Перевод Precious Moment - Xavier: Memoria
??: Прямо из потолка появляются Странники! Они плюются соусом чили во все стороны! Вы что, не видите?!
Не знаю, сколько времени я пробыла в обмороке прежде, чем моё сознание, наконец, начинает возвращаться, улавливая незнакомые голоса.
???: Успокойтесь. То, что вы видите – всего лишь галлюцинации. Вы в больнице, в полной безопасности.
Я медленно поворачиваю голову в сторону источника шума. Больничная ширма, чьи-то руки лихорадочно мечутся в воздухе, встревоженная медсестра стоит рядом…
Увидев, что я очнулась, доктор поправляет съехавшие на нос очки и настороженно осматривает меня.
Доктор: Очнулись наконец. Как вы себя чувствуете?
МС: Немного кружится голова… Но я в порядке.
Доктор: Вы помните, что произошло до того, как вы потеряли сознание?
МС: Хм… Мы наткнулись на группу Странников и успешно одолели их.
МС: Потом я почувствовала сильную головную боль и упала в обморок.
Доктор облегчённо вздыхает и улыбается.
Но стоит ей отвлечься, как пациент с соседней койки всё-таки прорывает слабую оборону медсестры и выбегает из палаты, волоча за собой стойку с капельницей.
Пациент: Прекратите плодить этих Странников! Я хочу туда, где один сплошной соус чили!
Медсестра: О, нет! Только бы он снова не ударился головой!
Доктор: Ваш напарник – на соседней койке. Заметите признаки подобного помешательства – немедленно жмите на кнопку вызова врача!
Едва доктор успевает договорить, как её белый халат уже скрывается за дверью. Она устремляется в погоню за сбежавшим пациентом.
Я отдёргиваю ширму и действительно нахожу Ксавье. Он лежит на больничной койке, его лицо скрыто в тени, волосы растрёпаны, взгляд рассеян.
Увидев меня, он удивлённо склоняет голову.
МС: Да. Врачи сказали, что нас доставили в больницу вместе.
МС: Пациент с соседней койки был в бреду, постоянно что-то кричал. А потом сорвался и убежал. Видимо, его что-то спровоцировало.
МС: Врачи побежали за ним, а мне велели приглядывать за тобой. Как ты вообще? Болит что-нибудь?
Ксавье отрицательно качает головой. Я уже готова облегчённо выдохнуть и вернуться на свою койку, как вдруг его пальцы судорожно сжимают моё запястье.
Ксавье: Голова… раскалывается.
Я пытаюсь нажать кнопку вызова другой рукой, но он перехватывает и её.
Ксавье: Ты можешь сделать мне массаж. Не нужно звать врача.
МС: Хорошо… Я постараюсь быть осторожной.
МС: Скажи, если вдруг тебе станет хуже.
Ксавье кивает и уступает мне место возле себя на кровати.
Я сажусь рядом, запускаю пальцы в его пушистые волосы и начинаю осторожно массировать виски.
Ксавье: Не совсем. Всё плывёт перед глазами.
Ксавье обхватывает меня за талию, притягивает к себе и кладёт голову мне на колени, расплывшись в довольной улыбке.
Ксавье: Вот так – отлично. Головокружение как рукой сняло.
Я невольно замедляю движения рук, накручивая на палец шелковистую прядь его волос, упавшую на лоб.
МС: Думаю, мне стоит рассказать тебе какую-нибудь историю.
МС: Например… про деревянного мальчишку, у которого растёт нос каждый раз, когда он лукавит.
Его ресницы едва заметно подрагивают, губы сжимаются в тонкую линию.
Ксавье: Не нужно никаких историй.
Ксавье: Твой массаж очень помог. Действительно стало легче.
Ксавье берёт мою руку, прижимает к своей щеке и нежно трётся о неё.
Ксавье: Тепло твоих рук… Успокаивает мои нервы.
Я отнимаю руку и шутливо тычу его в щёку.
МС: Не знала, что у меня руки целителя.
Ксавье: Я тоже узнал об этом только что.
Наклонившись, я замечаю лёгкую усмешку, тронувшую его губы. Он не успевает скрыть её от меня.
МС: (Так и знала… Он просто притворяется!)
Побаловав его массажем ещё немного, чтобы убедиться, что всё действительно в порядке, я осторожно отстраняю его голову и поднимаюсь.
МС: С головной болью не шутят. Странники, способные так воздействовать на сознание, – огромная редкость, и к этому нужно отнестись максимально серьезно.
МС: Не беспокойся. Я настоятельно попрошу врачей тщательно тебя обследовать.
Сообщения
МС: Уже пришли результаты анализов?
Ксавье: Но головная боль прошла. Может, похитишь меня отсюда прямо сейчас?
МС: Это проблематично. Часы посещения давно истекли.
Ксавье: Меня выписывают завтра. Можешь приехать пораньше?
МС: Но у меня снова разболелась голова… И я запуталась, многое забыла.
МС: Разве мы не просто соседи? Тебе не кажется, что это слишком двусмысленно?
Я откладываю телефон, отчётливо представляя выражение лица Ксавье по другую сторону экрана.
МС: (Ему, наверное, так надоела эта нескончаемая череда обследований и анализов.)
МС: (Если всё действительно в порядке, постараюсь забрать его оттуда завтра утром.)
На следующее утро я встаю пораньше, чтобы поехать в больницу. Проходя мимо сувенирной лавки у нашего дома, невольно бросаю взгляд в сторону витрины.
Ветер играет с колокольчиками над входом. Они заливаются трелью, когда из-за открывшейся двери внезапно появляется Ксавье.
МС: Ты что, сбежал из больницы?
Ксавье: Я получил официальное разрешение, заверенное печатью.
Ксавье: И доказал врачам, что я полностью здоров.
МС: Результаты уже пришли? Я думала, придётся ждать до вечера.
Ксавье: Я слово в слово запомнил всё, что было на информационной доске в отделении.
Ксавье: А потом пересказал врачам и напомнил, что человек с травмой головы не смог бы это сделать.
Я вспоминаю тот поток информации, на который достаточно мельком взглянуть – и уже голова идёт кругом.
МС: Вообще, это и не каждому здоровому человеку по силам…
Ксавье: Мне не терпелось попасть домой, но я боялся, что моя «соседка» забудет меня забрать.
МС: О, напрасно. Но если ты так скучал по дому, почему не подходишь ближе?
Я дёргаю Ксавье за руку, желая узнать, что он прячет за спиной, и передо мной появляется корзина, украшенная свежими цветами.
Внутри корзины – гора спелых фруктов, а на её вершине сидит плюшевый кролик, увитый гирляндой со звёздами.
МС: В больницах теперь пациентам раздают фруктовые корзины при выписке?
Ксавье: Это подарок для тебя, но он ещё не готов.
Я хочу забрать корзину, но Ксавье не отпускает её.
В попытке перетянуть корзину я случайно нажимаю какую-то кнопку, и гирлянда загорается, подобно крошечному фейерверку.
Всё это сопровождается бодрой электронной мелодией, усиленной неприятным треском динамиков.
Ксавье: У владельца магазина не самый лучший вкус.
МС: По крайней мере, материалы качественные.
Ксавье хватает гирлянду и пытается вырвать её вместе с музыкальной шкатулкой.
Но медные провода, соединяющие гирлянду, не поддаются.
Хуже того, отчаянные потуги Ксавье приносят неожиданный результат.
В результате этих резких рывков детали внутри шкатулки, кажется, встают на свои места, и какофония становится ещё громче, чем прежде.
Ксавье косится на поющую фруктовую корзину.
Ксавье: Давай отнесём это Джеремайе в его цветочный магазин.
Игрушечный кролик, придавленный фруктами, в отчаянии смотрит на нас грустными глазами.
Я выключаю музыкальную шкатулку и достаю плюшевую игрушку.
МС: С чего ты взял, что мне не понравилась эта корзина? Фрукты выглядят аппетитно, зайчик милый, а гирлянда… очень красиво светится.
МС: Но если ты думаешь, что одна корзина фруктов заставит меня забыть о вчерашнем… То ты ошибаешься.
Ксавье: Я переживал, что моя соседка не захочет меня впускать.
Ксавье опускает голову, его глаза прячутся за чёлкой.
Ксавье: Я купил это, чтобы, глядя тебе в глаза, сказать – этого больше не повторится.
Я кладу игрушку обратно в корзину и обхватываю ладонями лицо Ксавье.
МС: Ты моргнул! Значит, всё так же пытаешься обмануть меня.
Ксавье: Не думал, что твоё доверие ко мне стало таким хрупким.
МС: Стало. А вчера оно чуть не разбилось вдребезги.
МС: Но эта корзина немного подлатала твою репутацию.
Ксавье: За счёт своего дизайна или качества?
Я нежно щипаю Ксавье за щёку, затем провожу кончиками пальцев по подбородку, щекоча его, как кота.
МС: Она преподнесена с такой искренностью, что достойна занять место в моём сердце.
Он ловит мою руку, не давая мне продолжить озорничать. Его пальцы крепко сжимают мои.
Ксавье: Выходит, я не настолько хорош, как эта уродливая корзинка?
МС: Ты… радуешь глаз. Но вот твой рот постоянно лжёт.
Он подаётся вперед, и вместо гладкой щеки мои пальцы чувствуют прикосновение его губ.
Ксавье: Что ж, в таком случае – накажи меня. Мой рот в твоём распоряжении.
МС: Ты согласишься на любое наказание?
МС: Заметь, ты сам это предложил…
МС: Тогда пойдём ко мне. Нам придётся попотеть.
Десять минут спустя Ксавье стоит на пороге моей квартиры и смотрит на горы мусорных мешков.
Ксавье: Значит, фраза “нам придётся попотеть” была про уборку.
МС: Ты выглядишь разочарованным.
Ксавье аккуратно ставит многострадальную корзину на стол.
Ксавье: Тебе послышалось. Я просто восхищаюсь твоими методами убеждения.
Он открывает кухонный шкаф, достаёт фартук с кроликом и без дальнейших пререканий надевает его.
С таким помощником уборка проходит в рекордно короткие сроки.
МС: До верхних полок тяжело дотянуться. Я принесу стремянку с балкона.
Ксавье легко дотягивается до самого верха, даже не вставая на цыпочки.
МС: Высокий рост – лучшее качество.
Ксавье: Неужели это моё единственное достоинство?
Закончив с пылью, Ксавье собирает с пола хаотично разбросанные коробки и убирает их на верхнюю полку.
Ксавье: Здесь отличное место для всех вещей, что ты успела накопить.
МС: Но мне будет сложно доставать их оттуда.
Ксавье: Придётся обращаться за помощью к своему соседу.
МС: А не надоест ли моему соседу носиться туда-сюда?
Ксавье: Помимо роста у него есть ещё одно достоинство. Выносливость.
МС: Я не могу верить на слово всему, что ты говоришь.
Ксавье: У меня есть много способов доказать тебе свою правоту.
Я тыкаю в мятого кролика на его фартуке.
МС: Тогда правила устанавливаю я. Иди туда.
Я указываю пальцем в сторону двери. Ксавье молча подходит к ней и поворачивает ручку. Она не поддаётся.
Он толкает сильнее, и дверь, наконец, открывается, но рядом что-то падает.
МС: Именно. Уборка кладовки – это высшее испытание на выносливость.
Разобравшись с главным беспорядком, Ксавье находит в самом дальнем углу запылённую коробку.
Ксавье: Ты заказала это, как только переехала сюда.
Он приседает, чтобы открыть коробку, и достаёт несколько бенгальских огней. Я оказываюсь рядом с ним.
МС: Это же просто бенгальские огни. В них нет ничего странного, верно?
Ксавье: Не уверен. Поэтому я и расследую это дело.
МС: И что же тебе удалось выяснить?
Ксавье: Коробка вся в пыли, а значит, ты не трогала её с прошлого года.
МС: Ого, ты нашёл весомую улику.
Ксавье: На скотче нет следов вскрытия. Выходит, твой план провалился ещё на стадии разработки.
Ксавье: Так с кем же ты собиралась зажечь эти огни?
Вопрос звучит небрежно, но бенгальский огонёк в его руке крутится всё быстрее и быстрее.
Мои глаза округляются, когда Ксавье проводит пальцем по пыльной коробке и подносит его к моему лицу.
МС: Мы купили их вместе с Тарой. Её двоюродный брат загорелся идеей устроить пикник с бенгальскими огнями у реки.
Ксавье опускает руку и принимается рассматривать бенгальские огни.
Ксавье: Судя по дизайну, они детские.
МС: Так и есть. Но в тот день пошёл дождь, и планы пришлось отменить. С тех пор я забыла о них, поскольку мне не с кем было поиграть с огоньками.
Ксавье искоса смотрит на меня.
Ксавье: Ты не думала позвать меня тогда?
МС: Я переживала, что ты сочтёшь это ребячеством.
Ксавье: В этих дизайнах есть своя прелесть и для взрослых.
Ксавье: Я забронировал нам место на сегодняшнее шоу фейерверков. Можем взять их с собой.
Ксавье: Вчера вечером. Сразу после того, как ты назвала меня просто соседом.
МС: О… Фруктовая корзина с огоньками должна была создать атмосферу для сегодняшнего фейерверка, да?
Ксавье: Да. Я боялся, что ты откажешься видеть соседа, который просто зашёл в гости.
Ксавье: Фейерверк помог восстановить часть твоего доверия?
Ксавье наклоняется, чтобы подобрать коробку с бенгальскими огнями, и на мгновение его дыхание касается моего уха.
Ксавье: Раз фруктовая корзина и бенгальские огни тебя не впечатлили…
Я легонько сжимаю руку Ксавье, а затем обнимаю его.
МС: Тебе нужно, чтобы я сказала это вслух?
Ксавье: Мне нужно подтверждение, что я вернул свой эксклюзивный статус «самого особенного соседа».
МС: Ты никогда его и не терял.
Ксавье: В таком случае… Могу я рассчитывать на дополнительные привилегии, учитывая моё нынешнее положение?
Мурашки пробегают по спине от самого затылка. Я опускаю голову, утыкаясь взглядом в кролика на его фартуке.
Щёки предательски пылают. В панике я пихаю ему в руки пылесос.
МС: Нужно продолжить уборку, если мы хотим всё успеть до начала шоу фейерверков.
Ксавье: У нас достаточно времени.
Ксавье: Если управимся до наступления темноты… сможем вместе наверстать послеобеденный сон.
Мы выходим из дома в самый час пик. Ксавье предлагает прогуляться до места фейерверка пешком.
Когда мы добираемся до набережной, вечернее зарево уже охватывает всё небо, и последние лучи солнца золотом рассыпаются по реке.
Ксавье ставит свой рюкзак на стул у реки, расставляет коробки с бенгальскими огнями и быстро складывает их в небольшую стопку.
Нас окружает группа детей. После небольшой толкотни один мальчик набирается смелости и протягивает нам конфету.
МС: Они подумали, что мы продаём эти бенгальские огни…
Ксавье: Может, поделимся с ними?
Ксавье: Если тебе не хочется, просто скажи.
Я оглядываю целую стопку коробок с бенгальскими огнями, возвышающуюся между мной и Ксавье. Подаю ему знак рукой.
МС: Всё в порядке. Давай поделимся!
Толпа становится все больше и больше. Я рискую потерять Ксавье в этой суматохе.
Счастливые детишки разбегаются со своими огоньками, а я достаю телефон и включаю фронтальную камеру. Поднимаю его повыше и пытаюсь поймать в кадр Ксавье, который стоит позади меня.
МС: Смотрите! Этот мальчик раздаёт бенгальские огни!
Ксавье: А эта девочка молча наблюдает со стороны.
Мне удаётся уловить след раздражения в его спокойном взгляде. Еле сдерживая смех, я делаю снимок.
МС: Там ещё остались бенгальские огни? Они будут отлично смотреться на фотографиях.
Ксавье молча смотрит на меня, перехватывает камеру и направляет её на опустевший стул.
Заметив моё разочарованное выражение лица, Ксавье разворачивается и достаёт из рюкзака ещё несколько коробок с бенгальскими огнями.
Ксавье: Я по опыту знаю об одержимости детей бенгальскими огнями.
Ксавье: Когда-то я был свидетелем подобной кражи.
Заинтригованная его словами, я перестаю перебирать коробки с огоньками в его рюкзаке.
Ксавье: Я был здесь впервые, когда Бэктрекеры ещё не распались.
Ксавье: В Новый год. Все запускали фейерверки, и им тоже захотелось присоединиться. Но дым оказался для них невыносимым – они несколько дней мучились от кашля.
Ксавье: Джеремайя тогда ворчал, что дети отобрали у него все бенгальские огни. Ни одного не оставили.
Ксавье отрицательно качает головой.
МС: Тогда почему тебе захотелось прийти сюда сегодня?
Ксавье: Ты ведь прекрасно знаешь. Разве мне нужно говорить это вслух?
МС: Перед уходом ты говорил другое.
Усмехнувшись, он переводит взгляд на речной берег.
Ксавье: Некоторые моменты гораздо приятнее делить с кем-то.
С наступлением ночи силуэты людей постепенно растворяются в темноте. Остаётся только смех, разносимый вечерним ветерком.
Дети, которым мы раздавали бенгальские огни, собираются вместе и что-то строят из них.
Вскоре мальчик, который первый обменял конфету на бенгальский огонёк, робко подбегает к нам снова.
Мальчик: Мисс, мистер, у вас есть зажигалка?
Мальчик: Мы построили огромный замок! Когда он загорится, он будет красивее, чем Линкон Тауэр!
Ксавье: Но Линкон Тауэр горит всю ночь.
Малыш вмиг теряется. Ксавье тепло улыбается, достаёт из кармана зажигалку и подбрасывает её мальчику.
Мальчишка тут же приходит в себя и показывает Ксавье язык.
Мальчик: Наш замок красивее, чем Линкон Тауэр!
Он убегает обратно. И вот, под заворожёнными взглядами ребятни, он один за другим поджигает фитили по всему периметру.
Огоньки бегут навстречу друг другу, заливая светом всю конструкцию. Детишки, взявшись за руки, заводят радостный хоровод.
МС: Действительно, очень красиво. И так креативно!
Ксавье: Да, такого костра я еще не видел.
МС: Только не говори им это. Ты же чуть не довёл ребёнка до слёз!
Ксавье: Зато они оставили нас в покое.
Ксавье: Я не хочу весь вечер играть роль аниматора.
Ксавье: Да и не сказать, чтобы я их сильно расстроил.
Ксавье берёт несколько бенгальских огней. Они все разные по форме, от простых сердечек до каких-то сложных фигур.
Ксавье: Для взрослых бенгальский огонь – это просто бенгальский огонь, вне зависимости от формы.
Ксавье: Но для детей – это волшебный замок, полный света. И этот свет ничуть не хуже, чем огни Линкон Тауэр.
МС: А может… не так уж важно, что они из себя представляют на самом деле. Гораздо важнее – как ты ими распоряжаешься и с кем делишь эту радость.
Я беру у него бенгальский огонь в форме меча и подхожу ближе, чтобы зажечь.
МС: Смотри, стоит его зажечь, и из него получится самый настоящий световой меч!
МС: Ты также играл с бенгальскими огнями в детстве?
Ксавье берёт мой «световой меч» и взмахивает им.
Ксавье: В детстве у меня был только деревянный меч – единственное, что отдалённо напоминало игрушку.
Ксавье: Процесс оттачивания мастерства владения мечом похож на то, как эти дети играют с бенгальскими огнями.
Ксавье: Освоив существующие техники, нужно подключать воображение, комбинировать известные приёмы, импровизировать, создавать новые.
Ксавье: Ничто не повторится с тем особым чувством восторга от разработки собственной, уникальной техники.
Я не раз была свидетелем его навыков владения мечом.
Собранный, быстрый, непредсказуемый – невозможно предугадать его следующий ход, его траекторию.
МС: Неудивительно, что твой стиль такой уникальный… и неподражаемый.
Ксавье: Да. В конечном счёте важна не техника.
Ксавье: Важно внутреннее состояние. Память, ощущения, воспоминания о мимолётных касаниях, о чьих-то словах…
Ксавье: В этом и есть вся суть.
Искры бенгальских огней, догорая, тают в ночи.
МС: Значит, эти мысли и чувства не могут исчезнуть?
Ксавье зажигает два новых бенгальских огня и машет ими передо мной.
Ксавье: Чтобы противостоять этому забвению, наши воспоминания должны быть яркими и искренними.
Искры, подхваченные ветром, танцуют в темноте вокруг наших рук.
Я нежно касаюсь его пальцев. Вместе мы держим эти живые огоньки.
МС: Давай посмотрим, сможем ли мы осветить всю набережную.
Ксавье склоняет голову набок, наши пальцы медленно переплетаются.
Ксавье: Или… мы можем попробовать осветить всю ночь.
Kindled
Ксавье: Бенгальские огни – это про то, с кем ты их зажигаешь.
Ксавье: Так, сыграем по-своему?
МС: (Можно сделать в форме сердечка… или зайчика, например?)
Ксавье: Одному сердечку может быть одиноко.
Ксавье: Нарисуем второе, чтобы у него появилась компания.
Ксавье: Фейерверки быстро сгорают, и от них ничего не остаётся.
Ксавье: Как крепко… Боишься, что я исчезну?
Ксавье: Пока держимся за руки, мы не разлучимся.
Ксавье: Фейерверки – это красиво, но…
Ксавье: То, к чему можно прикоснуться, кажется более значимым.
Ксавье: Нам хватит и света бенгальских огней.
Ксавье: Я иногда не контролирую себя.
Ксавье: На этот раз это не сон.
Вокруг нас – шумная толпа, а над головой распускаются огненные цветы фейерверков.
Ксавье прижимается ко мне, и свет огней отражается в его глазах.
Я крепко сжимаю его рукав, не желая отпускать, и качаю головой.
МС: Мы же договорились дождаться самых больших фейерверков.
Ксавье: Тогда закрой глаза, отдохни минут десять. Я тебя разбужу.
Ксавье: Ты ведь знаешь, что я никогда так не делаю. Практически никогда.
МС: Хорошо, но ты обязательно должен разбудить меня…
Я прижимаюсь к плечу Ксавье и закрываю глаза. Звуки вокруг постепенно стихают.
Спустя какое-то время я слышу рядом знакомый детский голос.
Мальчик: Мистер, это оставшиеся бенгальские огни. Я возвращаю их вам.
Мальчик: Почему вы совсем не смотрели на фейерверки? Вы всё это время смотрели только на неё.
Ксавье: Я слишком долго смотрел на фейерверки. Немного устал.
Мальчик: А смотреть на неё вы не устаёте?
Они обмениваются ещё парой фраз прежде, чем звук шагов постепенно удаляется, и вокруг снова становится тихо.
Я открываю глаза и зеваю, делая вид, будто только что проснулась.
Ксавье: Ты знал, что я не сплю, и всё равно продолжал говорить это мальчику?
Ксавье: Я хотел сделать тебе комплимент.
МС: Тогда продолжай. Не останавливайся на полуслове.
Ксавье: Для комплиментов нужно вдохновение.
МС: И как же мне тебя вдохновить?
Ксавье: У тебя наверняка уже есть какая-нибудь идея.
По набережной, не желая прощаться с этой волшебной ночью, неспешно прогуливаются влюблённые пары.
В моей памяти всплывает недавняя сцена. Когда догорали последние искры, озаряя улыбку на лице Ксавье золотым огнём.
МС: Может, мне стоит поощрить тебя?
Не успеваю я поднять голову, как Ксавье уже склоняется ко мне. Его дыхание, тёплое и неторопливое, касается моей кожи.
От этого мягкого касания тают последние отголоски сна. Я закрываю глаза, слушая, как бьются наши сердца.
МС: Как долго ты будешь помнить этот вечер?
Ксавье: Эти воспоминания останутся со мной надолго.
Ксавье: С этого момента, всякий раз, когда я буду думать о фейерверках, ночи и набережной, я буду вспоминать этот вечер.