Перевод 26 главы "Сборщик трупов"
Высадившись, Линь Сян в сопровождении своего хорошего друга отправился в магазин молочного чая возле ворот колледжа, чтобы купить их любимый напиток.
Теперь Линь Сян хорошо понимал Ся Бая после трех лет дружбы, ведь он с самого начала считал его человеком скромных желаний. Ся Бай, казалось, был равнодушен к богатству, юноша не интересовался красотой и не стремился к славе или академической строгости. Его единственной страстью, похоже, был молочный чай, особенно с красной фасолью или шариками таро*.
(*традиционный тайваньский десерт из таро (корнеплода, семейства ароидных, который используются в качестве овоща из-за клубнелуковицы, листьев, стеблей и черешков).
Конечно, Линь Сян теперь знал, что очевидное отсутствие желаний у Ся Бая было просто следствием того, что его интересы лежали в необычном направлении.
Но хорошие друзья, как думал об этом Линь Сян, должны были пить молочный чай вместе. Поэтому он купил два стакана, и вручил один из них Ся Баю, после этого они вместе пошли к колледжу, потягивая напитки.
«Ся Бай, я накопил более 1,1 миллиона баллов в качестве вознаграждения. Но потратил 550 000 на лечение, теперь у меня осталось всего около 600 000 очков. А у тебя?» — с интересом спросил Линь Сян.
«Я получил 1,9 миллиона очков, а также приобрел навык души», — спокойно рассказал Ся Бай.
В ответ на эти слова Линь Сян, чуть ли не подавился чаем с шариками от волнения, похрипывая, он нетерпеливым голосом спросил: «У тебя действительно есть навык души?»
Ся Бай кивнул и собирался объяснить, в чем заключалась его суть, но тут же был, прервал другом: «Не говори мне, что это. Безопаснее всего будет хранить эту информацию в секрете. Если меня когда-нибудь схватят враги, я не уверен, что смогу удержаться от того, чтобы не раскрыть твои способности под давлением».
Ся Бай шокировано посмотрел на юношу рядом. Он даже не мог представить, что Линь Сян будет думать о таком далеком будущем.
Но добравшись до кампуса, они прервали разговор об игре. В этот отчетный день колледж гудел от активности многие студенты ходили тут и там. Поэтому они вдвоем просто решили, прогулялись и осмотрели кампус.
Хотя на территории медицинского колледжа Хэпин, почти не осталось старых сооружений, в зданиях все еще можно было проследить исторические мотивы, а не жуткие события сопутствующие его созданию.
Ведь колледж был основан во время войны, с глубоко укоренившимся девизом «Служить семье и стране, спасать жизни и лечить раненых», начертанным на центральном каменном памятнике — символе, возможно, запятнанном кровью, но лишенном какого-либо ужаса.
Первокурсники, полные волнения и предвкушения, мечтали о будущем в качестве уважаемых врачей, которые будут лечить и помогать другим, и о том, что их путь будет озарен славой.
«Это замечательно», — заметил Линь Сян, чувствуя, как его страхи перед медицинским колледжем, вызванные игрой, начинают рассеиваться.
Ся Бай, поедающий сладкую красную фасоль на дне стаканчика, осматривал просторные улицы кампуса, на полные надежды лица людей, залитых ярким солнечным светом, и не мог не задаться вопросом, действительно ли девушка по имени Чу Сюэлинь приехала сюда много лет назад, с сияющими глазами, как и у них.
Она, скорее всего, была бы одета в простую одежду. Возможно, в тот день на ней было простое белое платье, в руках она несла большой чемодан, а на плечах весел старый потертый зеленый рюкзак, ее рот был слегка приоткрыт от благоговения перед этим наполненным мечтами кампусом.
Из-за загруженности первого дня сотрудники общежития были очень заняты и не успели, как следует запомнить лица первокурсников, что позволило Линь Сяну и Ся Бай незамеченными проскользнуть в комнату общежития 312. Там они увидели лишь одного Мэн Тянью.
Линь Сян осмотревшись, спросил: «А где Сун Минлян?»
«Он ушел», — заявил Мэн Тянью, вкладывая в свои слова более глубокий смысл.
«Куда он делся?» — переспросил Линь Сян, не поняв намека.
«Привезя меня сюда, он собрал свой багаж и ушел», — объяснил Мэн Тянью.
Ся Бай замер, и на мгновение погрузился в раздумья. В его голове быстро всплыли вспоминания из игры, где Сун Цян кричал и бил Сун Минляна, как юноша молча опускал голову, терпя такое отношение при незнакомых людях, и неизгладимый образ Сун Минляна, разорвавшего рот своему отцу.
То, как они взаимодействовали ежедневно, было ясно и понятно всем собравшимся, так в чем же тогда заключалась роль Сун Цяна для Сун Минляна?
Вполне вероятно, что Сун Минлян не питал к нему никакой привязанности, и единственными эмоциями, которые он испытывал, были смесь страха и отвращения. Однако после смерти Сун Цяна, Сун Минлян стал молчаливым призраком в реальном мире, как будто он сам исчез или мир исчез из его поля зрения.
Трио погрузилось в молчание. Умывшись, они легли в свои кровати.
Полностью синхронно, каждый из них включил игровое приложение на своем телефоне, просматривая форум.
Линь Сян внезапно спросил: «Теперь, когда вы двое вошли в игру, каковы ваши планы? Я думаю купить несколько объектов недвижимости рядом с вашим колледжем. Брат Хуа сказал, что ваше общежитие самое безопасное место в городе, из-за чего прилегающее к ней территории тоже должны быть тихой гаванью, не так ли?»
Какие у них могли быть планы? Они ведь не могли позволить себе купить несколько объектов недвижимости рядом с колледжем...
Мэн Тянью развернулся и посмотрел в потолок: «Сначала я хочу получить протез, а затем выполнить несколько простых заданий на форуме, чтобы заработать очки и восстановить ногу. Если простые задания на форуме не принесут много баллов, то я, возможно, снова войду в игру».
Возвращаться в игру означало поставить на карту свою жизнь.
Многие могли бы выбрать жизнь с протезом, и решение Мэн Тяньюя поступить именно так свидетельствовало о его желании жить дальше, не сдаваясь в таких обстоятельствах.
Ся Бай спокойно ответил: «На данный момент у меня нет никаких планов».
Ся Бай действительно еще не решил, что делать дальше. Было кое-что, что он хотел сделать, но его нынешние возможности были ограничены.
Он, казалось, обладал очень многообещающим навыком души, но это был навык типа роста. Без трупов, для него все было, так как будто у него вообще и не было навыков, поэтому он не смел, действовать безрассудно в такой момент.
Если появится возможность, он хотел сначала выяснить, куда делись его Си Шэнь.
Хуа Хаомин сказал, что они, вероятно, были поглощены игрой, но было слишком много игровых экземпляров, с чего ему было бы проще всего начать?
Так у Ся Бая возникла идея — поискать ближайшие игровые карты.
В городе Цзянци не было много игровых событий, но игры часто появлялись в соседнем городе Цюаньгуан. Более того, его Си Шень исчезли именно после того, как город Цюаньгуан был оцеплен из-за всплеска большого количества игр, поэтому он хотел начать искать их там.
Однако город Цюаньгуан был пока еще недоступен для обычных людей. Он задавался вопросом, сможет ли он попасть туда, без огромных стараний.
Или для этого ему нужно было пройти через Бюро по управления играми?
Пока Ся Бай размышлял об этом, он получил сообщение от Хуа Хаомина.
Хуа Хаомин: [Твои талисманы для управления трупами, которые тебе дал дедушка, остались у тебя?]
Хуа Хаомин: [Я поговорил о них с надежным старшим сотрудником. Мы думаем, что твой дедушка был игроком, и при этом очень сильным.]
Хуа Хаомин: [Ты помнишь, что я сказал в игре, да? В игре эффективны только навыки\реквизиты, полученные там. Даже если твой дедушка был пастухом трупов, и талисманы были эффективны на мертвецах, которых он вел в реальном мире, они не будут работать на трупах в игре. Если только он не получил навык рисования талисманов в игре.]
Хуа Хаомин: [Тщательно подумай, были ли какие-либо признаки того, что он был игроком?]
Ся Бай: [Не тогда, когда он был со мной. Я ничего не замечал, когда был дома, он всегда оставался на одном месте и не любил выходить без надобности. Однако я не знаю, что он делал, когда я был в школе, а я часто оставался там.]
Хуа Хаомин: [Мы считаем, что это может быть навык души или навык реквизита. Навык души очень хорошо подходит под эту концепцию, вписываясь в его опыт и отношения с трупами в молодости.]
Также рассматривалась и возможность предметного навыка, у деда Ся Бая могла быть специальная кисть для рисования талисманов, которая могла подавлять мертвецов.
Ся Бай сразу вспомнил о киноварной кисти своего деда.
Когда Хуа Хаомин спросил, оставил ли ему дед талисманы, подавляющие трупы, он ответил да. Он не лгал, но и не говорил всей правды.
Его дед был пастухом трупов, но теперь в такой роли не было необходимости. Естественно, он не брал учеников, как его собственный учитель. Однако иногда он не мог устоять перед соблазном научить Ся Бая рисовать талисманы.
Когда Ся Бай был свободен, он следовал его наставлениям, что помогло им обнаружить, весьма неплохой талант юноши в этом деле, его дед позволил ему использовать свою старую киноварную кисть, как будто передавая это ремесло ему по наследству.
Это было то, во что когда-то верил Ся Бай.
Талисманы, включая те, что оставил его дед, и те, что нарисовал Ся Бай, хранились вместе. Поняв, что с их миром может быть что-то странное, он взял несколько штук для душевного спокойствия.
Он искренне верил в эффективность талисманов своего деда на трупах. Его дед был невероятно внимателен к своей работе, и Си Шэни у них дома явно были тому подтверждением его достижений. Тогда Ся Бай не знал, что талисманы из реального мира неэффективны на трупах в игре, поэтому он отдал парочку Линь Сяну.
Он не был уверен, были ли там талисманы, которые нарисовал он сам. Если его собственные талисманы могли подавлять трупы, то это было из-за киноварной кисти.
Как сказал Хуа Хаомин, если это был предмет, полученный в игре, он имел свои навыки.
Его дед... был игроком с редким реквизитом.
Перед ним возникло старческое лицо и улыбка деда, единственного члена семьи, который всегда был с Ся Баем в его воспоминаниях.
Он был добродушным человеком, который жил свободно и комфортно. Единственным его недостатком было то, что он любил немного хвастаться, часто сидя на террасе во дворе, обмахиваясь веером, старик утверждал, что в молодости он был лучшим пастухом трупов в их районе.
Но, помимо его старой профессии и небольших познаний в фэн-шуе, у него, похоже, не было никаких особых способностей, и он жил обычной жизнью.
Был ли он действительно игроком?
Если он был, то, как он умер? На рынке игроков были даже лекарства от рака, так как же он мог умереть?
В тот день шел снег. Обычно в снежные дни дедушка Ся Бая терпеливо ждал его у входа в деревню, но в тот день все было иначе. Не найдя дедушку на привычном месте, Ся Бая охватила волна беспокойства, заставившая его поспешить домой, именно там он обнаружил безжизненное тело своего дедушки, уже холодное и окоченевшее во дворе.
Но Вэнь Дун и Вэнь Цю тоже погибли в игре, и их тела не вернулись обратно.
Затем Ся Бай вспомнил, что в ту ночь, когда он услышал о закрытии города Цюаньгуан, на фотографиях, которые он увидел на таинственном форуме, были видны мертвые тела.
Он попытался отогнать плохие мысли, подавляя нарастающие эмоции, и продолжил читать послание Хуа Хаомина.
Хуа Хаомин: [Основываясь на том факте, что твой дедушка был игроком, и, принимая во внимание исчезновение Си Шень вашей семьи, мы обоснованно предполагаем, что эти Си Шень были не бездомными трупами, которых твой дедушка подобрал, когда был молодым, а трупами из игрового мира. Другими словами, NPC.]
Хуа Хаомин: [Ты упоминал, что они не были простыми костями, но после стольких лет, как они могли не сгнить? Ты студент медицинского колледжа Хэпин, и должен знать эти нюансы лучше меня. Это предположение объяснило их аномалию.]
Нет, Ся Бай просто думал, что они были такими, из-за двора их семьи, который был геомантическим сокровищем, которое могло сохранять первичный облик тел в течение многих лет.
Ся Бай знал, что писать об этом другой стороне, сейчас бесполезно.
Хуа Хаомин: [Потому что изначально они были трупами из игрового мира, когда твой дедушка умер и игра распространилась по миру, они вернулись в игру. Это бы все объяснило.]
Ся Бай свернулся в своем одеяле.
Все ли из них вернулись к своим семьям?
Но в первую очередь они были его семьей…
Хуа Хаомин, не подозревая об эмоциональных колебаниях Ся Бая, продолжил рассуждать: [Талисманы твоего деда не только подавляли трупы, но и могли вывести их из игры. Возможно, он даже мог использовать их для управления мертвецов, найденных им в игровом мире. Если хорошенько подумать, этот навык довольно ужасающий. Должно быть, он был очень сильным игроком.]
[Но мы не нашли его в списке зарегистрированных игроков Бюро по управлению игры.]
[И это не редкость, не все люди хотят регистрироваться в базе данных. Но независимо от этого фактора, если бы он был высоко в рейтинге, то появился бы в таблице лидеров игрового приложения. Информационный отдел Бюро управлениями игр ежедневно фиксирует рейтинги. Я попрошу кого-нибудь помочь тебе проследить и проверить, не появлялся ли в прошлом кто-то, похожий на твоего дедушку.]
Закончив разговор, Хуа Хаомин наконец осознал какое значение имели Си Шени для Ся Бая. Юноша со всей серьезностью включил их в свою генеалогическую книгу, и его чувства к ним даже сумели, подавили его склонность к мертвым людям в игре.
Их важность для него была очевидна…
И вот теперь он обнаружил, что эти Си Шэни не принадлежали к его семье и что они вернулись в игру.
Он ведь не расстроится, правда?
Будет ли разбито сердце этого чудаковатого Ся Бая, который постоянно витал в своем мире?
Но он казался тем человеком, кого никогда не разобьют...
Хуа Хаомин убрал свой телефон и собирался присоединиться к товарищам по команде за ужином, но он не смог этого сделать, поэтому раздраженно вернулся в их чат и спросил: [О чем ты думаешь?]
Ся Бай: [Я буду заходит в игры и искать их, а затем спрошу, были ли они вынуждено или добровольно возвращены в игру.]
Неужели он действительно так сильно их любил?
Хуа Хаомин: [А что, если бы их заставили вернуться в игру?]
Ся Бай: [Тогда я верну их обратно.]
Хуа Хаомин: [А что, если они вернулись добровольно?]
Ся Бай: [Тогда я просто навещу их. Узнаю, в каком месте они остались, проверю, все ли у них хорошо.]
Он действительно их очень любил.
Поскольку юноша уже принял решение, он не стал много говорить.
Однако он почувствовал, что ему нужно напомнить ему об одной вещи: [Ты знаешь, что навыки души могут влиять на душу человека, верно? Если твой навык души связан с трупами, ты должен быть осторожным в его использовании и не злоупотреблять им. В противном случае, по мере усиления влияния, ты можешь стать одержимым трупами, как это было в игре Хэпинского колледжа.]
Его навык действительно был связан с мертвыми, и он даже давал +100% близости с ними. Книга навыков предупреждала о влиянии души, что в его случае означало, что он еще бы сильнее захотел находиться с мертвыми при использовании навыка.
Ся Бай: [Да, я буду осторожен.]
Хотя он не считал это серьезным побочным эффектом.
Хуа Хаомин снова напомнил ему: [Три игрока приходили к тебе домой, чтобы провести расследование. Женщина на вчерашнем видео, Су Сюэ, нормальная, но человек рядом с ней — фанатик игровых исследований. Он, вероятно, знает о твоей ситуации от Су Сюэ. Будь осторожен и дай мне знать, если встретишь его.]
Казалось, их разговор подходил к концу, но через две минуты медленно пришло еще одно сообщение.
Хуа Хаомин: [Кстати, у тебя остались какие-нибудь талисманы, подавляющие трупы? Ты их продаешь?]
Хуа Хаомин: [У меня довольно много очков. Ты можешь взять с меня неплохую сумму, если хочешь.]
Ся Бай: [Могу ли я продать их за деньги вместо очков?]
Есть ли еще игроки в наши дни, которые предпочитают деньги очкам?
Хуа Хаомин: [Сколько стоит один талисман?]
После некоторых раздумий, потратив несколько минут на то, чтобы нарисовать хотя бы одну из них в уме, Ся Бай смело спросил: [Десять тысяч*?]
(* 10 000 юаней на 21.09.2025 - это ~117 100 русских рублей, ~ 4 250 белорусских рублей, ~760 700 казахстанских тенге, ~58 000 украинских гривен).
Хуа Хаомин согласился купить у Ся Бая десять талисманов, подавляющих трупы, по сто тысяч каждый.
Ся Бай был немного ошеломлен таким большим количествам денег, миллион юаней мог бы поддерживать его скромный образ жизни десятилетиями. Он даже мог бы позволить себе билеты на самолет, если бы захотел попутешествовать.
Ся Бай тогда задался вопросом, можно ли с помощью киноварной кисти создавать такие талисманы.
Не только талисманы подавления трупов, ведь его дед также научил его рисовать талисманы контроля трупов. По словам Хуа Хаомина, его дед, должно быть, использовал их, чтобы вывести Си Шэней из игры.
Не беспокоя Хуа Хаомина, Ся Бай начал поиск информации на форуме игрока в приложении.
Многие новые игроки приходили в раздел обсуждений с вопросами. Используя определенные ключевые слова, Ся Бай быстро нашел ответ, который искал.
После смерти игрока игровое приложение на его телефоне автоматически удалялось. Его профиль очищался и исчезал вместе с его личностью и навыками.
Это означало, что даже если он найдет дома кисть с киноварью, он больше не сможет рисовать талисманы, которые были бы эффективны в игре.
К счастью, у него еще осталось немного талисманов.
Точно так же, как его учебники для старшей школы все еще были дома, талисманы, которые он и его дед нарисовали, также хранились с большим трепетом. Талисманы, контролирующие трупы, было гораздо сложнее нарисовать, чем подавляющие трупов, поэтому их было меньше, но они все равно были…
С ними, даже если его собственный навык души в данный момент был совершенно бесполезен, он все равно мог заходить в игры, чтобы найти своих Си Шэнь и собирать трупы, чтобы повысить уровень своего навыка.
Зная, что Си Шэнь могли быть выведены из игры, он был еще более полон решимости войти в игру, чтобы найти их.
Ся Бай решил как можно быстрее найти способ отправиться в город Цюаньгуан в эти выходные.
К тому времени, как он разобрался с этими мыслями, Линь Сян и Мэн Тянью, измученные игрой, уже спали. Ся Бай же, с другой стороны, еще оставалось сделать одно последнее дело.
Он открыл свою личную страницу навыков и предметов в игровом приложении, чтобы взглянуть на [Паразит Сюэму].
Паразит Сюэму питалась любовью и кровью.
Ся Бай не знал, как ее кормить, поэтому он попытался уколоть палец иглой и капнуть каплю крови на изображение Сюэму на экране. Кровь быстро впиталась в поверхность его телефона.
Успокоенный этим событием, Ся Бай пошёл спать.
Хуа Хаомин сказал, что их общежитие теперь одно из самых безопасных мест в мире, и что любой, кто сможет переехать к ним, не будет, является обычным человеком.
Они ждали гостей, но не так скоро, и в количестве двух штук.
Их разбудил стук в дверь. Линь Сян, который был ближе всех к выходу, заворчал, вставая, чтобы открыть ее.
«Здравствуйте, нас только что перевели жить в комнату 312». ‒ Произнес один из них: «Сун Минлян забрал документы».
Все трое застыли от шока, но не стали ничего комментировать.
Линь Сян пригласил их войти, извинившись: «Извините, я остался вчера вечером, не ожидал, что вы придете так рано».
«Все в порядке», — сказал один из новичков в очках: «Я все равно мало сплю».
Оба юношей казались добродушными людьми.
Таким способом у них появилось двое новых соседа по комнате. Один из них был первокурсником по имени У Чу, а другой — выпускником третьего курса по имени Чжун Цзыцан.
Поговорив немного, У Чу спросил: «Ся Бай, Мэн Тянью, вы хотите поменяться комнатами? Не стесняйтесь ставить свои условия».
Линь Сян, который умывался, взглянул на говорившего и подумал про себя, что он никогда не ожидал, что этот день наступит снова. Затем он громко заявил: «Ся Бай не съедет! Даже за десять миллионов!»
Учитывая их позицию, тема была закрыта.
Умывшись, Линь Сян ушел, не желая задерживать Ся Бая в первый день занятий.
Перед уходом Ся Бай дал ему несколько талисманов, подавляющих трупы: «Будь осторожен».
Линь Сян с радостью принял их: «Ты тоже, Ся Бай. Я приду, чтобы пообщаться с тобой после того, как закончится вступительная церемония ».
Линь Сян также учился в местном университете города Цзянци, но он поступил позже, на целых шесть дней.
После ухода Линь Сяна в полдень зашел Хуа Хаомин. Он приехал, чтобы купить оговоренные талисманы для подавления трупов.
Сыграв две игры подряд, он получил долгожданные "каникулы". Купив талисманы, он неторопливо пообедал в относительно безопасном колледже перед отъездом.
После того, как они оба его друзей ушли, Ся Бай на несколько дней вернулся к своей обычной студенческой жизни.
Он посещал занятия, а также онлайн-курсы по играм от Бюро управления, ища возможности посетить город Цюаньгуан.
Его первоначальный план состоял в том, чтобы тихо войти в город с командой, найденной на форумах игроков. Если его план не удастся, то ему придётся обратиться за помощью в Бюро управления играми.
Но неожиданно для него, прямо перед его носом появилась прекрасная возможность войти в город.
Среди населения распространялись слухи о том, что в городе Цюаньгуан появился источник загрязнения, что привело к заражению многих людей и нехватке медицинских сотрудников.
Медицинский колледж Хэпин организовал команду волонтеров для поддержки города Цюаньгуан, призывая к участию старшекурсников, особенно тех, у кого есть опыт стажировки.
Ся Бай был одним из первых, кто услышал эту новость, так как организатором волонтерского движения был его новый сосед по комнате, президент студенческого союза медицинского колледжа Хэпин, Чжун Цзыцан.
Услышав эту новость, сердце юноши замерло.
Он знал, что игроки с навыками исцеления были редки личностями и с трудом справлялись с частыми игровыми инцидентами в городе Цюаньгуан, что потребовало гражданской помощи.
Но это означало, что волонтеры узнают, что проблема в городе Цюаньгуан была не только в загрязнении, Бюро пришлось бы раскрыть существование игры незнающей части населения.
Возможно, некоторые гражданские лица уже знали об этом, учитывая, что Бюро по управлению игрой имело отделения в каждом городе с множеством административных и материально-технических сотрудников, большая часть персонала не была игроками.
Ся Бай спросил Чжун Цзыцана: «Много ли людей записалось?»
Чжун Цзыцан отодвинулся от экрана ноутбука, заполненного именами: «Нам нужна всего сотня, но уже зарегистрировались более трех тысяч».
Ся Бай позвонил Линь Сяну, чтобы рассказать ему об этом.
«Но их легко могут втянуть в игру», — с тяжелым вздохом сказал Линь Сян: «Как жаль, они — будущие элитные столпы нашего общества. Как руководители вашего колледжа могли это допустить? Вместо этого им следовало не вмешиваться в это дело».
«Не стоит нас жалеть, все мы равны», — спокойно ответил Ся Бай.
Линь Сян понял, что имел в виду юноши по его спокойному голосу.
Он почти забыл, что этот ведущий национальный медицинский колледж был основан в самые опасные времена войны. Поколение за поколением они росли под девизом «Преданность нации и роду, исцеление раненым». Как они могли уклониться от трудностей в такое время?
Руководители колледжа знали ситуацию в городе Цюаньгуан, поэтому решили сформировать команду волонтеров для поддержки. Они были уверены, что даже если бы студенты знали о ситуации в городе Цюаньгуан, подавляющее большинство не отступило бы на полпути.
Линь Сян сжал телефон в руке: «Ся Бай, ты звонишь мне, потому что...»
«Я тоже подал заявку», — спокойно произнес Ся Бай.
«Но они же подбивали старшекурсников пойти на это. Ты же в колледже всего несколько дней как первокурсник!» — с тревогой произнес Линь Сян.
«У меня может не быть таких медицинских знаний или практического опыта, как у них, но я могу зашивать и бальзамировать трупы. Я также игрок с небольшим опытом. Старший Чжун сказал мне, что моя заявка была одобрена», — продолжил настаивать Ся Бай: «Не волнуйтесь, у меня все еще есть навык души».
Линь Сян некоторое время молчал на линии, а затем произнес: «Хорошо, я тебя понял».
Ся Бай также сделал паузу на несколько секунд: «Мой дедушка похоронен слева от входной двери дома. Пока я буду в городе Цюаньгуан, если будет сильный дождь или что-то еще, можешь ли ты присмотреть за ним для меня?»
Линь Сян быстро ответил: «Конечно, когда ты уезжаешь?»
Ранним утром в понедельник Линь Сян подъехал на внедорожнике к медицинскому колледжу Хэпин, надел солнцезащитные очки и написал Ся Баю сообщение.
Линь Сян: [Ся Бай, ты меня вдохновил. Я решил перестать бездельничать и принести пользу обществу.]
Линь Сян: [Я провожу тебя. Я сейчас у западных ворот твоего колледжа. Ты можешь подойти к машине?]