Перевод 75 главы новеллы: "Я мама-мужчина в игре кошмар"
Поезд медленно прибыл на железнодорожный вокзал города Тихий Сайленс под покровом ночи.
На этой станции сошли только Сюй Иньтан и Сяо Цин.
Сайленс был небольшим и отдаленным городком, из-за чего их железнодорожный вокзал был довольно таки простым и примитивным. Выйдя из поезда, они увидели мерцающий свет фонарей, а так же вокзального служащего, что крепко спал в своей будке. Сяо Цин пришлось довольно долго стучать в окно, чтобы разбудить его.
«Кто там?!» — Рявкнул работник вокзала и поднял голову, сначала раздраженный своим пробуждением, но увидев своих раздражителей он лишь удивленно приоткрыл свои глаза.
Перед его будкой стояли двое стильно одетых молодых людей, излучавших ауру, редко встречающуюся в их местечке, указывающую на то, что они приехали из большого города.
Особенно выделялся тот, кто стоял чуть дальше от света, хотя он и был в солнцезащитных очках с маской, витающая вокруг него аура отличала его от обычных людей. Мужчина невольно сдержал ругательства, которые вот-вот должны были вырваться из его губ, произнося: «Извините, господа, могу я чем-нибудь вам помочь?»
«Э-э, извините, что мы прерываем ваш отдых. Мы здесь по туристическим делам. Не могли бы вы нам подсказать, как добраться до ближайшей гостиницы?» — с улыбкой спросил Сяо Цин.
«Гостиница...?» — Задумался дежурный, а затем воскликнул: «А! Вы ищете место для ночлега, верно? Тогда вам нужно идти к дому Старого Дорина. Отсюда идите прямо на площадь там вы увидите, дом с красной дверью, в котором еще горит свет на втором этаже — это именно тот, который вам нужен».
Поскольку этот город редко посещали посторонние, здесь не было официальных гостиниц. Только старик Дорин живущий неподалеку от площади, подготовил в своем доме две пустые комнаты для туристов.
Дежурный с энтузиазмом показал им дорогу на площадь и дал небольшой фонарик, объяснив, что уличные фонари в городе были сломаны уже несколько дней и до сих пор их не починили.
Было 10 часов вечера, время, когда обычно начиналась ночная жизнь города. Однако в этот момент маленький городок, казалось, уже спал. Улицы были пустынны, и лишь несколько окон домов пропускали свет. Ночной ветерок в этом месте был легким, из-за чего царила жуткая тишина, изредка нарушаемая стрекотанием насекомых, что усиливало ощущение одиночества.
Взглянув на ночное небо, Сяо Цин заметил, что небольшой горный городок, лишенный светового загрязнения, словно был окутан звездным покрывалом. Бесчисленные сверкающие звезды украшали сине-черное полотно ночи, ярко сияя, словно безмолвная, но захватывающая дух симфония, от которой захватывало дух и не хватало смелости ее нарушить.
Вспышка фотоаппарата осветила великолепное звездное небо, и Сяо Цин запечатлел момент, который был редким зрелищем в мегаполисе.
Он взглянул на результат и сказал Сюй Иньтану: «Этот пейзаж довольно хорош. Давай сделаем ещё несколько снимков с того склона. Ощущение звездного неба будет более масштабным и визуальное воздействие там должно быть сильнее, чем в поезде».
«Не беспокойся о багаже, сними маску и все остальное. Хм, встань немного дальше», — Сяо Цин поправил ракурс, жалуясь, что Сюй Иньтан слишком высокий, из-за чего ему трудно было найти правильную перспективу для съемки. Он сделал два снимка и посмотрел на них, но почувствовал, что что-то не так.
«...Сними и пальто, и расстегни две пуговицы на рубашке. Мы же в отпуске, нельзя быть слишком строгими. Нужно немного беззаботности», — Сяо Цин внимательно изучил лицо Сюй Иньтана, а затем протянул руку, слегка взъерошил ему волосы и потянул за пряди, чтобы придать ему немного растрепанный вид: «Хорошо, этого должно хватить!»
Сюй Иньтан поправил несколько прядей волос, которые попадали ему в глаза, и задумался, какие фотографии Сяо Цин мог бы сделать в такой кромешной темноте.
Но в этот момент Сяо Цин чувствовал себя мастером создания идеальных снимков!
Темное ночное небо, усыпанное звездами, и природа создавали прекрасный фон. А благодаря мастерству Сюй Иньтана, который также обладал отличными навыками работы с прожекторами, Сяо Цин мог только и представлять, как восторженно и радостно будут реагировать поклонники, рассматривая эти фотографии, и как много комплиментов они оставят в комментариях.
Позже ему придётся не забыть перенести все фотографии на свой планшет, чтобы забрать их с собой в реальный мир, иначе Хуахуа и Тяньтянь будут бесконечно корить его в групповом чате за то, что он возомнил себя дофига умным человеком, что не любит делиться вкусными вещами.
Он только мечтает о легком ветерке, который бы приподнял одежду Сюй Иньтана и немного обнажил часть его талии.
В тот самый момент, когда Сяо Цин с энтузиазмом готовил угощения для своих фанатов(которых на самом деле нет), на них внезапно упал луч света от фонаря.
Неподалеку от них стоял мужчина средних лет в полицейской форме, хмуро наблюдающий за ними, особенно за Сяо Цином, который в этот момент неловко сидел на земле. Он осторожно спросил: «Кто вы? Что вы здесь делаете?»
Сяо Цин тут же поднялся с земли, и отряхнул штаны от пыли, приготовив свою самую очаровательную улыбку, он произнес: «Мы туристы. Только что сошли с поезда и планировали остановиться у господина Дорлина. Однако ночное небо здесь невероятно красивое, и мы не смогли удержаться от того, чтобы сделать несколько фотографий на память».
Он показал мужчине фотографии на своем телефоне, представляясь как Гримм(*格林) и, указав на Сюй Иньтана, сказал: «Это мой друг, Тан(*斯维特). Могу я узнать, как вас зовут?»
Увидев подлинные фотографии ночного пейзажа, сделанные Сяо Цин, и без проблем проверив их удостоверения личности, мужчина немного смягчил выражение своего лица и откашлялся: «Я Чарльз, шериф этого города. Добро пожаловать в Тихий Сайленс, мы рады приветствовать вас двоих».
«Я отведу вас к мистеру Дорину. Если вы будете продолжать здесь крутиться, другие жители могут подумать, что в городе орудуют воры».
Он жестом указал на дома по обеим сторонам, в его тоне чувствовалась некоторая авторитетность.
«Спасибо за помощь», — охотно согласился Сюй Иньтан.
Бабочки Саньхуа вылетали из его тени. Ночь, несомненно, была любимым временем для бабочек его малышки. Обширные, густые и устойчивые тени ночи создавали наилучшие условия для строительства гнёзд и коконов, из-за чего за одну ночь они могли покрыть ими весь город.
Во время пятнадцатиминутной прогулки от вокзала до площади бабочки Саньхуа приблизительно осмотрели город. Они не почувствовали никакой опасной ауры и не обнаружили никаких подозрительных статуй. Затем они передали эту информацию своей матери и начали строить базовый каркас для своих гнезд.
На этот раз она взяла с собой только опытных, взрослых бабочек, старые, слабые и больные бабочки остались в реальном мире, чтобы охранять гнездо.
При входе в виртуальное пространство из реального мира оставшиеся бабочки переходили в спящее состояние. Сюй Саньхуа чувствовала их присутствие, но не могла ими командовать.
Кроме того, гнезда и коконы, построенные в параллельном мире, исчезали после завершения копии. Если какие-либо бабочки не успели попасть в пространство питомцев вовремя, их состояние также обнулялось.
К счастью, из-за нехватки времени и большой рабочей нагрузки в предыдущем мире Саньхуа построила наспех лишь простое и недостроенное гнездо. Иначе она наверняка бы заплакала от горя.
На этот раз гнёзда, построенные малышкой, представляли собой простые сооружения. Молодые и бабочки среднего возраста оказались выносливыми и не требовали высоких условий жизни, поэтому им удалось поселиться вместе.
*******************************
Вскоре небольшой прогулки площадь — центрального делового района городка Сайленс — была уже почти видна.
Будучи единственной площадью в городе Сайленс, она не имела официального названия.
Однако если кто-то говорил: «Идите на площадь», все в городе знали, где она находится.
Это место также было самым оживленным и шумным центром ночной жизни города.
Таверны, рестораны и танцевальные залы, которые еще не закрылись, освещали окрестности площади. Вечерний ветерок доносил звон бокалов, разговоры и песни людей — редкий момент расслабления после дня, полного суеты.
Ломаное пение вызвало у шерифа Чарльза вздох раздражения. Он указал на нескольких мужчин, весело пьющих на улице возле таверны, и, повернувшись к Сюй Иньтану и его напарнику произнес: «Смотрите, внутри хуже всех поет старый Дорин, этот пьяница!»
Все мужчины за этим столом были изрядно пьяны. Шериф Чарльз мельком взглянул на них, но тут же отвел взгляд: «Ха, ладно, позвольте мне сопроводить вас прямо к нему домой. Его жена, Иса, должна быть там».
Дом старого Дорина находился всего в трех домах от таверны и соответствовал описанию, данному работником вокзала: двухэтажное здание с дверью, выкрашенной в красный цвет, и освещенным окном на втором этаже.
Шериф Чарльз позвонил в дверной звонок и громко крикнул: «Иса! Гости готовы к заселению!»
Вскоре дверь открыла пожилая женщина. У нее была слегка полноватая фигура, румяные щеки, и седые волосы что были аккуратно обернуты платком. С лучезарной улыбкой она пригласила всех войти и присесть.
Шериф Чарльз покачал головой, извинился и отправился на патрулирование, а затем поручил Исе позаботиться о двух гостях. Женщина с уверенностью согласилась и проводила Сюй Иньтана и Сяо Цин в соседние комнаты на втором этаже.
«Это две лучшие комнаты, которые у нас здесь есть!» — Иса принесла постельное белье и подушки с чердака, расставила кровати и ободряюще сказала: «Не волнуйтесь, все выстирано и высушено, очень чистые. Туалет и ванная комната находятся напротив. Полотенца и зубные щетки внутри предназначены специально для гостей».
«Хотите что-нибудь поесть? Как насчет бутербродов? И несколько жареных сосисок? Вы ведь так долго путешествовали. Я заварю вам горячий чай. Отдохните немного, а потом прими горячую ванну, вы точно хорошо выспитесь сегодня ночью».
После этих слов женщина спустилась вниз, чтобы приготовить ужин. Тем временем Сюй Иньтан и Сяо Цин открыли свои чемоданы, чтобы проверить содержимое свои вещи.
Сяо Цин был очень доволен примерно дюжиной нарядов в чемодане Сюй Иньтана и еще больше обрадовался, увидев обширную коллекцию оборудованию для прямых трансляций.
«Ты даже кольцевые лампы привез. Ты уверен, что приехал в отпуск?»
Сюй Иньтан: «...Профессиональная привычка?»
Сяо Цин: «...В этом нет ничего плохого».
Его багаж так же соответствовал его профессии. Камеры, штативы, отражатели и рассеиватели, а также выделенный компьютер для постобработки занимали большую часть места, из-за чего лишь несколько комплектов сменной одежды поместились в сумку.
Иса быстро принесла бутерброды, сосиски и чайник горячего чая. Она также упомянула, что водонагреватель уже включен, так что они могут принять душ, когда захотят. Они могут оставить использованные полотенца и прочее в каком-нибудь месте, а она постирает их завтра.
Однако старик Дорин не вернулся даже после того, как Сюй Иньтан и Сяо Цин закончили принимать душ и приготовились ко сну. Их комната выходила на площадь, и, подняв занавески, они увидели мужчин перед таверной, всё ещё в приподнятом настроении.
Старик Дорин сменил своих собутыльников. Они выглядели настолько пьяными, что едва могли держать глаза открытыми.
Затем Иса схватила старика за ухо и потащила того домой. Она отругала его тихим голосом, боясь потревожить гостей. Мужчина, осмелевший от алкоголя, тоже что-то проворчал в ответ.
Их голоса были слышны Сяо Цину так, словно они говорили прямо рядом с ним. Иногда, когда они спорили более ожесточенно, Сюй Иньтан тоже мог разобрать их слова.
По всей видимости, речь шла о каком-то «ребенке» и «демонической одержимости». В разгар спора старый Дорин начал рыдать, и в голосе Исы тоже послышались слезы.
Тем временем в таверне снаружи все еще было шумно. Сюй Иньтан снова поднял занавеску и выглянул наружу.
Несколько сильно пьяных мужчин лежали на обочине дороги. Другие заведения закрылись, и площадь постепенно погружалась во тьму по мере приближения полуночи.
Внезапно он услышал хлопанье крыльев бабочек Саньхуа — это был предупреждающий звук.
Следуя за шумом, Сюй Иньтан посмотрел в сторону центра площади и заметил несколько статуй, тихо стоящих, словно установленных там без их ведома.