если западнее Урала не будет существовать чужого войска. Защиту этого пространства от всяких возможных опасностей берет на себя Германия. Железным законом должно быть: «Никогда не должно быть позволено, чтобы оружие носил кто-либо иной, кроме немцев!».

Это особенно важно. Даже если в ближайшее время нам казалось бы более легким привлечь какие-либо чужие, подчиненные народы к вооруженной помощи, это было бы неправильным. Это в один прекрасный день непременно и неизбежно обернулось бы против нас самих. Только немец вправе носить оружие, а не славянин, не чех, не казак и не украинец.

Ни в коем случае мы не должны проводить «колеблющейся» политики, как это было до 1918 г. в Эльзасе. Англичанин всегда отличается постоянным преследованием одной линии, одной цели. В этом отношении мы обязательно должны учиться у англичан; соответственно этому мы не вправе ставить наши отношения в зависимость от отдельных личностей. И тут примером должно служить поведение англичан в Индии по отношению к индийским князьям: солдат всегда должен охранять режим.

Новоприобретенные восточные районы мы должны превратить в райский сад. Они для нас жизненно важны. Колонии по сравнению с ними играют совершенно подчиненную роль.

Даже в тех случаях, когда мы отделяем некоторые районы, мы всегда обязаны выступать в роли защитников права и населения. Соответственно этому уже сейчас нужно избрать необходимые формулировки. Мы говорим не о новой области империи, а о необходимой задаче, выдвинутой войной.

В частности, в Прибалтике район до Двины по согласованию с фельдмаршалом Кейтелем уже сейчас должен быть взят под управление.

Рейхслейтер Розенберг подчеркивает, что, по его мнению, в каждой области (комиссариате) должно быть разное отношение к населению. На Украине мы должны были бы выступить с обещаниями в области культуры, мы должны были бы пробудить историческое самосознание украинцев, должны были бы открыть университет в Киеве и т.п.

Рейхсмаршал возражает, указывая на то, что мы в первую очередь должны обеспечить себе пропитание, все остальное могло бы быть гораздо позже.

(Побочный вопрос: имеется ли вообще еще культурная прослойка на Украине или украинцы, принадлежащие к высшим классам, имеются лишь вне современной России в качестве эмигрантов?)

Розенберг продолжает: на Украине тоже следует развивать известные стремления к самостоятельности.

Рейхсмаршал просит фюрера сообщить, какие районы обещаны другим государствам.

Фюрер отвечает, что Антонеску хочет получить Бессарабию и Одессу с коридором, ведущим от Одессы на запад, северо-запад.

На возражения Розенберга и рейхсмаршала фюрер указывает, что испрашиваемая Антонеску граница мало выходит за пределы старой румынской границы.

Фюрер подчеркивает, что мадьярам, туркам и словакам не было дано никаких определенных обещаний.

Фюрер затем ставит на обсуждение вопрос, не следует ли немедленно передать губернаторству староавстрийскую часть Галиции. После обмена мнениями фюрер решает не передавать этой части губернаторству, а только подчинить ее по совместительству рейхсминистру Франку (резиденция во Львове).

Рейхсмаршал считает правильным присоединить к Восточной Пруссии различные части Прибалтики, например белостокские леса.

Фюрер подчеркивает, что вся Прибалтика должна стать областью империи.

Точно так же должен стать областью империи Крым с прилегающими районами (область севернее Крыма). Эти прилегающие районы должны быть как можно больше.

Розенберг высказывает свои сомнения в части проживающих там украинцев.

(Попутно: многократно замечалось, что Розенберг слишком много уделяет внимания украинцам. Он хочет также значительно увеличить старую Украину.)

Фюрер далее подчеркивает, что и волжские колонии должны стать областью империи, точно так же, как Бакинская область. Она должна стать немецкой концессией (военной колонией).

Финны хотят получить Восточную Карелию. Однако ввиду большой добычи никеля Кольский полуостров должен отойти к Германии. Со всей осторожностью должно быть подготовлено присоединение Финляндии в качестве союзного государства. На Ленинградскую область претендуют финны. Фюрер хочет сровнять Ленинград с землей с тем, чтобы затем отдать его финнам.

Далее следует более подробное обсуждение компетенции гаулейтера Лозе, которого Розенберг назначил губернатором Прибалтики. Розенберг постоянно подчеркивает, что он уже обсуждал это с Лозе, и было бы очень неловко, если бы это не было поручено именно ему; западная часть Прибалтики должна быть в ведении Кубе под руководством Лозе; для управления Украиной Розенберг предлагает кандидатуру Заукеля.

В противоположность этому, рейхсмаршал подчеркнул основные аспекты, которые в настоящий момент могут быть для нас определяющими:

По мере необходимости обеспечение продовольствием, организация хозяйства; обеспечение дорог и т.д.

Рейхсмаршал подчеркнул, что кандидатура Коха должна рассматриваться либо для управления Прибалтикой, поскольку он точно знает эту местность, либо для управления Украиной, которая, безусловно, лучше всего управлялась бы Кохом, потому что Кох – инициативная личность и лучшей подготовкой.

Фюрер спросил, не может ли Кубе быть рейхскомиссаром Московской области; Розенберг и рейхсмаршал считают, что Кубе слишком стар для этого.

Розенберг в очередной раз выразил опасения, что Кох не станет сразу следовать его директивам: Кох, впрочем, уже высказывался об этом сам.

Рейхсмаршал, напротив, указал, что Розенберг не может сейчас постоянно опекать назначенных людей, напротив, эти люди должны работать совершенно самостоятельно.

Для управления Кавказской областью Розенберг представил кандидатуру начальника своего штаба Шикеданца; он неоднократно подчеркивал, что Шикеданц наверняка очень хорошо выполнит эту задачу, в чем сомневается рейхсмаршал.

Розенберг заявил тогда, Лутце сделал ему предложение, использовать фюреров штурмовых отрядов, а именно назначить Шеппманна в Киеве – Мантея – доктора Беннеке, Литцмана в Эстонии и бургомистра доктора Дрекслера в Латвии. У фюрера нет возражений против назначения фюреров штурмовых отрядов.

Затем Розенберг заявляет, что получил письмо от Риббентропа с просьбой о включении в работу Министерства иностранных дел; но он просил бы фюрера установить, что внутреннее формирование нового пространства не должно касаться Министерства. Это мнение фюрер вполне разделяет. Для начала достаточно, если Министерство иностранных дел направит представителя к рейхсляйтеру Розенбергу.

Фюрер подчеркивает, что важнейшей территорией на ближайшие три года, несомненно, является Украина. Поэтому лучше всего стоило бы направить туда Коха; если нужно найти применение Заукелю, то его лучше направить его в Прибалтику.

Розенберг далее заявил, что намерен использовать в Московской области в качестве комиссаров Шмайера, Зельцнера и Мандербаха.

Фюрер желает, чтобы также был задействован Хольц и чтобы управление Крымом было передано бывшему гауляйтеру Фрауенфельду.

Розенберг заявляет, что хочет в силу его заслуг использовать также гауптмана фон Петерсдорфа; (Общий ужас, всеобщее неприятие. Фюрер и рейхсмаршал подчеркивают, что фон Петерсдорф, несомненно умалишенный).

Розенберг далее заявляет, что была предложена также кандидатура обербургомистра Штутгарта Штрёлина. Против этого нет никаких возражений.

Поскольку, по мнению рейхсмаршала и Розенберга, Кубе слишком стар для Московской области, руководство этой территорией должен взять на себя Каше.

(Пометка для члена партии Клопфера:

Пожалуйста, как можно скорее попросите у доктора Мейера документацию, касающуюся запланированной организации и распределения должностей.)

Рейхсмаршал подчеркивает, что он хотел бы передать Кольский полуостров на эксплуатацию гаулейтеру Тербовену; фюрер с этим согласен.

Фюрер подчеркивает, что Лозе должен прежде всего, если он чувствует, что справится с этой задачей, взять на себя Прибалтику, Каше – Москву, Кох – Украину, Фрауенфельд – Крым, Тербовен – Кольский полуостров, а Шикеданц – Кавказ.

Рейхслейтер Розенберг поставил затем вопрос об обеспечении управления.

Фюрер обращается к рейхсмаршалу и фельдмаршалу, говоря, что он всегда настаивал на том, чтобы полицейские полки получили танки. Для применения полиции в новых восточных областях это чрезвычайно нужно, так как, имея соответствующее количество танков, полиция могла бы многое сделать. Впрочем, подчеркивает фюрер, силы обеспечения безопасности, естественно, весьма малы. Однако рейхсмаршал переместит свои учебные аэродромы в новые области, и, если это будет нужно в случае восстания, даже Ю-52 смогут сбрасывать бомбы. Гигантское пространство, естественно, должно быть как можно скорее замирено. Лучше всего этого можно достигнуть путем расстрела каждого, кто бросит хотя бы косой взгляд.

Фельдмаршал Кейтель подчеркивает, что надо сделать местное население ответственным за свои собственные дела, так как, естественно, невозможно ставить охрану для каждого сарая, для каждого вокзала. Местные жители должны знать, что будет расстрелян всякий, кто проявляет бездействие, и что они будут привлекаться к ответственности за всякий проступок.

На вопрос рейхслейтера Розенберга фюрер ответил, что нужно возродить газеты, например, и для Украины, чтобы получить возможность влиять на местное население.

После перерыва фюрер подчеркнул, что мы должны уяснить себе, что сегодняшняя Европа – это всего лишь географическое понятие, в действительности до наших прежних границ уже дошла Азия.

Рейхсляйтер Розенберг теперь излагает намеченное им организационное деление; он не хотел бы сразу назначать постоянного заместителя рейхскомиссара, исполнение обязанностей заместителя рейхскомиссара, а именно: эту обязанность должен взять на себя наиболее квалифицированный из генеральных комиссаров.

При рейхскомиссаре Розенберг хочет создать четыре отдела:

во-первых, общего управления,

во-вторых, политический,

в-третьих, экономический,

в-четвертых, техники и строительства.

(Кстати, фюрер подчеркивает, что о деятельности церквей не может быть и речи. Папен уже послал ему через Министерство иностранных дел объемную докладную записку, в котором утверждал, что сейчас самый подходящий момент для повторного открытия церквей; но об этом не может быть и речи.)

Рейхсмаршал откомандирует на должность Розенберга министерских директоров Шлоттерера и Рике.

Рейхслейтер Розенберг просит предоставить ему соответствующее служебное здание. Он просит передать ему здание советского торгпредства на Литценбургерштрассе. Министерство иностранных дел, однако, придерживается мнения, что это здание является экстерриториальным. Фюрер отвечает, что это – чепуха. Рейхсминистру д-ру Ламмерсу дается поручение сообщить министерству иностранных дел, что дом должен быть немедленно передан Розенбергу без дальнейших переговоров.

Затем Розенберг делает предложение отставить (назначить представителя для контактов с фюрером) связного с фюрером; эту задачу должен взять на себя его адъютант Кеппен; фюрер соглашается с этим и заявляет, что Кеппен должен взять на себя параллельно роль Хевеля.

Рейхсминистр д-р Ламмерс зачитывает составленные им заметки (см. приложение!).

В дальнейшей дискуссии осуждался вопрос о юрисдикции рейхсфюрера СС; очевидно, что при этом все заинтересованные стороны рассматривают и юрисдикцию рейхсмаршала.

Фюрер, рейхсмаршал и прочие неоднократно подчеркивают, что Гиммлер хотя и не должен иметь полномочия, отличные от тех, что имеются у него в Германии; но это абсолютно необходимо.

Фюрер неоднократно подчеркивает, что на практике борьба будет очень быстрой; он напоминает о превосходном взаимодействии армии и авиации на фронте.

В заключение было определено, что Прибалтика должна называться «Остландом».