Перевод 15 главы новеллы: "Соленая-рыба зомби"
Чэнь Тянь отдернул факел не потому, что боялся этих лиц, а потому, что в мембране было масло.
В глубине души он знал, что несмотря ни на что, ему придется поползти дальше.
С решительным взглядом Чэнь Тянь, сжал зубы и двинулся вперед к проходу.
Призрачные лица и руки, казалось, боялись огня от факела. По мере приближения жара к стене, призрачные руки отдергивались, а лица беззвучно искажались от слез.
Казалось, они очень ненавидели огонь.
После того, как огонь от факела прошел вперед, призрачные лица стали еще более отвратительными и злыми, призрачные руки вокруг них, ещё активнее стали тянутся к телу игрока.
Чэнь Тянь прижался локтем к липкой стенке печи и осторожно, но с трудом пополз вперед.
Нин Су последовал за ним, держа в руках фонарик, чтобы внимательно осмотреть ситуацию внутри печи.
Следующим была Чэнь Цин. Когда она увидела, что находится внутри стен мусоросжигателя, ее чуть не вырвало.
Подавив позывы к рвоте, она поспешно прикрылась шарфом-невидимкой. Чэнь Цин хотела отдать часть ткани Нин Су, но лишь увидела, как тот с удовольствием смотрит на стену, как будто бы рассматривая фреску, внутри музея.
Нин Су заметил как Чэнь Цин, хотела отдать ему кусочек своего шарфа, но лишь покачал ей головой, сказав: «Мне это не нужно. Отдай лучше эту часть Ли Инь».
В этот момент Чэнь Тянь спереди передал Ли Инь, новую информацию: «Будь осторожен, эти твари боятся и ненавидят огонь».
«Боятся и ненавидят огонь ... они все сгорели в мусоросжигателе, верно?»– Сказал Ли Инь, осторожно держа в руке факел.
Это предположение было разумным, но оно сделало ситуацию еще более пугающей.
Даже ощущение липкости на руках было невыносимым и неприятным. Они не знали, была ли это иллюзия создания их сознанием, но внутри печи, казалось, стоял густой и резкий запах, гниющие плоти.
Чэнь Цин подавила свое желание вырвать и переключила свое внимание на другую вещь, спрашивая Нин Су: «Было ли здесь все так же, когда ты был тут в последний раз?»
Нин Су, продолжая двигаться ответил: «Я не знаю. В прошлый раз было слишком темно, из-за чего я просто продолжал ползти вперед».
Действительно, возможно, лучше им было ничего не видеть.
Чэнь Цин смотрела на ноги Нин Су, не глядя на лица на стенах мусоросжигательной печи.
Не поворачивая взгляда, ее слух невольно сосредоточился на улавливании всех окружающих звуков.
Поэтому в этом состоянии она, казалось, действительно услышала скорбные вопли призрачных лиц, смешанные со звуком трения одежды об липкую субстанцию мусоросжигателя.
Холодное дыхание проникало в ее конечности через слуховой проход, из-за чего тело Чэнь Цин становилась все холоднее и холоднее.
«Почему мне кажется, что эти маленькие ручки становятся все длиннее и длиннее и вот-вот коснутся меня!» - В ужасе закричал игрок позади нее.
Тело Чэнь Цин тут же напряглось, и именно тогда она почувствовала, как приземлилась на ее шею, капля тяжёлой жидкости, текстурой похожей на неизвестное липкое вещество выделяемое маленькими ручками.
Резкий и неприятный запах ударил ей в голову, пока невыносимое жжение, причиняло ее коже боль в том месте, куда капнула жидкость.
Чэнь Цин тяжело задышала и задрожала, нервно сглатывая слюну.
Жидкость, способная проникнуть сквозь ее шарф, уже предупреждала ее о приближающейся опасности.
В ужасе Ли Инь, крикнул: «Черт возьми! Они поймали меня!»
После этих слов, Чэнь Цин также почувствовала, как ее лодыжку зажало что-то липкое и холодное. Маленькая ручка не столько схватила ее, сколько крепко прижималась к ней своей маленькой длинной.
Она стиснула зубы и не вскрикнула, молча считая маленькие ручки, которые ее поймали.
«Не обращайте на них внимания! Спешите и отчаянно ползите вперёд!» – Громко крикнул Чэнь Тянь впереди всей процессии.
Он изо всех сил старался сохранять спокойствие и отдавал приказы холодным и жестким голосом, надеясь придать некоторую стабильность людям, ползущим за ним.
На самом деле, несколько маленьких ручек уже прижались к его ногам и талии, из-за чего ему было нелегко двигаться вперёд.
Попытавшись отбросить несколько маленьких ручек со своих ног, Чэнь Тянь лишь опустил голову и чуть не выругался.
Сначала на его левой и правой стороне головы, а также на макушке были только жуткие лица и маленькие руки. Но теперь, под их ползущими телами сбоку, появилось ещё больше маленьких рук.
Эти руки были слишком крошечными, с широко раскрытыми пальцами, они были похожи на молодые растения, тянувшиеся к солнцу, но с их пальцев капала грубая, липкая жидкость, применяющая лишь боль.
В отчаянии Ли Инь закричал: «Призрачные лица пытаются вырваться из мембраны! Блять, как же больно!»
В этот момент у Чэнь Тяня не было времени беспокоиться о нем. После крика «быстрее, ползите» он не смог пошевелиться.
Множество маленьких рук крепко схватили его тело, из-за чего он почувствовал, как его начали тянут в разные стороны. Он не мог пошевелиться, потому что руки с левой и правой стороны толкали и тянули его со всех сторон.
Чэнь Тянь заволновался: Если он не сможет пошевелиться, то и все позади него не смогут этого сделать.
Фактически, тысячи маленьких рук внизу схватили каждого из четырех человек в проходе, из-за чего те не могли пошевелиться.
Крошечные конечности, выступавшие из мембраны, хватали и вонзались в них. Темная, зеленная и красная жидкость непрерывно капала вниз, образуя внизу вонючую лужу.
Бесчисленные маленькие ручки тянули и тащили из стороны в сторону Нин Су, слегка покачивая того, как на качелях.
Одна маленькая ручка даже сумела поцарапать ему палец, из-за чего капля его крови выступила на коже, впитываясь в конечность руки, которая тут же высоко подскочила от шока.
Другие маленькие ручки заметили это и тут же обезумели, со всех сторон они потянулись к его телу.
Группа маленьких рук ударила в лицо Нин Су, оставив сгусток гнилой черно-зеленой жидкости на его белом носу.
Нин Су был немного недоволен происходящим.
Волосы Чэнь Цин тут же встали дыбом от того, что маленькие ручки потянули их за голову, из-за чего жидкость склеила ее клочки волос между собой.
Маленькие ручки ещё сильнее потянули ее за волосы, от чего ее лицо стянуто так сильно, что оно исказилось и перекосило вверх.
Она с силой разжала ладошку на правой руке, окровавленной рукой Чень Цин, потянулась к ботинку, вынув изнутри нож, аккуратно отрезая себе волосы.
Затем, держа нож в руке, она со всей силы нанесла ответный удар и отрезала маленькую руку, которая схватила ее.
Тут же сотни маленьких рук вскочили из мембраны и схватили ее за руки, как будто намереваясь, приклеятся к ее телу прочным клеем. Как бы сильно она ни боролась, она не могла вырваться из хватки этих маленьких рук.
Царапины на ее теле становились глубже, несколько маленьких пальцев сумели проткнуть ее кожу.
Чень Цин ясно чувствовала, как ее кровь вытекает на их тела, высасывая в месте с ней и ее силы.
По мере того как все больше и больше маленьких рук появлялись и окружали ее, глаза Чэнь Цин наполнялись отчаянием.
Ли Инь был в экземплярах всего два раза, из-за чего его сила духа была намного хуже, чем у Чэнь Тяня и Чэнь Цин.
Более того, у него было больше места для действий маленьких рук, поскольку он был последним в очереди. В этот момент он понял, что был на грани краха.
Появлялось все больше и больше маленьких рук, из-за чего он не мог вырваться на свободу, как бы сильно ни боролся. Боль от рук, царапающих его тело, исказили его лицо в агонии.
Еще страшнее было то, что его заставляли двигаться вправо, все ближе и ближе к мембране на стене мусоросжигательной печи.
Из-за чего ему довелось столкнуться лицом к лицу с искажённой от боли собачьей мордой.
Это была единственная собачья морда, которую он видел в мембране: черный мех, испачканный кровью, одна сторона головы которой разбита на куски, оставляя после себя обугленные и отсутствующий кусок морды, в черных как смоль глазах, была лишь отчаяние и злая обида.
Лицо пса оскалило зубы и яростно боролось внутри, делая мембрану тоньше и прозрачнее.
«Нет ... Оно действительно выходит!!! Ааааа!»
Очевидно, Чэнь Тянь тоже понимал ситуацию, происходящую с его товарищами.
Когда его энергия истощилась, а маленькие руки умножились на его теле, он упал в безнадежную пропасть.
Призрачная рука ползла к его рту, пытаясь проникнуть внутрь его тела. Из-за чего Чэнь Тяня уже не мог двигаться.
Он с трудом поднял голову и выплюнул: «Ползите, вперёд если можете!»
Его голос уже не был таким громким, как вначале, что указывало на то, что его сила также достигла предела.
Он возложил свою последнюю надежду на Нин Су и в отчаянии сказал: «Нин Су... на моей спине не так уж много рук. Попробуй переползти через меня».
Как только он закончил говорить, огромная тяжесть упала ему на шею, из-за чего его лицо было прижато к куче маленьких рук. Резкий запах трупной жидкости окутал его лицо.
Но даже так, Чэнь Тянь поднял свое лицо, его глаза были закрыты холодной и липкой жидкостью. В туманном состоянии он увидел лишь фигуру человека, лежащего плашмя и несущегося вперед. С громким грохотом дверцы мусоросжигательной печи распахнулись.
Долгожданный свет проник сквозь слипшиеся ресницы глаз Чэнь Тяня, и его зрачки слегка задрожали от яркого света.
Нин Су тут же сказал Чэнь Тяню: "Хватайся."
Чэнь Тянь изо всех сил боролся, чтобы вырваться из маленьких рук, обнимая тело Нин Су: "Хорошо! Давай уходить!»
Увидев перед собой выход, Нин Су тут же вытащил Чэнь Тяня наружу.
Маленькие руки впереди них по какой-то неизвестной причине увяли и расплавились, из-за чего Чэнь Цин, которая не могла пошевелиться, внезапно снова смогла бороться.
Чэнь Цин сразу же обернулась, как только смогла пошевелиться.
Ли Инь, лежавший позади нее, не только не мог ползти, но и бесчисленные маленькие руки медленно перемещали его к правой стене мусоросжигательной печи. Туда откуда сразу появилось несколько призрачных лиц.
Морда собаки, свиней и человеческие лица терлись о его спину, словно безумные призраки, которые уже сто лет не чувствовали запаха человеческого тела.
Ли Инь прислонился к стене печи, борясь и крича.
«Ли Инь!» – Чэнь Цин собрала все свои силы, изогнула верхнюю часть тела и обняла ногу Ли Иня, с трудом потянув ее вниз.
Под тонкой перепонкой овечья морда с оторванной половиной губы использовала обнаженные зубы, чтобы разорвать сдерживающую ее мембрану, безумно двигаясь рогами.
С другой стороны, гнилое человеческое лицо тоже наклонилось, толкаясь с овечьей мордой, чтобы разорвать мешающую им преграду.
Ли Инь в крайнем страхе и панике поднял факел в руке и направил его в сторону существа с козлиным лицом.
Чэнь Тянь, который только что приземлился наружу, увидел эту сцену и в страхе закричал: «Не используй факел!»
Поначалу факел действительно подействовал на этих существ, но затем призрачные лица внутри завыли от горя и гнева, их злобная аура рассеялась, а искаженные, гротескные лица и морды отчаянно зарывались в мембрану.
Но потом брызги крови упали на руку и лицо Чэнь Цина, сопровождая при этом скорбный крик.
Она в замешательстве подняла голову и увидела спину Ли Инь, покрытую кровью и крошечными кусочками чего-то.
Нет не чего-то .... Она увидела белый позвоночник Ли Инь.
Его тело, на ее глазах становилось все тоньше и тоньше.
Прежде чем Чэнь Цин успела хоть как-то отреагировать, факел в руке Ли Инь поджег масло в мембране, и проход мусоросжигателя с «хлопком» загорелся
Бесчисленные призрачные лица боролись и кричали, словно в аду.
Пламя устремилось к дверце печи, но Чэнь Тянь, не колеблясь, наклонился вперёд и прыгнул в печь перед собой.
Две секунды спустя Чэнь Цин была вытащена из мусоросжигателя Чэнь Тянь, которого, в свою очередь, вытащил Нин Су за лодыжку.
Брат и сестра вместе свалились на землю.
Штаны Чэнь Цин были наполовину обожжены, ее икры были покрыты волдырями, а на ее, когда то красивом теле, были раны различной степени тяжести, нанесенные маленькими руками.
На левом по-девичьи чистом запястье, там, где ее ударила маленькая рука, была небольшая кровавая дыра. На ее теле также были следы ожогов от липкой жидкости.
Чэнь Тянь тоже был в плачевном состоянии: у него сгорела прядь волос, а тело было покрыто липкой слизью, но он не получил никаких травм.
Нин Су подозревал, что это было связано с его способностями.
Они оба лежали неподвижно на земле, охваченные страхом и изнеможением от того, что едва избежали смерти, а также горем от потери своего спутника.
Нин Су не беспокоил их в таком состоянии.
Он посмотрел в сторону небольшого склада в углу бойни и увидел, что там, как и ожидалось, стоял маленький ребенок в белой футболке и шортах.
С такого большого расстояния Нин Су мог сказать, что ребенок был немного несчастен, просто по тому, как маленькое привидение смотрело на него, слегка опустив голову и подняв глаза.
В прошлый раз, когда мясник засунул Нин Су в мусоросжигательную печь, ребенок вытащил его оттуда с довольно несчастным выражением лица.
Чтобы разгадать тайну, им предстоит прийти в потусторонний мир.
Его взгляд оторвался от небольшого склада и осмотрел бойню.
Все было точно так же, как и до того, как они залезли в мусоросжигательную печь. Где-то вдалеке знакомый мясник рубил мясо.
Казалось, они вернулись на первоначальную бойню.
Но все трое знали, что это не так.
Когда они залезли в мусоросжигательную печать, было около семи или почти восьми утра, яркий белый солнечный свет уже заполнил все небо.
В этом месте тоже светило солнце, но оно как будто было покрыто слоем желтой плены, из-за чего свет, проникавший сквозь него, был тусклым и угнетающим.
Мясник действительно был тем же мясником, что и раньше, в том мире днем он выглядел как обычный человек и показал свою другую сторону только тогда, когда Нин Су и Чэнь Цин последовали за ним на берег реки рядом с похоронным бюро.
Но в этом мире с солнцем в небе.
Глаза мясника были темно-зелеными и излучали жуткий свет.
Причем рубил он не свиней, коров или овец, а длинную тонкую человеческую конечность с белой безволосой кожей.
Чэнь Цин, которая терпела все время в мусоросжигателе, наконец, не смогла удержаться от рвоты на землю, увидев куски белой плоти, которые он рубил.
На мрачной бойне самым бросающимся в глаза вещью, по-прежнему были кроваво-красные слова на стене.
[В нормальном мире было написано: Убивать на бойне запрещено.]
[Но в другом мире: На бойне разрешено убивать, только «людей».]