Перевод 19 главы, новеллы: Соленая-рыба зомби
Мужчина в черном плаще и его помощник холодно посмотрели на невесту в ответ.
Они не были хорошими людьми. Прошел уже тот импульсивный период новичков пытающихся помочь всем кто попал в беду, вместо этого они осознали важность собственного выживания и прибыли.
Но в какой-то момент что-то быстро мелькнуло в голове одного из мужчин, когда он увидел отчаянно умоляющие глаза невесты, которые он не сумел вовремя поймать.
Старушка вырезала на лице невесты три кровавых знака, но поскольку кровь все еще текла из ее кожи, линии на плоти были почти нечёткими.
Когда мужчины отпустили руки с шеи невесты, она неудержимо покачала головой от боли.
Выражение её лица было почти безумным, и в сочетании с окровавленным лицом на него было невыносимо смотреть.
Мужчина в плаще и его помощник с первого взгляда поняли, что причиненная ей боль была вызвана не только следами от иглы, что-то было не так с пигментом, нанесенным на дерево.
После того, как на её лице были вырезаны иероглифы, невесту оттащили на два шага назад, и старушка, сидевшая перед ней на полу, хихикая, распахнула халат невесты, приступая к выцарапыванию на её молодом теле еще нескольких иероглифов.
Отец «жениха» продолжил говорить таким же серьезным, но загадочным тоном: «Второй шаг к признанию мужа – слиться с ним кровь».
Невесту, почти онемевшую от боли, потащили в гроб.
Её голова была обращена вниз к жениху, лицо девушки нежно прижали к лицу мертвого, чтобы они соприкасались друг к другу лицом.
Лицо мужчины имело ужасающий пурпурно-серый цвет. Чтобы тело не так сильно гнило, в гроб поместили ледяные глыбы, но они все равно не смогли остановить естественный процесс разложения.
Холодное ощущение кожи трупа, касающегося лица невесты, и неприятный запах, разлагающегося тела, ещё больше сдавливал раны девушки.
Их губы встретились в поцелуе, и в этот момент невеста, казалось, почувствовала, как гнилые газы трупа проникают в её тело через рот, разъедая нежные органы.
Невеста, уже онемевшая от боли и страха, яростно и дико начала бороться, её горло издавало отчаянные звуки: «Аааааа, кха, хаа».
Эти звуки были полны отчаяния и страдания, добавляя ещё один слой холода в свадебный зал.
Но как бы она ни боролась, все было бесполезно. Жители деревни, заполнившие свадебный зал, опытным взглядом контролировали её тело, в то время как двое мужчин игроков холодно наблюдали за происходящим.
Вся кровь со лба невесты и вырезанных на её лице иероглифов, растеклась по лицу трупа.
Отец «жениха», продолжал: «Первый шаг в обустройстве нового хозяйства — это раздеться и снять с невесты всю одежду».
В свадебном зале кто-то громко и радостно заиграл в суону*. Снаружи потрескивали и хлопали петарды, а на пол зала сыпались красные конфетти.
(*В видео наверху представлена свадебная композиция с использованием суоны.
Сона (唢呐, suǒnà) – это народный китайски духовный инструмент. Суона часто используется на свадьбах и в похоронных процессиях, а так же на бытовых обрядах. Данный инструмент славится своим свойствам передавать звуки природы).
Большинство людей в свадебном зале улыбались счастливыми улыбками, которые полностью скрывали крошечную, борющуюся фигуру невесты.
С невесты сорвали оставшуюся одежду, её голую, деревенские мужчины прижали к мёртвому жениху не только лицом к лицу, но и телом к телу.
Этот метод можно было бы назвать самой отвратительной феодальной практикой. Даже мужчине в черном плаще было крайне трудно смотреть на происходящее.
Так называемое обустройства хозяйства на самом деле означало помещение невесты в гроб.
В этой феодальной деревне верили, что женщина без одежды не посмеет выйти на улицу и передвигаться по её периметру, особенно если на её теле было выцарапывано имя другого мужчины. Таким образом, замужняя дама, была бы прикована к гробу с мертвецом навсегда.
Мужчина в плаще, ставший холодным и безжалостным после бесчисленных сражений в копиях, когда-то был наивным ребенком, любившим слушать сказки и легенды.
И только когда он вырос, он понял весь смысл легенды о любви «Пастуха и Ткачихи». Пастух, увидев купающуюся в озере прекрасных фей, украл один из нарядов, лишив возможности вернуться на небеса самой младшей девушки из группы, таким образом, он заставил её остаться в мире смертных и стать его женой*.
(* От переводчика: Если кратко тут мужчина в плаще указывает, на отвратительный поступок Пастуха, который захотев себе прекрасную фею в жены, украл один из нарядов, купающихся в озере фей. Дождавшись, когда девушка останется одна. Он предложил той сделку – в обмен на платье, фея должна была выйти за него замуж, Ткачихе пришлось согласиться на эту сделку, ведь она не могла выйти из озера голой).
Этот поступок нес в себе все самые мерзкие и отвратительные мужские черты.
Но сцена призрачной свадьбы перед ним была в тысячу раз отвратительней, этой истории.
Хотя мужчина и понимал, что он, как сторонний наблюдатель, тоже был плохим человеком.
Мужчина в черном плаще усмехнулся, и устало закрыл глаза, видя собственное падение.
Отец «жениха»: «Второй шаг в создании новой семьи — связать невесту с женихом Красной Нитью, связывающей души, из-за которой они никогда не будут разлучены».
Когда он услышал слова «Красная нить, связывающая души», рука, держащая веревку, задрожала, и его помощник заметил это.
Отец «жениха», посмотрел на двух мужчин и приказным тоном сказал: «Действуйте».
В молчаливой борьбе, язык невесты был насильно отрезан, и засунут в рот жениху.
Только после всех этих манипуляций отец «жениха», удовлетворённо прикрыл глаза, говоря: «Церемония завершена. Закрывайте гроб».
Звук суоны в свадебном зале прекратился, исчез звук петард, вместе с смехом и аплодисментами.
Все, что было слышно в свадебном зале, это глухой звук ударов внутри гроба.
Можно представить отчаяние невесты, с которой сняли всю одежду и привязали к мертвецу.
Её заперли в маленьком замкнутом пространстве, лицом к лицу трупа, покрытому трупными пятнами. Медленно, можно было почувствовать, как кончается внутри гроба воздух, наполняя её голое тело запахом разлагающегося от времени трупа.
Таким образом, она будет страдать, пока не умрет и не разложится вместе с трупом своего призрачного жениха.
Мужчина в черном плаще и его помощник молчали.
Это было ужасом не только для невесты, это была лишь малая часть уродства этой деревни.
Помощник, закончив молчать сказал: «Система не проявляет никакой активности».
Но на это мужчина в черном плаще, лишь закрыл глаза и сказал: «Инь Дайцзюнь не Повелительница мира. Она не может стать мстительным призраком, после такой свадьбы».
Но кто тогда был Повелителем мира этой копии?
Они зашли так далеко, но так и не смогли понять смысла сюжета копии.
Пока они разговаривали друг с другом, местные жители закончили заколачивать гроб в свадебном зале и посмотрели на них.
Темная сторона деревни Хуайян была секретом в течение многих лет, и они не могли позволить посторонним, которые даже не жили в ней, знать такую информацию, даже если они сотрудничали раньше.
Ассистент усмехнулся, смотря на мужчину в пальто и внезапно сказал: «Босс, ваша веревка, связывающая души, сломана?»
Человек в черном плаще крепко схватил веревку, связывающую души.
Увидев его реакцию, помощник повернул голову в сторону толпы и продолжил: «Я так долго, усердно служил вам, внося огромный вклад в развитие Иньхуа. Как вы думаете, разве меня не должны повысить до уровня управляющего?»
Кто не хотел бы оказаться на уровне управляющего? В большой организации отношение к руководящим личностям и рядовым членам было совершенно разным.
Человек в плаще, на такое заявление ответил: «Не так-то просто попасть на уровень управляющего в Иньхуа».
Услышав этот ответ, Ассистент лишь улыбнулся человеку, которого он раньше называл боссом: «Если вы пожертвуете собой здесь, то это откроет позицию на уровне управляющего. Это как раз тот уровень, который идеально подходит для меня, человека, который внес большой вклад в организацию, и вернет описание прохождения и секреты «Призрачного зверя» главе."
Прежде чем мужчина в черном плаще успел произнести хоть одно слово, его помощник схватил его за воротник и поднял, чтобы ударить о гроб.
Когда мужчина в черном плаще ударился о гроб, он выкашлял немало крови.
У него закружилась голова, в глазах помутилось, и вращающимся мире он смог увидеть, только царапины, оставшиеся на крышке гроба.
Человек в плаще попытался моргнуть, убирая пелену с глаз, заостряя свое внимание на одной детали.
Это была эмблема члена клуба Иньхуа.
Она выпала, когда крышка гроба еще лежала на полу зала, в тот момент невесту заставили поклониться мертвецу.
Наконец он узнал, кем была таинственная невеста.
Это был мужчина со шрамом*, которому он приказал присматривать за Ван Мином на вилле.
(* От переводчика: Мужчина со шрамом убил невесту, когда ему приказали принести ее труп. Как мы помним, в этой копии действует правило замены и любовь к невестам и животным, если ты убил собаку, то ты станешь собакой. Так и Мужчина со шрамом стал невестой, полностью переняв всю её сюжетную линию).
Человек в черном плаще тихо засмеялся.
Он всегда думал, что в этой безумной игре безразличие является ключом к выживанию, но он не ожидал, что последний приступ безразличия будет стоить ему единственного шанса на выживание.
Мужчина со шрамом трепетал перед ним и уважал его от всего сердца. Даже если бы у него не было реквизита, страх этого человека перед ним не сильно бы уменьшился.
Более того, он был оценщиком это человека при его повышении до постоянного члена, если он умрет в этом месте, Мужчина со шрамом не сможет стать постоянным членом.
Если бы он в то время поручил своему помощнику спасти невесту, то игрок со шрамом был бы еще жив, и он обязательно защитил бы его.
Его помощнику так же пришлось придумать какой-нибудь план из-за невозможности действовать открыто.
Из последних сил человек в плаще положил ладонь на цифру «III» и тихо сказал в сердце: «Президент, я не оправдал ваших ожиданий».
Но внезапно человек в плаще широко раскрыл глаза.
Нин Су и остальные благополучно покинули дом «жениха».
Чжу Шуаншуан сбежавшая от смерти, заплакала от радости, когда вышла из зала, после череды слез последовал шок и замешательство.
В это время в её мыслях царил хаос, из-за чего эмоции были нестабильны.
Она не знала, с чего начать. Выйдя с двумя людьми, она ухватилась за первоначальный вопрос, который интересовал её больше всего: «Нин Су, как ты выбрался?»
Нин Су посмотрел на неё и спокойно ответил: «Мы вошли во внутренний мир. Внутренний мир — это мир призраков, который, по сути, синхронизирован со временем во внешнем мире».
Нин Су рассказал о том, что они видели на маленькой площади, особенно о свадьбе.
«Призрак, объявивший, что женится во второй раз, стоял рядом с женщиной-призраком, которая была одной из невест».
Объем информации был ошеломляющим, поэтому им обоим нужно было сделать перерыв.
«Имя этого призрака — Бай Сяннин. Он впервые женился на невесте, так что живая невеста собиралась выйти замуж за призрака или мертвеца».
«Если он женился в первый раз на своей невесте, то на ком же он собирался жениться во второй раз? В это время во внешнем мире деревни Хуайян была только одна девушка из другого города, которая могла стать его партнёром».
Чжу Шуаншуан была так тронута его словами, что счастливо за улыбалась:« Так ты вернулся специально, чтобы спасти меня?»
Нин Су подумал об этом вопросе, но ничего не ответил.
Чжу Шуаншуан заулыбалась ещё сильнее, но не стала зацикливаться на этой теме: «Почему ты спас меня на этот раз? Это потому, что я была очень громкой?»
Краснота в её глазах от слез еще не сошла, но теперь она снова улыбалась.
Она вспомнила, что действительно была очень громкой, когда появился Нин Су, даже шумнее, чем когда они были в автобусе.
Нин Су спокойно ответил: «Это потому что ты дала мне свои конфеты».
Чжу Шуаншуан на мгновение остановилась и внезапно почувствовала себя очень неловко.
Она не знала, произошло ли это из-за неё самой или из-за Нин Су.
Удивлённо посмотрев на юношу, перед собой она засмеялась сквозь слёзы: «Только потому, что я дала тебе конфеты?»
Чжу Шуаншуан внезапно вспомнила свою соседку по комнате в университете.
У той девушки был парень, который, по мнению Чжу Шуаншуан, был обычным человеком и относился к её подруге чуть лучше среднего.
Они встречались всего месяц, когда парень попал в серьезную автомобильную аварию. Соседке по комнате пришлось заниматься учебой, заботиться о своем парне и работать на трех работах, чтобы помочь тому оплатить операцию. Она спала всего два часа в день.
Со временем она стала настолько изможденной, что Чжу Шуаншуан с трудом могла смотреть на неё. Она спросила подругу, стоит ли оно того, стоит ли её потраченные усилия и время на человека, который относится к ней в лучшем случае хорошо.
В тот момент глаза её соседки по комнате стали особенно яркими, а тон был твердым как камень: «Оно того стоит».
Чжу Шуаншуан не веря продолжила спрашивать: «Что он сделал, что он сделал такого, что ты готова пожертвовать столь многим?»
«Потому что он каждый день забирал меня после пар, отвозил домой и готовил для меня еду».
В то время Чжу Шуаншуан с трудом понимала её слова и была в замешательстве от услышанного.
Но позже она постепенно все поняла.
Отношения её соседки по комнате с родителями были не очень хорошими.
Когда она была ребенком, родители не хотели возвращаться домой, предпочитая проводить все свое время на улице.
Бесчисленное количество раз её подруга по комнате оставалась дома одна, она стояла на стуле, полуоблокавшись на подоконник, и смотрела, как другие семьи вместе возвращались домой с улицы.
В школе, оставшись одна в классе, она наблюдала, как ученики выходят из школы, держась за руки родителей.
Это был самый одинокий и глубокий серо-белый образ в памяти оставшийся от её юности. Ей очень хотелось, чтобы кто-нибудь забрал её, сопровождал домой и ел вместе с ней домашнюю еду.
Забрать её домой, готовить для неё еду и сопровождать маленькое трепещущее сердце девушки. Все это было обычной мелочью для многих людей, выросших в любви своих родителей.
Но для неё они многого стоили.
Вернувшись из воспоминаний, Чжу Шуаншуан открыла рот и тепло сказала: «Нин Су, если мы сможем выбраться из этого места, я куплю тебе большой пакет конфет на свои баллы. Но взамен ты должен помнить, что я старшая сестра, которая покупает тебе конфеты».
«Ммм», – Нин Су немного обдумал этот момент. Если бы конфет действительно было так много, как она сказала, то он решил не упоминать тот факт, что он старше её.
Эмоции Чжу Шуаншуан немного стабилизировались, и она спросила Су Чуаньшэна: «Почему мы не продолжили просмотр? Разве свадебная линия не важна?»
Су Чуаньшэн задумчиво положил руку на подбородок и ответил: «Инь Дайцзюнь — не Повелительница мира. Нам только нужно понять, что она пережила призрачный брак».
Чэнь Тянь и Чэнь Цин сказали им, что в таких копиях по поиску истины, нахождение Повелителя мира, был одним из важнейших факторов в прохождении игры.
Даже если бы они нашли информацию о других вещах, но не смогли бы найти Повелителя мира, это не была бы полная сюжетная линия, и из-за неё они не смогли бы пройти этот уровень.
Чжу Шуаншуан была сбита с толку его слова и спросила: «Откуда ты знаешь, что Инь Дайцзюнь, не тот человек, что нам нужен?»
Су Чуаньшэн с лёгкостью посмотрел на неё и ответил: «Потому что она не может стать свирепым призраком. Повелитель мира — это призрак, который создает или порождает этот мир, заставляя его жить, этот монстр должен быть очень сильным существом».
Он знал, что Чжу Шуаншуан спросит, что он имеет в виду, поэтому сказал прямо: «Деревня Хуайян очень опытна в области призрачных браков и браков-призраков с партнером инь и ян умершего. Как они могли не знать, что им следует нанять кого-то, чтобы устранить обиды, умерших тут несчастных душ?»
«Призрачные браки для живых людей обходятся возмутительно дорого, из-за чего все заказчики — состоятельные люди. Они не могут игнорировать этот момент, просто так».
Су Чуаньшэн тяжело вздохнул, поясняя: «Независимо от того, сколько страданий пережили невесты, они не могут жаждать мести или справедливости, возможно, они даже не смогут высказаться, всех своих обид. Это относится и к призракам в подземном мире, и к людям в человеческом мире».
Обсуждая эту тему, они увидели пару средних лет, о которой упоминал Су Чуаньшэн — родителей покойника, за которого невеста должна была выйти замуж.
Су Чуаньшэн посмотрев на них и сказал: «Призрачный брак только вредит добродетели Инь».
Они на мгновение были ошеломлены его словами. Старая женщина пришла в такую ярость, как будто её застимулировали, она заплакала и закричала на них: «Вы ничего не понимаете! Он умер до того, как женился, после смерти он станет одиноким призраком. Он даже не сможет перевоплотиться в новом теле!»
Но Су Чуаньшэн лишь молчала, посмотрел ей в ответ.
Нин Су посмотрел на мужчину и спросил: «Ваша фамилия Бай?»
Нин Су поймав взгляд мужчины, и прямо спросил: «Хм. А вы когда-нибудь задумывались, что ваш сын может не захотеть жениться и возненавидит вас за это событие?»
Чжу Шуаншуан была крайне озадачена его словами.
Когда они увидели, что женщина собирается начать драку, Су Чуаньшэн и она поспешно оттащили Нин Су, от пары и убежали.
Чжу Шуаншуан запыхиваясь сказала: «Вы двое вообще умеете говорить нормально? Они переживают горе похорон своего сына. Возможно, это их единственное утешение. Смогут ли они противостоять вашим словам, без агрессии?»
Хотя то, что они сказали, было правдой, не было необходимости обижать NPC.
Весь путь к бойне они прошли в тишине.
По дороге Нин Су взял из мусорного бака порванную подушку, и большое железное ведро со сколами краски.
Она не знала, произошло ли это из-за инцидента с конфетами, но каждый раз, когда она видела, как Нин Су что-то делал, ей было, крайне его жаль.
Хотя он без проблем одной рукой вывел из строя человека в черном плаще.
Видя, как Нин Су запихивает подушку в ведро, она видела бездомного мальчика, вьющего себе гнездо.
Когда они подошли к мусоросжигателю, Нин Су указал на гнездо и сказал Чжу Шуаншуану, которая все еще была бледной и вспотевшей: «Залезай туда».
Чжу Шуаншуан непонимающе на него посмотрела: «?»
Нин Су со всей серьезность продолжил: «На стенах печи миллионы маленьких призрачных рук с лицами, которые хотят ответить человеческой плоти».
Чжу Шуаншуан быстро забралась в ведро и использовала разорванную подушку, чтобы защитить свою голову.
Оу, он даже приготовил подушку, чтобы защитить её голову. Какой заботливый ангелочек.
Чжу Шуаншуан хотела поблагодарить Нин Су, но когда она подняла глаза, он тоже посмотрел на неё и не решался заговорить.
Нин Су тяжело вздохнул и ответил: «Можешь ли ты купить мне ещё две булочки и бутылку молока? Из того ларька, что рядом с игровым залом».
После того, как Чжу Шуаншуан тупо кивнула, Нин Су накрыл крышку железного ведра, поднял её и вертикально поместил в мусоросжигательную печь. Он толкнул ведро вперед и сделал шаг назад.
Су Чуаньшэн увидел, как руки Нин Су сжали стены мусоросжигателя, из-за чего на них появились едва заметные черные вены, выделяющиеся на его гладкой и красивой коже.
Держась за стены и подпрыгнув в воздух, он пнул железное ведро своими прямыми и длинными ногами.
В ответ на это действие ведро исчезло в мусоросжигателе с такой скоростью, что невозможно было увидеть даже его тени.
Он посмотрел на Нин Су и спросил: «Твое значение выносливости и физической силы, действительно 32?»
Нин Су тут же опустил голову и ответил: «Я так устал от этого».
Он взял фонарик и сделал два шага внутрь мусоросжигательной печи. Через минуту он вылез с бледным лицом и произнес: «Эм, ты можешь подождать ещё немного, прежде чем снова устанешь? Пойдем, проверим мусорки на наличие еще одного железного ведра».
Нин Су быстро ответил: «Я проверил все мусорные баки по дороге на скотобойню, железных ведер больше нет».
Понимая всю степень своего положения Су Чуаньшэн начал бормотать: «Все в порядке. Я могу влезть и в мусорный бак. Я видел там маленький, вполне подходящий, по моему размеру».
Нин Су молча посмотрел на него в ответ.
Отправив Су Чуаньшэна в потусторонний мир, Нин Су пошел на склад и вытащил ребенка-призрака.
Невыразительный ребенок в этот момент выглядел слегка несчастным.
После того, как ребенка всунули в мусоросжигательную печь, отвратительные и плачущие призрачные лица на стенах сразу стали невыразительными, а маленькие ручки, которые собирались вытянуться вперёд, «в печатались» назад.
Нин Су уже догадался об их реакции на ребенка.
В первый раз, когда мясник бросил его в мусоросжигатель и он попал в потусторонний мир, рук-призраков не было внутри печи. Это случилось, потому что ребенок последовал за ним внутрь и даже вытянул его назад.
Причиной приготовления железного ведра для Чжу Шуаншуан было то, что ее чувствительность была слишком высокой, для этого места. Если бы эти призрачные руки поймали её, она определенно потеряла бы сознание, и все стало бы намного хуже.
Неожиданно для него, такой маленький даос как Су Чуаньшэн добровольно, решил, залез в мусорный бак, без каких либо криков.
Нин Су беспрепятственно прополз по проходу мусоросжигательной печи. Проползя немного вперёд, он сказал ребенку: «Я только что отправил в другой мир двух человек. Я так сильно устал."
После того, как Чжу Шуаншуана и Су Чуаньшэн прибыли в потусторонний мир, они в ошеломлённом состоянии выползли из ведер.
С Чжу Шуаншуан все было в порядке, потому что у неё была подушка, которая могла её защитить.
Су Чуаньшэн же напротив, ударился лбом о вонючий мусорный бак в процессе транспортировки, из-за чего его волосы пришли в беспорядок. Он потерял свою элегантную и утонченную манеру поведения, которую приобрел во время работы даоса.
Как только они встали и осмотрели бойню, то быстро услышали шум, доносившийся из мусоросжигательной печи.
Сначала они увидели маленькую фигуру.
Эта маленькая фигура выглядела тощей и миниатюрной, с первого взгляда было непонятно, был ли это человеческий ребенок или нет, но она тащила за собой руками, мужчину ростом более 180 см, медленно вытягивая того наружу.
В этот момент ни один из них больше не мог бояться этого ребенка-призрака.
Они почувствовали лишь небольшую жалость по отношению к нему.
После того, как Нин Су вышел из мусоросжигателя, он посмотрел на ребенка, который все еще был, не очень счастлив, произошедшим, несмотря на то, что он выпил его крови: «Ты боишься, что я уйду отсюда навсегда после того, как узнаю ответ на свою загадку?»
Ребенок слегка опустил голову и сделал шаг назад своими маленькими ножками.
Нин Су наклонился к нему и что-то прошептал на серо-белое ухо.
Услышав его слова, ребенок вдруг взглянул на него, и в его черных глазах сверкнули маленькие звездочки.
Он прыгнул на Нин Су и обнял его, лизнув шею.
«Почему ты ведешь себя как маленькая собачка?» – Прищурившись, спросил Нин Су.
Если бы ребенок действительно был маленькой собачкой, то в этот момент его хвост неконтролируемо вилял бы из стороны в сторону.
Это были самые оживленные эмоции ребенка, за которым он наблюдал всю копию.
Утешив своего маленького работника, Нин Су, Чжу Шуаншуан и Су Чуаньшэн вместе вышли на улицу.
Проходя мимо мясника, они увидели, как тот разжигает огонь.
Чжу Шуаншуан сказала: «Когда я услышала о мяснике, я подумала, что он будет выглядеть странным и страшным мужчиной, но теперь все по-другому».
В тех красных урнах, прах которых заменял мясник, хоронились остатки молодых девушек и мальчиков, которые были украдены или куплены у других.
Мясник развеял их прах в чистую речную воду, позволяя этим бедным детям вновь обрести свободу и выбраться из темной и отвратительной деревни у реки.
Су Чуаньшэн удивительно посмотрел на него: «Подождите, мясник заменял пепел невест, на которых должны были жениться мертвые люди, на пепел костей животных, так что...»
Чжу Шуаншуан посмотрела на него и сказала: «Подожди, Нин Су сказал, что Бай Сяннин скоро снова женится, так что невесты у него больше не будет, верно?»
Нин Су потратил час, возвращая их обратно. Он ушел, как только объявляли о свадьбе следующей пары.
Следующая пара, жених и невеста еще не определились. Дата свадьбы, вероятно, была бы определена, когда он должен был вернуться.
Чжу Шуаншуан и Су Чуаньшэн были шокированы «призраками» на маленькой площади.
Девушка потерла глаза, от чего они стали еще краснее.
Чэнь Цин спросила ее: «Что случилось... ты плакала?»
Чжу Шуаншуан смущенно потеряла макушку и ответила: «Это немного неловко обсуждать».
Чэнь Цин успокаивающее улыбнулась и произнесла: «Совсем не неловко. Ты отважная девушка, осмелившаяся войти в только что открытую копию, ты точно достойна уважения».
Чжу Шуаншуан удивлённо на неё посмотрела и спросила: «Есть ли большая разница между недавно открытым экземпляром и обычным экземпляром?»
На самом деле, когда они вошли в этот инстанс, они особо ничего не знали об этом игровом мире, поэтому просто вошли внутрь.
Свадебная процессия еще не ушла, поэтому Чэнь Цин воспользовалась возможностью, чтобы рассказать новичкам об игре и текущей ситуации на базе.
«Разница между ними огромна. Например, когда наша копия откроется во второй раз, в нее пойдут игроки, знающие истинный смысл слов «все живые существа равны», и точно будут знать, кем именно будет Повелитель мира с его историей, как думаешь насколько сильно уменьшиться сложность игры с такой информацией?»
«Конечно, некоторые моменты будут изменены системой для каждой группы, такие как, например, место перехода между поверхностным и внутренним миром, но общая сложность игрового процесса не сильно поменяется».
«Особенно в случаях расшифровки, это просто вопрос следования процессу сюжета».
Чжу Шуаншуан была удивлена ее словам, но согласилась с ними.
Если бы кто-то хотел быть игроком, который проходит только те игры, в которые играли множество игроков, и до блеска знает все нюансы прохождения, ему не составит труда выжить в такой игре.
Чжу Шуаншуан посмотрела на своего товарища и спросила: «Это причина, по которой так много людей хотят присоединиться к большим клубам?»
Чэнь Цин быстро кивнула: «В больших клубах много информации о копиях, так что выжить десять и более лет не проблема для них. Есть также много экспертов, которые исследуют новые инстансы и постоянно добавляют новые карты, чтобы участники могли продолжать выживать».
Как сценарист Чжу Шуаншуан быстро поняла, в чем здесь была взаимосвязь.
«Тогда игроки, которые исследуют новые инстансы, и те, кто выживают, полагаясь на старые инстансы, имеют совершенно разный статус, верно?»
Чэнь Цин одобрительно кивнула ее словам: «Их жизни принадлежат высокопоставленным членам клуба. В этом ужасающем и искаженном мире их отношения можно приравнять к роли хозяев и рабов».
«Люди сделают все, чтобы выжить, и готовы заплатить за это любую цену».
«Те, кто не может смотреть в лицо смерти и хочет только выжить, за исключением тех, кто чрезвычайно умён и может помочь управлять клубом, большинство из них становятся подопытными, рабами и игрушками высокопоставленных членов клуба и экспертов».
«Я приведу вам пример, чтобы вы это почувствовали», — со вздохом сказала Чэнь Цин.
«На игровой базе есть клуб под названием «Юнмин», который идет нога в ногу с клубом «Иньхуа». В прошлом квартале клуб «Юнмин» с небольшим перевесом победил «Иньхуа» в соревновании по публичному рейтингу и занял первое место в этом квартале. В этом клубе есть человек по прозвищу «Кукольный Мастер»».
«Она проводит эксперименты, с помощью которых и создает кукол, и делает их из членов своего клуба, что занимают низкий уровень. У нее есть резервуар для них, вмещающий в себя десять кукол без рук, ног и глаз».
«Это ее оружие. Во время сражений эти куколки, как змеи, вытягивают свои головы и кусают противника из разных дыр резервуара».
Лицо Чжу Шуаншуан побледнело, и в её сердце поднялось тошнотворное чувство.
Она ещё раз осознала, что это за мир.
В этом искаженном мире сильных уважали, а уважение означало, что человек мог делать все, что ему заблагорассудится.
«Многие новички сначала ищут клуб, предлагающий различные бонусы, чтобы получить способ прохождения старых копий первого уровня. Однако вы трое вошли в только что открытый инстанс второго уровня, что впечатляет», — в голосе Чэнь Цин, слышалась нотка уважения.
Из-за этого Чжу Шуаншуан почувствовала себя очень смущенной, поскольку они понятия не имели обо всем этом, когда впервые решили войти в это место.
Увидев её смущение Чэнь Цин, подбодрила их словами: «Вновь открытые копии действительно опасны, но оружие и навыки обычно выпадают в первые три раза после открытия игры, причем первое прохождение имеет самую высокую вероятность получения редких предметов».
В толпе призраков появился жених из-за чего Нин Су и Су Чуаньшэн тут же обратили на него внимание.
Чэнь Цин прошептала Чжу Шуаншуану сплетню, которая могла быть интересна по большей части девушкам: «Я слышала, что помощник человека в черном плаще по имени Линь Лян раньше был членом клуба «Юнмин». Он завоевал благосклонность человека в черном плаще и после того, как тот получил Веревку, связывающую души, он отдал своему Помощнику свое старое оружие, ядовитый летающий нож, словно собачку человек в плаще, все время брал с собой этого мужчину. Вот так он поднимался вверх так быстро».
Чжу Шуаншуан была потрясена услышанным: «Ничего себе!»
Поделившись этой маленькой сплетней, две девушки начали сосредотачиваться на призраках.
Чжу Шуаншуан спросила: «Когда поженятся два жениха, о которых упоминал Нин Су?»
Чэнь Цин быстро ответила: «Это произойдет сегодня».
Нин Су и Су Чуаньшэнсразу же посмотрели на Чэнь Цин.
Увидев их взгляд, Чэнь Цин в замешательстве посмотрела на них: «Что случилось? Вскоре после ухода Нин Су, когда длинноволосый призрак собирался объявить сегодняшнего жениха, он сказал, что на свадьбе Бай Сяннин произошел несчастный случай, из-за чего невеста поменялась в последнюю минуту».
«Другие четыре больших призрака сказали: «Это так интересно, почему бы нам всем не отпраздновать эту свадьбу вместе, пока вокруг нас гости?»»
«Я думаю, что это я была той невестой, которую подменили».
Так новостями обменялись обе стороны.
Чэнь Тянь удивительно на нее посмотрел: «Нет, если та, что стоит рядом с Бай Сяннином — невеста, это доказывает, что именно она выходит за него замуж в первый раз. Та, кто сейчас выйдет замуж и заменит Шуаншуан, не может быть этой невестой, так кто же она?»
Устав от подобных мыслей, Су Чуаньшэн сказал: «Мы узнаем, когда увидим ее».
В десять часов солнечный свет стал еще более яростным.
Хотя в этом мире, на первый взгляд он становился все более бледно-желтым.
Лица призраков стали еще более жуткими, и только цвет краски на их телах остался прежним. Они молча встали в два ряда, и вышли из тонкого тумана.
Первыми были два жениха, одетые в красные свадебные наряды, их лица были наполнены страхом и сопротивлением, но им приходилось шаг за шагом идти вперед.
Пять человек последовали за ними.
Они впервые были на такой свадьбе и очень нервничали, особенно когда поняли, что их окружают призраки.
Им молча пришлось следовать за основной процессией, время от времени проходя мимо детей животных, тихо стоящих в тумане.
Каждый непостижимый аспект этого мира тяготил их.
Они прошли мимо бойни, место, где должны были встретить невесту, находилось в похоронном бюро в деревне Хуайян.
Это было действительно потрясающее место.
«Пожалуйста, поприветствуйте невесту в седане!» – Заговорила ворона своим характерным хриплым голосом, что вызвало свадебный переполох.
Призраки начали появляться неизвестно откуда, раскачиваясь и играя на суонах и флейтах.
Их тела придавали сильное чувство смерти, возможно, из-за неправильного цвета кожи. Они специально нарядились к свадьбе, нанеся слой пудры, придавший их лицам цвет известкового порошка.
На лбу у них была красная точка, а на щеках — румяна.
Они играли веселую музыку механически и безжизненно, но с жутким эффектом.
Призраки с огромной силой играли на своих инструментах, отчего колебания, на их серо-белых лицах создавали праздничную атмосферу. Однако это только вызвало у игроков мурашки по коже и боль в барабанных перепонках.
Из похоронного бюро выехал первый свадебный седан.
Жениха слева толкнули вперед, и под еще более громкую свадебную музыку он задрожал и шатаясь, подошел к передней части седана, трижды ударившись головой, прежде чем встать на ступеньку.
Из похоронного бюро выехал второй свадебный седан.
Бай Сяннин с трудом подошел к передней части седана, несколько раз ударив головой и пробормотав: «Мадам, пожалуйста, успокойтесь, мадам, пожалуйста, успокойтесь».
Внезапно им показалось, что призрак, возможно, действительно пострадал от домашнего насилия.
В этом мире существовали некоторые причудливые взгляды на семейную жизнь.
На обратном пути в церемониальный зал для поклонения Бай Сяннин продолжал кланяться и извиняться через окно седана.
Хотя это было немного неуместно, за этим на самом деле это было довольно забавно наблюдать.
Свадебная процессия, в конце концов, остановилась перед виллой, которая была им слишком знакома.
Вилла была покрыта кроваво-красными цветами Лин Сяо, а толстые малиновые лозы обвивавшие дом, выглядели, словно пульсирующие вены. Это было единственное место, цвет которого ничуть не изменился под воздействием восково-желтого солнечного света.
«Пожалуйста, жених, выведите свою невесту».
Сначала жених слева подошел к свадебному седану, глубоко вздохнул и осторожно приподнял занавеску.
Внутри кроваво-красного седана на него пристально смотрел чисто-черный бык, блестящими круглыми глазами и острыми рогами, с которых капала кровь.
С другой стороны, Бай Сяннин подошел к свадебному седану и стиснул зубы, прежде чем с силой поднять занавеску.
На его невесте было великолепное эффектное платье, ноги которой были спрятаны под юбку.
Когда его взгляд поднялся вверх, он заприметил талию в красивой ткани.
Продолжая подниматься вверх, взгляд, Бай Сяннина остановился на сильно широкой и плоской груди, с несколькими каплями крови на воротнике наряда.
Дальше было только ужасное мужское лицо.
На этом лице был шрам, идущий от правой брови до левого угла глаза, что должно было наводить ужас, но в отличие от окровавленных щек, оно было довольно обычным.
Ооооо, глаза «невесты» были наполнены бесконечным гневом и безумием.
Все пять игроков одновременно расширили глаза.
Неожиданно этой невестой оказался мужчина со шрамом из команды человека в черном плаще.
Бай Сяннин был так напуган его видом, что сделал шаг назад.
Хриплый голос вороны прозвучал как дурное предзнаменование: «Пожалуйста, женихи, отнесите своих невест на спине в свадебный зал».
