August 2, 2020

Тёмная вода

Ула стоит по пояс в озере и держит на руках своего крошечного сына. Ула очень устала. Ула давно не спит. Ула смотрит в сторону противоположного берега и медленно делает шаг в ту сторону. Ула крепко обнимает сына, она все еще думает, не замерзнет ли он в такой холодной воде. Ула уже замерзла. Ула чувствует, как немеют ноги. Ула сглупила - надо было надеть что-то еще, кроме платья. Ула тихо напевает, в голове совсем пусто, хочется сделать еще пару шагов и лечь на спину. Ула смотрит в темную воду и видит свои бледные ноги.

Маркус смотрит на Улу, стоящую в озере, и боится спугнуть ее. Маркус видел, как она входила в воду, но он был слишком далеко, чтобы что-то сделать. Маркус только набрал телефон службы спасения и остался на месте, чтобы дождаться их приезда. Маркус теперь сидит на холодном камне, периодически обхватывая голову руками и проклиная себя за то, что не решился остановить ее. Маркус пытается себя оправдать - ну как же, а если бы она упала, а если бы ребенок утонул, а если бы она напала на меня, ведь говорят, с ней не все в порядке... Маркус понимает, что его оправдания - это ложь, а значит, чувство вины подкрадывается все ближе и ближе.

Пиппа стоит на краю берега и кусает пальцы. Пиппа говорила с Улой почти каждый день после рождения Хендрика. Пиппа чувствовала, что все идет не так, но...Пиппа спрашивала, нужно ли что-то сделать, чем-то помочь, может, нужно посидеть с малышом, но Ула неизменно отвечала, что справится сама. Пиппа сходит с ума от злости на себя и на Улу - не могла честно сказать, что все так плохо? Пиппа злится и все сильнее кусает пальцы, кусает почти до крови.

Кеннет смотрит на них и не может ничего понять, он не знает, почему его сюда привели. Кеннет только вышел с мамой из детского сада и у нее внезапно зазвонил телефон, она заплакала и пришлось ехать сюда, на озеро, где они проводят лето. Кеннет знает, сейчас не лето. Кеннет видит тетку Улу в воде со свертком, но ничего не понимает. Кеннет держит маму за руку.

Лиза хотела окликнуть Улу, но Йен, полицейский, запретил это делать, потому что это может напугать ее. Лиза звонила мужу Улы, бывшему мужу, Роджеру, он опять был пьян. Лиза знает их уже больше двадцати лет, но не понимает, что случилось. Лиза смотрит на спину своей подруги и начинает плакать, она не понимает, абсолютно не понимает, зачем Ула это делает с собой.

Йен пытается сохранять спокойствие, хоть его уже всего и колотит. Йен - отличник, в его городе почти нет происшествий и у всех прекрасные отношения, а уж если приезжает незнакомец, то Йен узнает об этом через полчаса. Йен смотрит на этих людей и на маленькую женщину в воде. Йен думает - Ула, пожалуйста, выйди из воды сама, я не хочу вытаскивать тебя оттуда силой. Йен ненавидит применять силу. Йен предпочитает разговоры. Йен всегда говорит, что коммуникация помогает предотвращать преступления.

Стиг подходит к Йену сзади и кладет ему руку на плечо. Стиг - врач-педиатр, вообще сегодня он должен был уехать в другой город, но раз уж Йен позвонил. Стиг с ненавистью думает про Улу и ее отношение к собственному ребенку. Стиг любит детей гораздо больше, чем взрослых, во взрослых уже ничего не исправишь, на них уже можно ставить крест, а дети - чистый лист. Стиг напрягается и больше всех боится за Хендрика. Стиг знает, Хендрик может умереть.

Гунилла, старая тетка Гунилла, подходит к Пиппе. Она знает Улу с самого ее рождения, ведь она была акушеркой у матери Улы. Гунилла видела, как Ула светилась во время своей беременности и какой она вернулась из госпиталя. Гунилла спросила, все ли хорошо, но Ула отмахнулась - все в порядке. Гунилла пару раз видела их в окно, Улу и малыша, но беспокойство ее не отпускало. Гунилла теперь знает - не зря.

Мойра, крошечная и почти прозрачная, спокойно ходит между стоящими на берегу и вглядывается в лица. Мойра - психолог, ее зовут всегда, когда происходит что-то подобное. Мойра, если честно, выезжает из участка впервые за последние 5 лет, потому что подобного в этом городе не происходит, а раньше она работала в городе покрупнее и уж там...Мойра отгоняет воспоминания. Мойра смотрит на Пиппу, кусающую палец, на Йена, мнущего в руках платок, на Стига, явно готового разораться, на Маркуса, который сидит в машине, на Лизе, которая плачет без остановки. Мойра останавливает взгляд на малыше Кеннете - вот уж кому точно не стоит тут быть. Мойра подходит, спрашивает разрешения у его матери, Лизы, и отводит Кеннета в сторону своей машины, где дает ему несколько игрушек, фломастеры и раскраску. Мойра возвращается на берег.

Анн-Мари приехала сразу после звонка Лизы. Анн-Мари стоит на берегу прямо в домашних тапочках и в пижамных штанах, кутаясь в тонкое пальто. Анн-Мари ничего не нужно, она просто хочет, чтобы Ула вышла из чертовой холодной воды. Анн-Мари недавно разговаривала с Улой, спрашивала, как малыш ведет себя, Ула сказала, что Хендрик плохо спит, но в целом все неплохо, он ведь растет. Анн-Мари успокаивала себя тем, что ее трое детей тоже спали плохо. Анн-Мари знает - дети могут доставлять неудобства и даже проблемы, но для того они и дети. Анн-Мари поджимает пальцы в домашних тапочках, холодно, очень холодно.

Ула стоит в воде. Ула очень хочет спать. Ула чувствует, как тяжелеют руки, и понимает, что сына держать совсем не хочется. Ула думает, что было бы неплохо его куда-нибудь положить, чтобы было видно, пока она лежит в воде. Ула хочет лечь.